Гул довольных голосов подтвердил правильность его короткого спича. Сегодня моя команда потрудилась на славу, провернув аферу, которая наверняка войдет в учебники экономики.

Уже поздно ночью, когда я с помощью нежной и ласковой Ньонг, полностью восстановил потраченную за день энергию, меня вырвал из подступающей дремы звонок коммуникатора. С маленького экранчика аппарата на меня смотрел Хон.

— Ну, что еще такого случилось? — проворчал я, борясь с зевотой.

— Простите за поздний звонок, господин, но Вы приказали известить Вас об этом в любое время. Кажется, мы нашли потерянную бастардку.

— Мне кажется, я недооцениваю тебя, Хон, — не притворно удивился я. — Найти в этих трущобах потерянную несколько лет назад девчонку — это дорогого стоит!

— Э-э-э… господин… — слегка замялся мой визави, — на самом деле, ее нашел младший брат герцогини Фаннизе. Увидел изображение на компе своей сестры и вспомнил, что видел девчонку во время своих приключений в трущобах.

— Вот как, — я расплылся в ехидной улыбке. — Значит, какой-то дилетант утер нос сразу двум службам? Тебе и Йонжу? Надо отдать должное этому паршивцу, хоть он постоянно и влипает в неприятности, какой-то толк от его приключений все же есть! Ладно, что еще интересного?

— Так, по мелочи, кое-кто из дворян Аграрного Союза объявил о своем банкротстве, по результатам сегодняшних торгов, но это все терпит до завтра. Спокойной ночи, господин.

— Спокойной, — буркнул я. — И ты, давай двигай уже домой, тебя, небось, Санг уже заждалась.

Отключив коммуникатор, я откинулся на подушку. Жена уже успела заснуть, повернувшись ко мне спиной. Пододвинувшись к ней поближе, я обнял ее сзади, левой рукой слегка сдавив ей грудь, и зарылся лицом в ее волосы. Это был трудный, но очень хороший день.

Чиет Си Нгуен:

Я влетел в офис, на ходу расстегивая разгрузку и швыряя ненужный уже автомат в сторону дивана. Разборка с парнями Кривого прошла просто отлично, и отныне владелец ресторана "Заводная мартышка" будет таскать свои конверты с данью не этому ублюдку, а мне. Жаль только, что нынешняя перестрелка выбила из строя троих парней из моей банды. Один затих навсегда, двоих с пулевыми ранениями удалось довезти до нашего коновала. Буду надеяться, что выживут. Не то чтобы я буду сильно переживать, если эти отморозки сдохнут, но жаль денег, вложенных в их обучение.

Плюхнувшись в кресло, я лениво окинул взглядом свой «офис». Громкое название для задней комнатушки при кабаке, находящимся в самом центре моей территории. Но тут я могу спокойно расслабиться. Что я и сделал, вытянув ноги и снимая скопившееся напряжение. Звякнула задетая ботинком цепь. Один конец ее был намертво прикручен к ножке моего массивного стола, на конце другого красовался кожаный ошейник. Последние несколько лет среди крутых парней появилась мода во время переговоров держать на привязи у своих ног полуголую кралю. Вроде как показатель личной крутизны и успешности.

Обычно этот самый ошейник красовался на шее Юльчой, девки очень и очень недурных пропорций. Она была настоящей красоткой, с шикарной грудью и задницей. Заносчивая и резкая с окружающим нас быдлом и полностью покорная моей воле. Самый смак состоял в том, что она была моей дойнянлинь, и, по идиотским понятиям нашей верхушки, официально именно эта оторва считалась моим покровителем. Видели бы эти аристократишки как моя "покровительница" вылизывает мои ноги, или стонет под плеткой, пытаясь смягчить мой гнев!

Хотя, именно благодаря ей мне удалось избавиться от вспышек бесконтрольной ярости, бывших очень к месту в самом начале, пока я доказывал всем, что являюсь опасным человеком. Зато потом эта безбашенная агрессия начала сильно мешать, создавая образ отморозка, не умеющего вести терки на словах и моментально срывающегося в драку.

С появлением Юльчой излишки моей энергии стали уходить к ней, возвращая мне рассудок и хладнокровие. Я даже вспомнил, что меня чему-то учили в школе, и начал иногда употреблять длинные и умные слова, от которых братва просто балдела. Юльчой более чем устраивала моя энергия, хотя большую ее часть она тратила на то, чтобы залечивать синяки и следы от плеток после нашей возни в спальне. Со временем я начал дорожить этой сучкой, хотя никогда не признался бы в этом ни перед кем посторонним, и тем более, перед ней.

Но когда разговор с очередными ублюдками заходил в тупик, выходом из которого была лишь резня и хлопоты с избавлением от трупов, мне было достаточно погрузить свои пальцы в волосы сидящей у моих ног девчонки, чтобы кровавая пелена в моих глазах начала спадать.

Пошарив в ящике стола, я вытянул бутылку виски.

— Теонг! — заорал я — Теонг, мать твою, где тебя носит!

Дверь распахнулась, и в комнату вошел мой бухгалтер, финансовый советник и личный помощник Теонг, по кличке Маркиз. Я не спрашивал, как этот парень оказался на улицах наших трущоб, но в нем явно чувствовалось то, что лощеные умники называют породой. Скорее всего, он был внебрачным ублюдком от какого-нибудь аристократа. А его мать не смогла удержаться рядом с богатеем и была вышвырнута на улицу, вместе со своим отродьем. Тем не менее, у него было отличное образование, мои быки именовали его не иначе как Умник, и он вполне мог бы сделать себе карьеру где-нибудь за пределами этих проклятых трущоб.