“Неужто мыться чаще стал?” – проскочила шальная мысль.

– Чего ты там принюхиваешься?! Два дня скакал, как блоха по собаке, – почти по-медвежьи нарычал Радунхагейду.

– Дасморк, – виновато пояснила Хизер. – Ды чего тагой дергадный?

Нож с мерзким хрустом вошел в ребро медведя. Сердито сопя, Коннор вырвал ни в чем не повинный клинок.

– Напрыгался. У кузнеца, который печь делает, кузен погиб из-за этой твари. – Под умелыми руками шкура медленно сползала с туши.

– До есть ды действительно туд случайдо, – насупилась девушка. В груди шевельнулись обида и разочарование.

– Дет, – передразнил ее ассасин. – По следам понял, что ты в заднице. Пришлось вытаскивать.

– Извиди, – ни фига не виноватым голосом прогундосила Хизер и вновь надолго умолкла. Стало немного легче.

– Какого черта тебя сорвало на эту дурость? – наконец поинтересовался Коннор, вытирая руки. Послушница не ответила. – Еще и отмалчиваться решила?! Я несся сюда, как оглоушенный, чтобы понять, жива ты вообще или тебя сожрали, а в ответ что?! – впервые за долгое время сорвался индеец. Тишина в ответ. – Да ты издеваешься?! – он нагнулся и заглянул девушке в лицо.

Хизер спала мертвым сном, исцарапанная, усталая и улыбающаяся. Тихо, стараясь не шуметь, Коннор уселся рядом и уставился на извивающееся в костре пламя, временами плевавшее снопом искр в темное звездное небо.

Лунный дух, в своем еженощном путешествии, улыбаясь, смотрел с небес на двух умотанных, но спокойных душой людей.

Утро началось с оглушительного чиха, кашля, моря соплей и отборного мата. Приоткрыв глаза, ассасин смотрел, как девушка выпутывается из плащей, завязавшихся чуть ли не морским узлом.

– ...Место... москиты... лес... я и песенка моя! – охрипшим голосом Хизер проклинала все, что видела. Не в силах больше сдерживаться, Коннор рассмеялся, уткнувшись лицом в подложенный под голову рюкзак. – Тебе еще и весело?!

Фурия с грыжей была добрее, чем ученица в данный момент: растрепанная, с пламенеющим взором, она могла бы сейчас повести армию в бой, просто идя следом за солдатами. Они бы бежали от нее быстрее, чем от огнедышащего дракона. Индеец глухо хохотал, иногда дрыгая согнутой в колене ногой.

– Да чтоб вам всем кролики в сапоги гадили! – вырвалось у девушки.

Сдавленный стон был ей ответом. Плюхнувшись на задницу, она наконец сдалась и насупилась, скрестив руки на груди. Отсмеявшись, Радунхагейду помог ученице расцепить проклятые одежки.

– Пора двигаться. В состоянии? – Коннор натянул свой плащ и взвалил медвежью шкуру на плечи. Хизер кивнула, вновь зайдясь сиплым кашлем. Нахмурившись, ассасин следил за тем, как она загибается, ловя ртом воздух. – Идем до ближайшей деревни, а там найдем лошадей.

Он подхватил девушку под локоть, не давая упасть. Послушница кивнула в знак согласия. Когда так штормит – сложно спорить.

Медленно передвигаясь, то и дело останавливаясь, чтобы Хизер могла отдышаться, они брели по издевательски теплому и приветливому лесу. Временами Коннор срывал какие-то травы и складировал их в сумку. Разглядывать, что же он там собирает, девушка была не в состоянии: головная боль долбила череп изнутри, глаза жгло, а просто дышать казалось непосильной задачей. Впервые Хизер почувствовала, что она устала втягивать воздух. Хотелось лечь и не проталкивать кислород сквозь ободранную глотку хотя бы с минуту. Просто лечь и заснуть...

– Эй, а ну, не падать! – крепкая рука схватила послушницу за шиворот. – Ты мне брось эти фокусы.

– Я только на секундочку... – слабым голосом попросила Хизер. Ноги подгибались, отказываясь повиноваться.

– Слушай, не для того ты мне доказывала, что способна на большее, чтобы вот так банально свалиться. Уважать перестану! – пригрозил индеец. – Осталось немного, скоро будет дом священника.

– А, то есть без отпевания нельзя? – вяло среагировала болезная.

– Дура! Следующий от его – дом врача! – возмущению Радунхагейду не было предела.

– Тогда зачем нам священник? Я не могу так замуж... – уже в бреду возмутилась Хизер и обмякла.

– Какое “замуж”?! – свирепо уставился на нее Коннор и только тогда осознал, что шутница болтается у него в руке уже без сознания. – Ах, за-а-амуж... – пробормотал он и взвалил девицу на плечо. – Да, похудела. Не без того, – оценил наставник, но рюкзак все же сбросил – все равно ничего ценного в нем не было.

На стук в дверь открыл пожилой мужчина и прищурился, разглядывая незваных гостей. Вид охотника, держащего на одном плече шкуру, а на другом – бессознательную девушку, несколько удивил лекаря.