— Кай Барно, отведите ребенка в лазарет и успокойте. — Тихо сказала принцесса и по мрамору лестницы почти слышно зашуршали снежинки, предвестники лютой стужи. Так должно быть разговаривала Снежная Владычица из детской сказки перед тем как заморозить свою жертву. Управляющий молча кивнул, быстро шагнул вперед и забрал обмякшего от ужаса и совершенно ничего не понимающего Фико. Подхватив малыша на руки, он коротко откланялся и исчез.

Даниэль, только что сам добивавшийся именно этого, потрясенно замер. Как же так? «Каро, неужели ты и в самом деле думаешь, что я мог так поступить?! Каро! Каро!» Он с ужасом смотрел, как поменялось ее лицо, взгляд… что же он натворил… как она могла поверить?!

В ее лице не осталось ни единой черточки от веселой или сердитой, понимающей или ворчливой, живой и настоящей Каро. Только Принцесса, Наследница Престола.

И самое страшное — он ничего уже не может изменить… шагнув с этой горы, он теперь вынужден был катиться под откос, не имея возможности даже притормозить.

— Зайдите ко мне в кабинет, Даниэль, — Каро коротко и рвано вздохнула, и, уже сделав несколько шагов, добавила: — через полчаса.

Ей необходимо… подумать. Понять… объяснить себе самой… да просто отдышаться!

Не дожидаясь больше реакции Дана, она развернулась и твердыми шагами направилась прочь.

— «Полчаса! Смерти она моей хочет, не иначе…» — за легкомысленностью Даниэль пытался скрыть нешуточное беспокойство. Как она посмотрела на него! Даже, если он в ее глазах виноват… неужели она готова так вот легко отказаться от него? Значит, она не верит, что он мог измениться? После всего, что произошло между ними за этот месяц. Или… для нее ничего не произошло?

Каро шла по коридору к кабинету, и едва сдерживала слезы. Снежная Владычица осталась на лестнице, там, где ее мог кто-то видеть. А у девчонки, что заняла ее место, дрожали сжатые губы и намокли ресницы. И она, эта девчонка, все еще не верила тому, что видела минуту назад. Не верила, не хотела верить, сопротивлялась любым фактам и логике.

Сейчас… сейчас, только добраться до кабинета, закрыть дверь… и можно будет… можно будет пореветь от души, а потом успокоиться и тогда обдумать все с самого начала. И наверняка все окажется не так страшно, наверняка!

С этой мыслью Каро все ускоряла и ускоряла шаги, почти бежала.

— Каро, как хорошо, что я тебя нашел! — Лан и сам не мог бы объяснить какая сила выдернула его из канцелярии и заставила разыскивать принцессу… и Даниэля. Недоброе предчувствие… именно оно сейчас заставило его забыть о той дистанции, которую он проложил между собой и Каролиной. И обратится к ней по имени, а не привычным в последнее время «ваше высочество».

— Каро, ты Даниэля не видела? Я составил набросок для ответа этому… излишне остроумному всезнай… Каро! Пресветлый, Каро, что случилось?!

Каролина резко остановилась, и несколько секунд смотрела словно через возникшего вдруг в коридоре Лана. Он шагнул ближе и двумя руками взял ее за плечи, ни о чем больше не спрашивая, только с тревогой заглядывая ей в лицо.

Каро словно очнулась, и сделала попытку опять спрятать взбунтовавшиеся чувства за маской. Не получилось — боль и смятение проступали сквозь все усилия, и эти попытки становились на редкость мучительными — не помогало ничего, ни судорожно сжатые кулаки, ни закушенная губа. Каро на мгновение даже глаза зажмурила. Да что ж такое! Почему?! Почему именно сейчас, именно из-за него… почему ТАК больно, что все чертовы годы чертова самоконтроля просто летят к чертям?!

Больше Лан вопросами не задавался. Да, он поклялся себе держаться на расстоянии. Да, его по-прежнему волновала ее близость. Но сейчас случилось что-то очень плохое. Настолько плохое, что даже представить себе страшно. Он никогда не видел Каро такой… Может что-то с матерью-императрицей? Да что бы ни было! Он нежно привлек девушку к себе и крепко прижал.

И Каролина сдалась. Вцепилась в него обеими руками, как в последнюю свою надежду на спасение, уткнулась лицом в плечо и разревелась прямо здесь, в коридоре, как обычная девчонка — слезы градом, нос наверняка распухнет… плевать!

Каро только прижалась к нему еще крепче.

Даниэль, почти бежал по коридору.

Он так и не смог выждать эти полчаса, лишь проследил, как управляющий увел тощего головастика во владения кая лекаря, и опрометью кинулся к кабинету. Он сам не знал еще, что скажет сейчас Каролине, потому что не понимал, зачем она его позвала. Отругать? Расспросить? Опять лишить титула, чтоб он провалился тридцать три раза??? Боже, какая чушь лезет в голову… а следом за нею и сомнения, и… обида

Сомнения… сомнения… сомнения… чем дальше, тем сильнее одолевали они юного герцога. Одолевали до такой степени, что вытеснили даже мимолетное удивление — почему она сразу не отправила его на порку к Грено?

Этот месяц был очень счастливым, даже не смотря на смутное ощущение тревоги, преследующее его в последнее время. На эти сны дурацкие, о которых он так никому и не рассказал.

Каролина принимала его ухаживания. Он думал, что принимала. Она улыбалась, когда он приносил ей цветы. Она радовалась его приходу, он это видел! Но означает ли это нечто большее, чем дружеское участие? И… она ничего не ответила на его письма, ничего… Возможно не хочет ранить его чувства так же, как не хотела ранить чувства Лана.