– Элис, ты, похоже, решила удивить парней своей выпечкой?

Элис хитро улыбнулась.

– Пусть не думают, что только эта выскочка умеет готовить. Обещаю, они попадут на небеса от моих печенюх.

Розали рассмеялась и выронила ложку.

– Твои слова звучат как приговор.

Поняв смысл сказанного, Элис тоже засмеялась. Но ее смех быстро оборвался, а на лице появилось задумчивое выражение.

– Знаете, мне не понравилась эта пигалица. Она смотрела на нас так, словно хотела набросить на шею веревку и удушить.

– Элис, ты преувеличиваешь. Она, конечно, вела себя, как бука, но ничего кровожадного в ее взгляде я не заметила, – не согласилась Розали.

– Это было перед самым уходом. Я обернулась. Она стояла в дверях и бросала яростные взгляды нам в спину. Мне даже стало страшно. Никогда не видела, чтобы в человеке было столько ненависти.

– Мне она тоже не понравилась, - я от всего сердца поддержала Элис. Я всегда доверяла ее интуиции, которая никогда нас не подводила. Можно сказать, Элис была почти ясновидящая и могла предугадывать события. Однако Розали не казалась убежденной.

– Или ты просто ревнуешь ее к Джасперу?

Элис закатила глаза, а ложка, которой она месила тесто, звонко ударилась о стенку глиняной чашки.

– При чем здесь ревность? И это не я весь вечер строила глазки, - парировала подруга. Значит, не одна я заметила взгляды, полные обещаний. Розали бросала их на атлета Эмметта. Наши с Элис догадки были верны – щеки блондинки заалели легким румянцем и стали похожи на лепестки роз.

– Что за глупости! Вы две озабоченные гадкие бабы.

Мы с Элис снова засмеялись, сбрасывая напряжение и отгоняя мрачные мысли. Розали продолжала притворно возмущаться, но в итоге признала, что Эмметт ей понравился.

– Но меня смущает, что у него серьезные намерения.

Элис отделила часть теста, раскатывая его до нужной толщины. Она стояла к нам спиной, слова Розали заставили ее согнуться над столом и трястись от хохота.

– Я не знаю ни одного парня, который бы отказался от встреч с девушкой без дальнейших обязательств.

– Я тоже таких не знаю, - признала Розали.
– Но Эмметт уже успел рассказать мне про своих родителей. Они прожили в браке тридцать лет. У них долго не было детей. В итоге все наладилось, они смогли преодолеть трудности и сохранить любовь. Для них всегда на первом месте остается семья, и сыну они привили свои взгляды и моральные ценности. По-моему, Эмметт слишком серьезно это все воспринимает, отношения для него – это очень важно, и он не ищет просто развлечений.

– Нельзя же в каждой девушке видеть мать своих детей, - возразила Элис, и я согласно кивнула. Вообще-то, Розали и сама признавала, что устала от стремительных, как взлет ракеты, романов. Ее проблема была в том, что умных парней пугают красивые девочки. Зато они привлекают разного рода недоумков с высокой самооценкой. Тех, кто называет девушек «детками» и «телками» и постоянно ставит рекорды, стараясь быстрее затащить новую подругу в кровать. Однако думать о браке и семье после нескольких встреч – это тоже слишком.

– Почему всегда должны быть крайности? Где мне найти золотую середину?

Ответить было нечего. Мы же были простыми американскими девчонками. У нас не было большого жизненного опыта. Даже Элис не придумала, что сказать.

После завтрака мы отправились гулять по округе. Идею подала Элис, она же предложила найти дом Виктории и познакомиться.

– Зачем нам это?
– удивилась Розали.
– Если не ошибаюсь, тот мужчина назвал ее ведьмой.

– Но ты же не веришь в это. В то, что кто-то всерьез может насылать проклятия и совершать все эти жуткие обряды. Ее бы давно упрятали в тюрьму или лечебницу.

– Хорошо, но давайте проголосуем.

Обе подруги посмотрели на меня. Я почувствовала себя маленькой, но вместе с тем понимала, как многое будет зависеть от моего ответа. Именно мне предстояло принять решение.

Я не была уверена, что хочу встретиться с колдуньей. Что бы там ни думали другие, я продолжала верить в потусторонние силы. Не знаю, могла ли Виктория превратить нас в жаб или в статуи, но одна мысль об этом нагоняла ужас. Однако мне было стыдно выглядеть трусихой, особенно рядом с уверенной и собранной Элис. К тому же ее интуиция молчала, и коль скоро она не видела опасности в посещении логова Виктории, я рискнула согласиться. В худшем случае, подумала я, мы сможем убежать.

Прогулка получилась великолепной. Благодаря Элис, которая с пяти лет ходила с родителями в походы и имела все возможные скаутские нашивки, мы могли не бояться заблудиться или зайти туда, куда заходить не следовало. Элис с легкостью находила едва различимые тропинки и уверенно ориентировалась на местности. Она пыталась научить нас с Розали некоторым способам определять направление и ориентироваться в лесу, но не преуспела. По выражению самой Элис, мы были типичными горожанками. Возможно, но я была еще и неловкой. Не будь помощи подруг, я точно переломала бы ноги в первом же овраге и наткнулась на стаю голодных волков за первым же кустиком – хоть Элис и уверяла, что их здесь нет.