Шрифт:
— Заткнись, щенок!
— Барри, — хрипло шепчу, пристально смотря на спидстера. Тот поднимает глаза на меня, безмолвно моля не делать этого. — У меня нет выбора, — с горечью произношу, когда из хватки ещё одного мужчины пытается вырваться Маркус, но тут же на его руке остаётся глубокий порез. Джейн, которая также собиралась сделать хоть что-то, замирает, глядя на капли крови, которые стекают вниз по мускулистой руке Маркуса.
— В последний раз, Эмили, — моё внимание привлекает Ногицунэ, который протягивает мне камень. — В последний путь, — кивает с усмешкой на губах на гроб, который открывают. Я заглядываю внутрь, отчего с моих губ невольно срывается вскрик. Здесь пыльно, везде всякие жуки и…
— Билет туда, но в этот раз безвозвратный, — Ногицунэ кладёт в мою руку камень, заставляя сжать его в пальцах. В последний раз я поднимаю глаза на испуганных друзей, которые замирают, не дыша. И тогда же под их крики оборачиваюсь, ставя одну ногу внутрь. Сажусь, брезгливо прикусывая губу. Сжимаю в руке камень, чувствуя, как постепенно слабею. Ложусь на спину, тяжело дыша. Их крики постепенно гаснут, и я отчётливо слышу всхлип Лидии и отчаянный крик Стефана.
Испуганно смотрю на склоняющегося надо мной Ногицунэ, который только и произносит хитрым шепотом:
— Прощай, Эмили, — и с оглушительным грохотом крышка захлопывается, оставляя меня лежать в кромешной темноте, сжимая камень в руках.
Взгляд нервно мечется из стороны в сторону, пока я перевожу дыхание.
Делаю глубокий вдох, сразу же закашливаясь от затхлого воздуха, отчего-то несущего мне мертвечиной. На секунду прикрываю глаза, сжимая в руках кристалл и удивляясь его неестественному холоду.
Сглатываю, чувствуя, как кончики пальцев начинает покалывать. Голову будто начинают сдавливать невидимые тиски, а желудок сводит. Будто от голода, но это не он.
Моргаю, чувствуя, как тело слабеет — очередной вдох даётся мне с трудом, пока я перевожу взгляд на деревянный потолок прямо перед носом, замечая странное фиолетовое свечение, что начинает исходить от камня в моих руках.
И тогда меня оглушает собственный крик боли, когда всё тело будто в момент скручивает. Хренов Круциатус из Гарри Поттера кажется мне чем-то далёким и волшебным, когда тело сковывает оцепенение, в то время как я чувствую ужасающую боль.
Кричу, переходя на визг. Пальцы сжимаются на кристалле, обжигаясь его мёртвым холодом. Я срываю голос, но всё равно кричу.
Как же больно… Больно… Б…
Слышу сквозь собственный крик и чувствую сквозь эту боль, как кто-то сверху кидается к гробу и начинает бить по дереву руками, пытаясь разбить потолок. И я веду носом, едва уловив знакомый запах Стюарта, которого теперь удерживают на расстоянии.
Камень будто бы начинает нагреваться, словно забирая у меня все силы. И жизнь вместе с ними.
На секунду замолкаю, когда всё прекращается. А затем снова срываю глотку, чувствуя невыносимую боль, что не даёт мне даже вдохнуть.
Крик прерывается. Изо рта вырывается хриплый кашель, а затем всё тело снова пронзает боль. Я трясусь, рычу, распахиваю в изнеможении ресницы.
Почему мне так больно?!
Кто-нибудь, помогите!
Фиолетовое свечение раздражает, заставляя буквально на секунду прикрыть глаза, а затем снова испуганно распахнуть их.
Не чувствую ног, пальцев на руках. Но всё равно ощущаю, как нагревается камень. И теперь я не в силах отпустить его, отбросить в сторону, ведь все конечности окончательно немеют.
Мне становится страшно, впервые становиться страшно за себя. По вискам скатываются слёзы, падая на сухое прогнившее дерево подо мной. И тогда же я крепко сжимаю глаза.
— Я Стайлз, — парень протянул руку.
— Эмили Филлипс.
— Завтра в полночь, на нашей со Стайлзом поляне. Приведите его живым и в полном порядке. Вы отпустите Стайлза, и взамен я сама сдамся вам.
Воспоминания быстро мелькают перед глазами. Я не успеваю узнавать их, совсем слабея.
— Обрати его.
— Нет, это хуже смерти, Скотт.
— C чего такие объятия?
— Ты… Выжила. Ты должна быть мертва.
Я буду скучать.
— Значит, слухи не врут. Чувственный вампир, забавно.Только ты могла обмануть Майклсона.
— Не соизволите ли вы, мадмуазель Эмили Фрей, подарить мне столь весёлый и увлекательный вечер?
«Ты сейчас умираешь»
«Приглядись»
Дыхание это часы…тикающие.
Зеркала не врут.
— Только пообещай мне одну вещь, — говорит тихо и протягивает руку навстречу. — Не дай мне уйти.