Малыш, как только полностью выздоровел, начал проявлять горячий интерес к разведению перламутровых питонов в неволе, и раз в неделю обязательно летал в Исландию на ферму мистера Паркинсона. Мы считали, что Малышу это сойдет с рук, — пусть Лори Паркинсон и числилась несовершеннолетней, однако возраста согласия она уже достигла.

Крейг после выписки погрузился в изучение горилл Фостера — он никуда не летал, но с Шанкаром выходил на связь чуть ли не ежедневно. Мы с Кэт хотели навестить Мартыновых на Пальмире, но дома их не было, и никто не знал, где они. С Безымянной Влад и Кристина отправились охотиться на Попликолу, потом — неизвестно куда. Я не сомневался, что очередной затеянный ими проект сомнительного свойства, — иначе зачем бы им скрывать маршрут.

— Сто раз говорила Кристе, что это глупо, — сказала Кэт. — Нам или кому-то из знакомых могли бы координаты скинуть? Однажды что-то пойдет не так, попадут в беду, и никто их не найдет.

Я вспомнил об интересе Влада к Тихой, но промолчал. Вряд ли стоило рассказывать об этом Кэт именно теперь.

В начале четвертого месяца нас неожиданно навестил Ливнев. Мы с Малышом возле кухонного комбайна препирались по поводу обеденного меню, когда услышали, что Эрл с кем-то беседует, прежде чем впустить в дом. Когда мы вышли в холл, Ливнев уже стоял внутри — как всегда собранный, подтянутый, в черных глазах плясали веселые чертики. В левой руке он держал небольшой чемоданчик.

— Проходил мимо. Решил заглянуть… Простите, бога ради, за банальность.

Со второго этажа спустилась оповещенная Эрлом Кэт.

— Вячеслав, ну почему вы не предупредили? — попрекнула она. — Мы бы приготовились…

— Потому и не стал — нечего вам беспокоится попусту, я ненадолго.

— И не мечтайте! Обедать вы останетесь. И ужинать тоже…

Мы расселись по креслам в гостиной; подошел Крейг. Ливнев, поставив свой чемоданчик на колени, откинул крышку и достал… охотничий комбез. Встряхнул, разворачивая. Мы уставились на него с легким недоумением.

— Думаю, он принадлежит вам, Рик, — сказал Ливнев. — Воспользовался властью и отобрал у наших научников. У них остались комбезы людей Шарпа, хватит для исследований.

Малыш, ничего не понимая, вертел комбез в руках, разворачивая так и эдак.

— Активируйте, — предложил Ливнев.

— Киб мертв, инспектор, — начал Малыш, но, встретив его взгляд, полез внутрь.

— День добрый, — сказал комбез голосом Спиди. — Не скучал без меня?

— Спиди?.. — потрясенно пробормотал Малыш, потом заорал восторженно: — Спиди, сучий потрох! Я так и знал, что ты притворяешься!..

— Остальная поврежденная интеллектроника тоже мало-помалу «приходит в себя». — сказал Ливнев, предупреждая наши вопросы. — Самостоятельно. Сколько с ней бились до этого — никаких результатов, а тут… Еще одна загадка, над которой предстоит поломать голову специалистам. Но, как я сказал, у них достаточно рабочего материала. Сам я здорово привык к своему Джеку — глупо так привязываться к личному кибу, но тем не менее… Вот и подумал, что Рик будет не прочь получить Спиди обратно. Кристалл киб-мастера вашего катера вам тоже, конечно, вернут. Оказывается, гориллы Фостера весьма гуманно относятся даже к технике — выводят ее из строя лишь временно. Про людей и речи нет: все выжившие члены команды Шарпа и он сам уже почти здоровы, здоров культуролог Паго Нвокеди. Джонатан Берк — тем более, уже давно… Да, — вспомнил Ливнев, — вы, помнится, спрашивали, кто из охотников получил разрешение на высадку в заповеднике вслед за Шарпом, — это Берк.

— Ничуть не сомневался, — проворчал я. — Кого будет ловить?

— Теперь — никого. Планета закрыта, разрешение Берка аннулировано с выплатой положенной компенсации.

— А выяснилось ли, что за эксперимент проводил Нвокеди? — спросил Крейг.

— К сожалению нет, — ответил Ливнев. — Сам он отказался говорить, а его комбез, те приборы, которые он использовал на планете, кристалл киб-мастера катера — все исчезло с главной базы СОЗ «Тихая» неизвестно куда. Позже пропало и тело погибшего на планете Эрика Левицкого. Кстати, эти факты послужили отправной точкой расследования по делу директора заповедника Василиадиса.

— О-го, — протянул Крейг. — Уже есть дело?

— Есть. Сам он, как только за него взялись всерьез, ударился в бега. Но мы его найдем. Василиадис просто мелкий хапуга, ставший волею случая директором заповедника А-группы. Нас больше интересуют те, кому он продал технику Нвокеди и все остальное.

— Эрика убил рэдвольф? — спросил я.

— По-видимому, да.

— Тогда пропажа тела наверняка связана с его нетленностью. И я даже знаю, кому оно понадобилось.

— Вы знаете, и мы тоже. Однако в суде потребуются доказательства. А их мы пока не добыли.

— А что с убитыми людьми Шарпа? — поинтересовался Крейг. — Трупы действительно не разлагаются?

— А вот это я уже не могу раскрывать, — улыбнулся Ливнев. — Вы уж извините.

— Лучше — вы меня, — усмехнулся в ответ Крейг. — Но любопытно же, просто смертельно любопытно.

— Я вас понимаю. Однако вряд ли это секрет на века. Через месяц на Тихой высадится межведомственная экспедиция. Одной из ее задач как раз и будет установление связи между рэдвольфами, нетленными телами и гориллами Фостера. И я сомневаюсь, чтобы ОСБЦ, при всем старании, удалось засекретить результаты. Парламент не даст.