– Я тебя люблю, мама!

– И я тебя, мой хороший. И вас, семпай.
– Рассмеялась девушка, поворачиваясь к мужу.

– Приятно это слышать, дорогая кохай.
– Хмыкнул Рен, улыбаясь краешком губ.

***

Через несколько месяцев

Рен нервничал, слоняясь по больничным коридорам. Черт! Как же страшно ничего не знать! Врачи сказали, что в последнее время нагрузка на сердце его жены увеличилась. Как будто он сам не знал! Мать Кёко никак не хотела отстать от них. Она даже подстроила несколько несчастных случаев, пытаясь заставить его жену потерять ребенка. Но похоже, что удача была на их стороне: почти все время находившийся рядом с супругой Куон спасал положение. Нередко ценой собственного здоровья.

Flashback

– Ты уверена, что хорошо себя чувствуешь?
– В очередной раз спросил Рен.

– Конечно.
– Мягко улыбнулась Кёко.
– Только немного волнуюсь, что мы можем не успеть на спектакль сына, а так все в полном порядке.

– Впереди лестница, давай пойдем чуть помедленнее, пожалуйста. У меня предчувствие очень нехорошее.
– Нахмурился мужчина.

– Это после того случая, когда меня чуть не ударили?
– Рен кивнул.
– Тогда давай и вправду притормозим.

Но кто-то сзади сильно толкнул актрису. Падение смягчил супруг, невероятным образом извернувшийся и тоже полетевший на ступени.

end Flashback

Нет, конечно повреждения были незначительные: актер отделался синяками и небольшой раной на затылке, но на спектакль Джуна они все же опоздали.

Мальчик, конечно, не обиделся, но Кёко почему-то чувствовала себя виноватой.

***

Когда Куу и Джулия приехали в больницу, то актер наконец позволил себе задремать. Рядом с ним примостился Джун, кутающийся в отцовский плащ.

Не сказать, что родители Куона не переживали, но они, по крайней мере, не слонялись по больничным коридорам, предпочитая ждать окончания родов в непосредственной близости от палаты.

***

– Куон, просыпайся.
– Актер поморщился. Кто там ещё?
– Куон, у тебя дочь родилась, а ты дрыхнешь!

– Что?!
– Мужчина проснулся почти мгновенно.
– Где?!

– Не кричи ты так.
– Усмехнулся Куу.
– Кёко разбудишь. Пойдем провожу.

***

Рен с восхищением наблюдал за посапывающей малышкой. Она спала, периодически причмокивая губами.

– Это она? Маленькая какая.
– Удивленно прошептал Джун.

– Правда красавица?
– Улыбнулся Рен сыну.
– Прямо вылитая Кёко.

– Ну не знаю. Она же толстенькая и голова у неё лысая... Ну, не совсем. Мне кажется они совсем не похожи.

– Вот подрастет, тогда увидишь.

Тут малышка сонно приоткрыла глаза и что-то пролепетала на каком-то одной ей понятном языке. Увидев отца она радостно улыбнулась и угукнула.

– Ты ж моя прелесть.
– Улыбнулся Рен, протягивая дочери руку.

Джун надулся. Его отец не называл его "солнышком", "прелестью" или как-то ещё. А если и называл, то очень редко. И сейчас мальчишке было очень обидно, что какая-то новорожденная малявка заняла все внимание Куона.

– Джун, можешь, пожалуйста, проверить проснулась ли Кёко?

– Ладно.
– Недовольно пробурчал мальчик, считая, что его отсылают.

***

Кёко сидела на кровати и нервно кусала губы. Она только что проснулась и все ещё чувствовала себя слабой. Впрочем, выглядела она тоже не самым лучшим образом, но единственным, что её сейчас волновало, было здоровье новорожденной дочери.

– О, мам, уже не спишь?
– Радостно воскликнул Джун, вваливаясь в палату.

– Здравствуй, малыш.
– Улыбнулась Хизури.
– Как там папа? Сильно переживал?

– Да нет, половину ночи только.
– Махнул рукой мальчишка, на что актриса рассмеялась.
– Он там с этой...
– Джун скривился.

– С этой?
– Настороженно переспросила Кёко.

– С малявкой.

– Ну зачем ты так о сестре?
– Осуждающе посмотрела на сына актриса.

– А она моя сестра?!
– Удивился мальчишка. Такого поворота он явно не ожидал.

– Ну вот смотри: ты мой сын?

– Ага.

– И папин тоже?

– Конечно!

– А малышка моя дочь и папина дочь. Значит она - твоя сестра.

– Во-о-о-от как...
– Удивленно распахнув глаза протянул Джун.
– Мам, а меня папа называл как-нибудь ласково в детстве?

– Так, попробую вспомнить.
– Притворно задумалась Кёко.
– Своей радостью, солнечным лучиком... а! Телепузиком ещё!

– А ещё он был маленькой сопелкой.
– Рассмеялся Рен, появляясь в дверях с дочерью на руках.
– Кажется, это наследственное.