Несколько долгих минут они без единого слова глядели на вражеский лагерь. Затем Менион тронул Алланона за плечо и хотел заговорить, но друид тут же зажал удивленному горцу рот, а другой рукой указал на подножие склона, где они прятались. Менион и Флик опасливо вгляделись во тьму и, к своему изумлению, обнаружили там темные силуэты карликов, сторожащих лагерь со стороны их укрытия. Им не приходило в голову, что враг мог поставить часовых так далеко от своего лагеря, но полководцы армии Севера, очевидно, не хотели рисковать. Алланон жестом приказал им возвращаться, и они быстро отплыли от края завала и последовали за ним, пробираясь между огромными камнями. Когда они добрались до подножия каменного завала, вдалеке от опасной кромки, друид подозвал их к себе на совещание.

— Нам необходимо соблюдать полную тишину, — напряженным шепотом предупредил он. — Эхо наших голосов может донестись с этих скал до равнины; тогда эти карлики-часовые услышат нас.

Менион и Флик понимающе кивнули.

— Положение оказалось серьезнее, чем я думал, — продолжал Алланон; его голос звучал во мраке приглушенно и хрипло. — Похоже, что в этом месте собралась вся армия Севера, с тем, чтобы нанести удар по Каллахорну. Брона намерен первым же ударом сокрушить все сопротивление земель Юга и вклиниться между армиями Востока и Запада, чтобы разделаться с ними поодиночке. Зло уже правит всеми землями к северу от Каллахорна. Нам необходимо предупредить Балинора!

Он немного помолчал, затем в ожидании повернулся к Мениону Лиху.

— Я не могу сейчас уйти, — горячо воскликнул горец. — Я должен помочь вам найти Шеа!

— У нас нет сейчас времени на споры, какая из наших задач важнее, — почти угрожающим голосом произнес Алланон, подобно кинжалу нацелившись пальцем в лицо горцу. — Если не предупредить Балинора о сложившемся положении, Каллахорн падет, а за ним последует и весь Юг, включая и твой Лих. Тебе пора начинать думать и о своем народе. Шеа — это всего лишь один человек, и сейчас ты все равно ничем ему не можешь помочь. Но ты можешь кое-что сделать для тысяч южан, которые после падения Каллахорна станут рабами Повелителя Колдунов!

В голосе Алланона чувствовался такой холод, что по спине Флика пробежала дрожь. Он подумал, какое напряжение и страх испытывает сейчас Менион, в ожидании стоящий рядом с ним, но принц Лиха ни словом не ответил на это язвительное требование. Несколько бесконечно долгих секунд друид и принц смотрели во мраке друг другу в глаза, не скрывая своего гнева. Затем Менион резко отвел взгляд и коротко кивнул. Флик испустил шумный вздох облегчения.

— Я сейчас иду в Каллахорн и предупреждаю Балинора, — с трудом выговорил Менион. Ярость мешала ему шевелить языком. — Но я вернусь и найду вас.

— После встречи с Балинором делай все, что только пожелаешь, — холодно ответил Алланон. — Но любая твоя попытка пробраться сюда сквозь вражеские ряды будет по меньшей мере нелепой. А мы с Фликом тем временем постараемся выяснить, что сталось с Шеа и с Мечом. Мы не бросим его, горец, обещаю тебе.

Менион резко взглянул на него, словно не веря услышанному, но глаза друида были спокойны и искренни. Он не лгал.

— Держись вблизи этих небольших гор, пока не минуешь вражеские посты, — тихо посоветовал ему мрачный скиталец. Когда доберешься до реки Мермидон к северу от Керна, перейди ее и еще до рассвета попадешь в город. Я рассчитываю, что в первую очередь северная армия должна двинуться на Керн. У Легиона мало шансов отстоять город против такого огромного войска. Прежде чем северяне перережут пути к отступлению, горожан надо успеть вывести оттуда и переправить в Тирсис. Тирсис стоит на плато у самого подножия гор. При умелой обороне он выдержит любые атаки, хотя бы несколько дней. А за это время Дарин и Даэль должны успеть добраться до своих земель и вернуться сюда с эльфийской армией. Гендель чем-нибудь поддержит нас с востока. Возможно, Каллахорн все же простоит достаточно долго, чтобы поднять и собрать воедино армии трех земель для ответного удара. Без Меча Шаннары это наш единственный шанс в борьбе с Повелителем Колдунов!

Менион понимающе кивнул и повернулся к Флику, протягивая ему на прощание руку. Флик слабо улыбнулся и тепло пожал ее.

— Удачи тебе, Менион Лих.

Алланон шагнул вперед и положил сильную руку на худое плечо горца.

— Помни, принц Лиха, мы надеемся на тебя. Народ Каллахорна необходимо предупредить о грозящей им опасности. Колебания и промедления погубят их всех, а вместе с ними — и весь Юг. Не подведи нас.

Менион отрывисто кивнул и тенью скользнул в нагромождение камней. Высокий друид и маленький юноша из Дола молча смотрели, как его худощавая фигура проворно пробирается между скал и скрывается из вида. Еще несколько минут они просто стояли молча, а затем Алланон повернулся к Флику.

— Нам осталось узнать, что случилось с Шеа и Мечом, — снова заговорил он, понизив голос, тяжело усаживаясь на обломок скалы. Флик ближе придвинулся к нему. — Еще меня беспокоит Эвентин. Этот переломленный штандарт, что мы нашли на поле битвы — это было его личное знамя. Возможно, он оказался в плену, а в таком случае эльфийская армия будет медлить, ожидая его спасения. Они слишком преданы ему, чтобы ставить под угрозу его жизнь, даже ради спасения Юга.

— Вы хотите сказать, эльфам безразлична судьба наших земель? — ошеломленно воскликнул Флик. — Разве они не знают, что случится с ними после того, как Повелитель Колдунов захватит Юг?

— Все не так просто, как тебе кажется, — с глубоким вздохом заявил Алланон. — Последователи Эвентина сознают всю опасность, но есть и другие, кто убежден, что эльфы должны оставаться в стороне от распрей всех прочих земель, пока для них не возникнет непосредственной угрозы. Если Эвентин исчез, то выбор будет не столь прост, и обсуждение, как правильнее и разумнее следует поступить, может настолько задержать выступление эльфийской армии, что будет уже слишком поздно.

Флик медленно кивнул, вспоминая тот день, когда Гендель вернулся в Кулхейвен и принес точно такие же вести из больших городов Юга. Такая нерешительность и колебания перед лицом столь очевидной опасности казались невероятными. Но все же таковы были и Шеа, и он сам, когда впервые узнали о королевской крови Шеа и исходящей от Носителей Черепа угрозе. Они оставались такими до тех пор, пока не увидели, как ползет по деревне, разыскивая их, одно из чудовищ‡