Толик, мгновенно забыв обо всем постороннем и даже полностью протрезвев, пытался сообразить, кто же его похитил. «На ФБР не похоже, они обычно одеваются строго, Гувер в этом отношении очень привередлив. Кроме того, агенты ФБР сразу предъявят ордер на арест. А тут… классическое гангстерское похищение». Машина притормозила, сидевший рядом с шофером пассажир повернулся в профиль, посмотрев в окно. И Том мысленно выругался, узнав портье из отеля в Хилл-Вэлли. «Всё ясно, это гангстеры». Капелька пота скользнула по спине попаданца. «С этими быками просто не справишься». Толик скосил глаза на расположившегося справа громилу. Тот сидел, тупо глядя вперед с таким видом, словно ему всё давно надоело, и что-то методично жевал. На коленях бандита лежал прикрытый его правой рукой револьвер, дулом направленный прямо в бок Тому. Несмотря на внешнее безразличие, гангстер сразу заметил движение подопечного и подхватил оружие, прижав его к боку сержанта.

– Не дергайся, солдатик, – пробасил он. – Иначе мы можем обидеться и сделать тебе больно. Да, Базз?

– Ага, – согласился второй неожиданно тонким голосом, не переставая жевать.

Причем по запаху и консистенции того, что успел заметить Том во рту первого бандюги, жевали они отнюдь не «Ригли Сперминт», а жевательный табак.

Решив дождаться более удобного момента, Толик замер, пытаясь лишь понять, куда они едут. Что, само собой понятно, было не просто для человека, не знакомого с городом. Поэтому он бросил и это, и просто сидел и мысленно настраивался на будущее. Ехали долго, начало уже темнеть, когда машина подкатила к огороженному высоким забором загородному дому. Водитель посигналил, ворота открылись, и они заехали на слабо освещенный двор.

Авто остановилось около угла дома, Толика, придерживая за руки, вытолкали из машины и поставили лицом к стене коттеджа. Рассматривая деревянную обшивку, он напряженно вслушивался в разговоры за спиной.

– Джо, вы идиоты! Не знаете, что здесь происходит? Не могли отвезти его на хазу?

– Так копы могли прикопаться. А здесь надежнее. И босс до этого говорил, чтоб его сюда приволокли. Не?

– Джакомо, не разочаровывай меня, – продолжил кто-то, замысловато выругавшись. – Это было когда? А сейчас – совершенно другое дело. Ну да ладно, раз притащили его сюда, заприте пока в подвале. Слышишь, Базз? Или вдвоем идите…

– Ага, – за спиной у Толика сплюнули. – Один. Солдатик не будет трепыхаться. Дырка в ноге случ чо будет, парень. Понял? Двигай вперед!

Его подтолкнули в сторону, причем по ощущениям – чем-то вроде пистолетного ствола. Толик учел и это, как и то, что Базз будет один.

Они свернули за угол, сопровождающий подошел вплотную, снова ткнув в спину пистолетом, и, сделав шаг, попытался открыть левой рукой дверь в подвал. В результате ствол слегка развернулся в сторону, а потом… Потом Толик сделал привычное, вбитое сотнями тренировок слитное движение всем телом, и громила Базз, оставив оружие в руке Толика, с грохотом покатился вниз по лестнице, в глубину подвала.

– Эй, Базз, что стряслось? – крикнул из-за угла обладатель баса. – Ты этого лоха не пришиб, случаем?

Толик быстро отпрыгнул от двери и прислонился к стене. Вышедший из-за угла Джакомо успел только удивленно уставиться на открытый вход в подвал и тут же получил два хороших удара. Но устоял, хотя и выронил пистолет. Только согнулся, словно пытаясь прикрыть больное место в паху. Пришлось добавить ему третий удар, рукояткой браунинга (а пистолет Базза оказался самым настоящим, знакомым по Афгану тринадцатизарядным «Хай Пауэром», а не ожидаемым револьвером) по затылку. После чего гангстер наконец с грохотом, который, казалось, поднимет всю округу, упал на землю. Толик усмехнулся, аккуратно положил пистолет и, нашарив висевшие на спине ножны, достал оттуда небольшой, но очень остро отточенный нож. Некстати вспомнилось, что мог сделать с таким ножом прапорщик Мимоходов. Куда там киношным Рембо, Сигалам и прочим «Ван Даммам» вместе с Чаками Норрисами. Простой советский прапорщик из взвода полковой разведки перерезал бы этих героев голливудских войн всех вместе меньше чем за пять минут, не особо напрягаясь. Конечно, сержанту Пискунову, переведенному в разведку из обычного линейного взвода, до этого мастера было далеко, но уж перерезать бесшумно горло, да еще ухитрившись при этом не испачкаться и не нашуметь он мог даже сейчас. Что и проделал, не испытывая никаких моральных терзаний. Бандит должен сидеть на электрическом стуле. А если же нет – почему бы обычному сержанту американской армии не исправить эту ошибку американской же Фемиды.

После чего он осторожно заглянул за угол коттеджа, держа наготове нож и поднятый пистолет. Как ни странно, на дворе было тихо. Шофер закрывал двери гаража, у въездных ворот прогуливался еще один мордоворот. При этом никого не интересовало, что творится за углом, у входа в подвал. Впрочем, Толика это устраивало. Пока никто ничего не сообразил, он мог попробовать тихо уйти или… Он снова прислушался. Кажется, Базз в подвале шумно пытался подняться. Пришлось бегом вернуться к двери и заглянуть внутрь. В свете горящей в подвале тусклой лампочки было видно, что Базз еще не пришел в себя, но уже шевелился на полу, роняя какие-то коробки и пытаясь встать. Недолго думая, Толик захлопнул дверь. Щелкнул замок. За спину отныне можно было не бояться – замок, как успел заметить попаданец, открывался только снаружи. Дверь была достаточно толстой, чтобы заглушить любые звуки и даже выдержать натиск разъяренного гризли, а не то что простого бандюги. Потом Толик вернулся к телу второго гангстера, быстренько забрал у него еще один пистолет кольт и запасной магазин. Подумав при этом, что поспешил с подвалом, надо бы сначала оттащить туда труп, а потом уже запирать. Теперь было поздно, к тому же он был вооружен, зол и очень опасен для тех, кто его найдет.

Осталось разобраться с тем, какому боссу он понадобился и зачем. То есть зачем, он знал почти наверняка. Широко известный в узких кругах конверт, то есть его содержимое. А вот кто о нем узнал здесь, Толика заинтересовало. Впрочем, проще всего этот вопрос решался по методике, приписываемой товарищу Сталину: нет человека – нет проблемы. Хотя подобные приемы устранения неприятностей стары как мир и, если судить по Библии, восходят еще к спору между Каином и Авелем. Конечно, Том не забивал себе голову подобными рассуждениями. Солдат в бою думать не должен, думать надо до боя, иначе станешь трупом. Снова становиться трупом Толику не хотелось абсолютно, хватило одного раза. Поэтому он забрался на козырек, прикрывающий вход в подвал, а уже оттуда залез внутрь дома через открытое, видимо по случаю почти летней жары, окно.

В коридоре, в который он попал, было пустынно и тихо. Лишь откуда-то доносились голоса. Несколько человек где-то впереди, за одной из-за закрытых дверей, обсуждали свои вопросы. Судя по донесшемуся веселому смеху – отнюдь не неприятные. «Ну что же, устроим им веселый вечерок», – со злостью подумал Том, меняя браунинг на кольт и проверяя, не выпадет ли при прыжках из-за ремня очень понравившийся ему «Хай Пауэр». После чего, прислушиваясь, двинулся вдоль дверей к источнику звука.

Неожиданно одна из дверей распахнулась, и на него выскочил, сразу уткнувшись животом в ствол, какой-то мужик, по внешнему виду южанин, скорее всего – итальянец. Заметив Томпсона, он открыл было рот и потянулся к висящей на боку кобуре, но на этом всё кончилось. Ударив левой по кадыку, Толик втолкнул хрипящего бандюгу в комнату, к счастью для попаданца – пустую. Добавив представителю местных жителей украшение в виде быстро растущего кровавого пятна на одежде в районе сердца, Толик аккуратно вытер нож. И снова выглянул в коридор. Нет, сегодня ему определенно везло. Если не считать непонятно чем занятого гангстера, в доме, похоже, было пусто. По-видимому, высокие разговаривающие стороны не желали, чтобы их разговор мог кто-то подслушать.