– Как ты можешь! – Глаза Брэда вспыхнули недобрым блеском. – Я позвонил сообщить тебе новость. Вот и все. Думаю, мы достаточно поговорили.

Краем глаза он видел наполненные слезами глаза Сирины. Она отлично понимала, что происходит, и у нее разрывалось сердце. Брэду хотелось, чтобы жена его была счастлива, и его мало волновало, что скажет мать.

– До свидания, мама. Скоро позвоню тебе. Мать так и не поздравила их.

– Прежде чем ты положишь трубку, может быть, захочешь узнать, что только что состоялась помолвка твоего брата Грега.

– Неужели? С кем? – Честно говоря, сейчас это его ничуть не интересовало. Поведение матери и ее реакция на известие о его женитьбе на Сирине буквально вывели его из себя. Одно показалось странным – это то, что Тэд ни словом не обмолвился о помолвке Грега.

– Он помолвлен с Пэтти, – сообщила мать почти радостно.

– Азертон? – Брэд остолбенел.

– Да, Пэтти Азертон. Я не писала тебе, так как не была уверена до конца и к тому же не хотела причинять тебе ненужной боли.

Вот дерьмо! Ей хотелось нанести удар побольнее. Брэд отлично знал свою мать.

– Она начала встречаться с ним почти сразу же после возвращения из Рима.

– Потрясающе… – Брэд удивился, до чего же ловкой и хитрой оказалась эта маленькая сучка Пэтти. По крайней мере, на этот раз в качестве жертвы она избрала наиболее подходящего из братьев. Грег будет выполнять все, что она захочет. Она сделала правильный для себя выбор. Однако Брэд сомневался, что она сумеет сломить его брата. Хотелось надеяться, что такое не случится. – Когда намечена свадьба?

– В июне. Как раз накануне его тридцатилетия.

До чего трогательно. Пэтти будет двадцать четыре – само совершенство, а не невеста в белом платье. От этой картины ему внезапно сделалось плохо. Он отчетливо представил, как эта сука пожирает его брата.

– Уверена, тебе будет нелегко, Брэд. Но мне кажется, тебе следует приехать.

– Конечно. Мне бы не хотелось пропустить этот спектакль.

Теперь он чувствовал себя более или менее в своей тарелке, однако не забывал о поразительном коварстве и мастерстве матери по части интриг.

– Ты можешь оставить свою маленькую военную невесту дома?

– Нет, мама. Вот тогда мы все и увидимся, а теперь счастливого Рождества. Не буду беспокоить Грега, передай ему мои наилучшие поздравления.

Брэду не хотелось разговаривать с Грегом. Между ними никогда не было близости, теперь тем более. Вдобавок ко всему ему было не по себе от откровенно неприязненного отношения матери к Сирине. Ему хотелось любой ценой отойти от телефона. Он сожалел, что Сирина сидела рядом, пока он говорил с матерью. Ему хотелось бы высказать матери все, что он о ней думает. Но видимо, придется сделать это в письме, и не откладывая.

– Грег в столовой с Пэтти. Мы как раз заканчивали завтракать, когда ты позвонил. Сегодня Пэтти пришла пораньше… Они собираются к Тиффани выбрать кольцо.

– Великолепно.

– А ведь это вполне мог бы быть ты, Брэд.

– Рад, что это не так.

Повисла напряженная тишина.

– А мне бы хотелось, чтобы случилось именно так!

– Уверен, ты изменишь свое мнение, когда познакомишься с Сириной.

Последовала очередная пауза.

– Я, как правило, не общаюсь со слугами, – высокомерно заявила мать.

Брэд готов был взорваться, услышав ее слова, но знал, что не имеет права, прежде всего ради своей Сирины.

– Ты просто глупец, Брэд, – продолжала мать. – Тебе должно быть стыдно. Ты только посмотри, что ты сделал со своей жизнью! Хочется плакать, глядя на то, от чего ты отказываешься. Неужели ты рассчитываешь добиться хоть маломальского успеха в политике с такой-то женой? Да она же обыкновенная проститутка, выдающая себя за принцессу! Пэтти сказала, что она выглядит как побирушка.

– У тебя будет возможность самой составить о ней мнение. Она в десять раз больше леди, чем Пэтти, которая многие годы отдавалась бесплатно! – Брэд начал терять сдержанность и выходить из себя.

– Как смеешь ты говорить подобную гнусность про невесту своего брата?!

– В таком случае и ты… – Голос Брэда буквально протаранил телефон, как торпеда, и на другом конце линии она, Маргарет Фуллертон, в изумлении отпрянула от трубки. – И ты никогда впредь не смей ничего подобного говорить о моей жене. Что бы ты там ни думала, отныне держи это при себе. Она моя жена! Это все, что тебе нужно знать. Надеюсь, что все в этой семье, включая и эту маленькую сучку Пэтти, будут относиться к ней с уважением. Вам следует полюбить ее! Да, всем вам, потому что она, черт вас подери, лучше любого из вас! Но независимо от того, полюбите вы ее или нет, советую быть с ней вежливыми, и со мной, когда говорите о ней, или же вы никогда больше меня не увидите!