– Воу, какое резкое замечание! Смотри осторожнее, а то потеряешь статус упёртого барана без собственного мнения, мой дорогой педофил, – едко, но наигранно весело ответил Вару

– Не смешные у тебя шутки.

– Ох, – Вару приложил руки к груди, – в самое сердце. А нет, показалось, мне насрать.

Ромео уже собирался огреть его по голове камнем, но тут, с гулким ударом он встретился лицом с дверью. Прошипев что-то, и потирая ушибленный лоб, он злобно зыркнул на неприглядное препятствие.

– Осторожно дверь, – прощебетал Вару, – что ж, ты очень грациозный.

Нагло отпихнув Ромео от двери, пробормотав что-то вроде «Ой, не заметил тебя», Вару приоткрыл её, заглянул внутрь. Увидев в дверном проёме белое лицо, искажённое жуткими шрамами, кто-то в комнате ойкнул, и три пары удивлённых глаз уставились на гостя. Ну ладно, две пары. Нет, остановимся на полторы: в глазах Клео отражался, скорее, лёгкий интерес, чем удивление. Комнату заполнял густой дым, который медленно стелился, расплываясь по комнате. Разноцветные лапочки, криво приделанные по периметру, создавали ощущение, будто мохнатые тёмно-красные облачка пара струями прорывались сквозь лиловый и розоватый туман, заполняя комнату разноцветной иллюзией. Пьянящие и душистые, струйки лениво плыли из угла в угол. Отмахиваясь от дыма и оттесняя Вару, в комнату зашёл Ромео.

– Ну, вы и напарили, – недовольно пробормотал он.

Комнату пересекал длинный стол, заставленный многочисленными чашками, чайниками и прочим сервизом. Во главе его сидел Габриэль в высоком цилиндре, облачённый в заплаточный пиджак, с любопытством выдувал мыльные пузыри. Они медленно поднимались к потолку или лопались по дороге, путаясь среди тумана. Рядом с ним сидела Клео, задумчиво разложившая на столе карты. На голове её красовалась пара мышиных ушей, а сама она оказалась облачена в белую пижаму. Костюм, совершенно не страшный, а скорее нагоняющий сонливость. Вару непроизвольно зевнул. Сжавшийся в комок Зонт, сидел напротив девушки, и сосредоточенно следил за её движениями. На него нацепили заячьи уши и клетчатую жилетку, какой-то безумной расцветки.

Но главным создателем дымовых облачков был Данте, который восседал на установленном в углу пьедестале, драпированном под гриб. Кальян и парочка электронных сигарет распустили по комнате пелену разноцветного тумана. Пахло чем-то сладким и ароматным.

Чтобы подобное смогли принести в школу, не оставалось вариантов, кроме как пользоваться тактикой «Пока никто (Пометка: Эмме, завучу и учителям обещали, что будут использовать специальное оборудование, которое принесёт Ромео) не знает, можно всё».

Ромео оценивающе посмотрел на Габриэля, и решил, что задавать вопросы этому парню будет бессмысленно. Сосредоточенный вид Клео не вызывал доверия, а испуганный нервный Зонт был, пожалуй, бесполезнее всех. Обернувшись к Данте, он поинтересовался:

– ПсихоБудда, ты тут мою сестрицу не видел?

«ПсихоБудда» было вовсе не вторым именем или фамилией, а кличкой псевдо философа. Её, как не странно, придумал Вару. Который, кстати в этот момент занимался попытками лизнуть мыльный пузырь, пускаемый Габриэлем, до того, как он лопнет.

– Так, что, видел? – вновь поинтересовался глава театрального кружка

– Multum non multa*, – со своей вечной многозначительностью протянул собеседник, вальяжно развалившись на своём месте. Его костюм трудно было различить из-за дыма. Только перламутровый блеск ткани мелькал среди пара.

– Опять в загадки будем играть? – недовольно вздохнул Ромео, поправляя причёску. Гостеприимный хозяин «гриба» протянул ему шланг кальяна, но посетитель вежливо отказался.

– Он сказал, что ты урод и недоумок,- пояснил Вару, и поморщился от горького вкуса мыльного пузыря.

– Мы спешим, дорогуша, – слегка обеспокоенно вздохнул Ромео, – Клео, ну может хоть ты её видела?

Клео подняла глаза на парня, и продолжила молчать. Ромео поёжился под взглядом её внимательных янтарных глаз. Данте пустил ряд лохматых колечек.

– Ну, так она будет садовницей или нет? – взволнованно пролепетал Зонт, дабы Клео вновь повернулась к нему. Та опустила взгляд к картам.

– Да, она будет садовницей, и у неё будут большие спелые огурцы, которыми она будет тебя тр…, – с многозначительным видом рассказывал Вару, заглядывая под стол. Он, на самом деле, не ждал найти там Хелен, но почему бы и нет?

– Вару! – резко прервал его Ромео, глядящий на начинающего лить слёзы Зонтика.

И тут из-за кресла Габриэля вынырнула голова в фиолетовом парике. С пронзительным вскриком «Мяув!» Феликс в пушистом лиловом костюме запрыгнул прямо на стол. Ромео вздрогнул и подавившись дымом, закашлялся. Вару обрадовался появлению любимой жертвы.

– Вы ищете малышку Хелен? – весело поинтересовался Чеширский кот, улыбаясь во все тридцать два, – я её видел! Совершенно точно видел! Она…

Он не договорил, отвлёкшись на Данте и с криком «О, Данте, сделай их, прошу!!», нагло выхватил из рук Габриэля бутылочку мыльных пузырей. Феликс притянул кольцо для выдувания мыльных пузырей Данте, и тот, снисходительно улыбнувшись, выпустил изо рта белесый дым. Пар тут же превратился в кучку шариков, покрытых мыльной плёнкой. Большие и маленькие, они поблёскивали мутными внутренностями, устремляясь во все стороны.