Молчание длилось слишком долго. Все это время Даниэль смотрел в окно. Потом медленно задумчиво произнес:

— Значит вы решили, что я не гожусь в женихи ее Высочеству? Что ж… возможно, вы были правы.

— И ничего не правы! — сердито возразил Ким. — И ты дурак! — он бесстрашно посмотрел Дану в глаза, не смотря на то, что тот был минимум на голову выше. Лицо у Даниэля дрогнуло — Бегство не выход! Это вовсе трусость! — Ким говорил горячо и убежденно. — А ты не трус! И не слабак! А значит, должен не бегать, а добиваться. Вот… — Ким, наконец, смутился и отвернулся.

Во взгляде Даниэля мелькнула неуверенность. Он спросил вдруг очень мягко, глядя на Кима

— Ты правда так думаешь?

Ким вскинул на него упрямые глаза.

— Конечно, я так думаю! Чего бы я иначе так говорил!

Дан посмотрел на Кима и увидел в нем что-то такое чего не видел никогда и ни в ком. И в его погасших было глазах что-то изменилось.

— Я думал, тогда, что я лишний тут… бесполезный… ничего не умею, и любой мальчишка может разделать меня под орех… — голос Дана прозвучал хрипло. Он говорил то, что не должен был бы говорить. Никому, а тем более — им.

— Так я тебя научу! — смутившийся было Эрик, страшно обрадовался такой возможности. — Это же любой может, если его научить, а нас научили! И ты сможешь! Это просто, хочешь, прямо сейчас покажу?

Ким отмахнулся от энтузиазма друга и серьезно сказал Дану:

— Это со всеми бывает, ты не переживай. Это нормально, иногда так думать. Только это не правда.

Он помолчал, и добавил:

— А ту книжку… ты просто не дочитал. Там еще дальше было. Про то, как сбежавшего принца вернули с заставы. Он в замке остался. Учился, и жил тут. И твой предок любил его, как сына, потому что он смог измениться. Он сам захотел, и смог, понимаешь?

Ким немного помолчал.

— Измениться, это ведь гораздо труднее, чем быть просто хорошим… Потом он женился на дочери герцога, прекрасной Леоне, потому что они влюбились.

— Леоне? Ты ничего не путаешь? На Леоне-прекрасной был женат Даниэль-основатель.

— Ну да, это он и есть. Даниэль-основатель. Ты разве не знал? Максимильян говорил, что тебя в честь него назвали.

Не может быть! Даниэль потрясенно молчал. Герой многих легенд, которого в герцогстве знает каждый. Основатель Большого тракта, принесший герцоству процветание. Его уважаемый предок. Кто бы мог подумать что была и другая малоизвестная история, в которой он был «бесполезным ничтожеством».

— Да, — Ким, словно опять поймал его мысли. — В книгах об этой истории не пишут. Только в этой. В одной.

Дан запоздало устыдился. Ведь эту книгу, с воспоминаниями первого Рогнара, действительно вручил ему еще дед… когда был жив. И даже, помнится, что-то сказал про нее такое… и про то, что она передается строго наследнику… и для назидания потомкам… вот это словечко «назидание» все и испортило, напрочь отбив охоту изучать фолиант. Дан тогда покивал, и… сначала просто поленился, отложив книгу в дальний угол. А потом дедушка умер… стало не до книг. Он про нее и забыл совсем. Толстый томик в тисненом дорогом переплете так и провалялся все эти годы на дальней полке. Пока его не нашел там Питер.

Дан только благодарно вздохнул в ответ. И обвел всех троих взглядом. Почему он раньше не попытался с ними заговорить?

Смешной неунывающий Эрик, вон опять оживился, будто и не горевал минуту назад. Пит — молчун, но если разговорится, наверняка много интересного может сказать. А уж Ким… И тут Дан вспомнил, что же весь этот разговор подспудно не дает ему покоя. Они же должны уехать! Каро отправит их домой.

— Стойте! — резко сменил он тему. — Ее Высочество… вы сказали с караваном? Но караван отправляется завтра…Теперь в лице переменились все трое. Причем не в лучшую сторону. Даже Ким закусил губу и отвернулся.

Даниэль тут же обругал себя дурнем — нашел, что напомнить! Он для них и сделать ничего не может, даже Каро попросить не может, потому что там Лан все время торчит!

— А если… — неуверенно предложил он, — вам где-то спрятаться пока? Следующий караван только через две недели…

— Мы и сами думали, — Эрик смотрел на Дана с надеждой. — Только где? Из замка уходить нельзя, если попробуем, Каро нам специальный караван организует, как найдет… — он безнадежно вздохнул.

— А в другом месте слуги в раз отыщут.

Дан слегка нахмурился. Идеи проносились в его голове со скоростью ветра, но ни одна из них не подходила. А если…

— Можно попробовать у меня. Ко мне слуги не заглядывают! И искать вас там никто не догадается. — выпалил он, наконец, и сам удивился, как такое простое решение не пришло ему в голову сразу.

— А ты нас пустишь? — спросил Ким, внимательно посмотрев ему в глаза. — Мы ведь… ну, ты не обижаешься?

Остальные смотрели так, как будто от этого решения зависела их жизнь. Даниэль подумал, что вот уж на кого, а на Кима он точно не обижается. А на остальных… пожалуй тоже! Он пожал плечами, мол, чего уж там. И добавил вслух: