— Здравствуйте, у нас новенькая? — задал вопрос Игнатов, войдя в кабинет.

— Агата, познакомься, это Кирилл, ученик одиннадцатого класса, — проговорил Евгений Викторович. — И да, у нас новенькая, а в скором времени и новый директор, но это ты узнаешь от своего отца, а я тебе ничего не говорил, — Кирилл пожал плечами, потому что его это совсем не интересовало. — И да, с совершеннолетием тебя, — улыбнулся мужчина. — Можешь идти и забери с собой Агату, ей нужна экскурсия.

«Такой красотке я сам могу все показать, но накрылась моя встреча с Викой», — подумал Кирилл.

Он показал ей школу, а после проводил до ее машины. Еще одна богатенькая сучка на их школу, а это уже перебор, здесь их так много.

Вечером, когда все уже собрались, Игнатова посещали самые разные мысли.

И первая мысль была о том, зачем он пригласил на свой день рождения Агату, вторая мысль — почему в школе будет новый директор, и, наконец, третья мысль крутилась возле Вики, которая не ответила на его смс про ресторан.

— Почему ты грустишь? — спросил Матвей, отпивая пиво из стакана.

— У нас в школе будет новый директор, но мне никто ничего не сказал, — проговорил Кирилл, взглянув на друга.

— Знаешь, мне кажется, что ты заморачиваешься, давай просто напьемся, — улыбался Матвей. — Моему другу восемнадцать! — закричал парень.

А после дал Кириллу бутылку пива и приказал пить до дна.

— До дна! До дна! — кричали все, а Кирилл просто пил и наслаждался жизнью.

Но на утро он все же попытался узнать у отца, почему к ним в школу приходит новый директор.

Отец также не хотел ничего говорить, а потом выяснилось, что он давно ушел в семейный бизнес, поэтому денег у них так много, что хватит, чтобы прокормить правнуков.

Все еще ничего не понимающий Игнатов решил не встревать в дела взрослых и узнать, когда придет время.

В школе все было как обычно, после вчерашней вечеринки многие не пришли, и на то был повод, ведь все напились так, что большинство осталось ночевать у Кирилла. Перед вторым уроком его поймала София, которой хотелось с ним поговорить.

— О чем ты хочешь поговорить со мной? Все и так уже ясно, — скучающе произнес Игнатов, сложив руки на груди, прислоняясь к подоконнику.

— Я хочу сойтись заново, — сказала София. — Я люблю тебя, я была такой дурой.

Она сжала губы, у девочки был вид, словно она вот-вот заплачет.

— О, вот только не надо устраивать сцены, ладно? — Кирилл закатил глаза.

— Я просто не думала, что все будет вот так…

— Ты не думала, что будешь трахаться с парнем, который вдвое старше тебя? И что ты залетишь от него? — Игнатов не хотел повышать голос на нее, но вышло само собой.

— Откуда ты…

— Узнал? А ты думаешь, что у моей матери нет знакомых там? Не волнуйся, Матвей мне ничего не говорил.

— У нас ведь было все так прекрасно, прости меня, пожалуйста, — София развернулась и пошла прочь.

У Игнатова заиграла совесть, и он догнал ее, схватив за локоть, развернул к себе и поцеловал в самые губы.

Он не должен был так делать, он не должен давать ей ложную надежду на то, что они снова сойдутся. Обнимая ее, он заметил Викторию, которая прожигала его взглядом, а после развернулась и ушла к себе в кабинет.

«Что же ты наделал, Игнатов», — пронеслось в голове парня.

— Я сейчас, мне нужно отнести сочинение по русскому, — отстраняясь от девушки, произнес Кирилл.

Он зашел в кабинет Виктории, та, как ни в чем не бывало, проверяла тетради. Он подошел к ее столу.

— Это не то, что ты думаешь, я должен был так сделать, лучше будет для всех, если у меня будет девушка, а ты не попадешь под подозрения. Я не собираюсь с ней спать, — блондин забрал тетрадь, положив на стол, и развернул к себе. — Ты ведь должна меня понять.

— Я тебя прекрасно понимаю и прошу покинуть мой кабинет, — строго произнесла девушка, а после снова стала проверять тетради.

Не выдержав, парень выбросил все содержимое со стола на пол, взял девушку на руки и усадил на стол, устроившись между ее ножек.

— Еще раз повторяю, что мне нужна только ты и твоя задница, — прошептал он ей в самое ухо, покрывая легкими поцелуями ее кожу.

— А я еще раз повторяю, чтобы ты шел к своей девушке, маленький засранец, — она рассмеялась.