***

Герман Левицкий проснулся среди ночи, не понимая, что его потревожило. Несколько месяцев жизни в джунглях обострили его слух, однако он еще не знал, что внезапно наступившая тишина может разбудить точно так же, как удар грома или рев хищника. Все животные засыпают и просыпаются в свое время, но сам Вечный лес не спит никогда, и с наступлением темноты различных звуков и шорохов становится даже больше, чем днем.

У противоположной стены хижины поднялся со своей подстилки Агизекар. Он подошел к выходу, откинул закрывавшую его циновку, долго вслушивался в ночь, а потом снова лег и, судя по его дыханию, сразу уснул. Герман же долго ворочался, не находя себе места, прежде чем ему удалось сделать то же самое.

Утром, отправившись за водой к ближайшему ручью, он обнаружил всего в двухстах шагах за поселком отпечатки больших когтистых лап. Таких следов Герман еще не видел, и показал их Агизекару.

— Здесь был Айтумайран, — сказал охотник, по-видимому ничуть не удивившись. — Но он просто проходил мимо, мы с тобой ему не были нужны. И никто в поселке тоже. Будь по-другому, мы бы уже знали об этом.