В каком-то плане понятие «семьи» не являлось ей знакомым. Да, у неё была приёмная семья, состоящая из двух родителей, что, несомненно, любили друг друга, но не рассчитывали взять такого странного ребёнка из приюта. Теперь же они попросту не хотели никуда её отправлять, всё же решив довести дело до конца и вырастить из этого чуда какое-то подобие хорошего человека.

Но выходило из рук вон плохо, поэтому их отношения всё никак не хотели налаживаться.

Лили двинулась размеренным шагом в сторону столовой, попутно оглядываясь по сторонам, и подмечая, что уже по крайней мере половина лагеря активно бодрствовала. В это же время она только-только собиралась на завтрак, попутно пытаясь найти среди подростков знакомые лица.

Дочь Посейдона остановилась прямо на входе, щуря глаза. Столовая была полупустой, но остальные также завтракали, обсуждая каждый своё.

Повернув голову налево, Лили заметила пустой стол, за которым расположились лишь двое — черноволосый парень и девушка, которая с какой-то странной живостью рассказывала ему о чём-то, но в следующий момент резко остановилась, заметив дочь Посейдона.

Коулман растянула губы в широкой улыбке, направившись в сторону детей Аида. Во время, которое было необходимо ей на путь, Мари решила всё же договорить о чём-то своём, вызвав раздражённый вздох Нико:

— У тебя гиперактивность после долгого сна поднялась? — девушка в своей собственной особенной манере закатила глаза, затем подскочив на ноги и кинувшись крепко обнимать подругу:

— И у кого это из нас сегодня День Рождения, м? — это было странным, получать такие крепкие объятия от человека, который обычно предпочитал обниматься легко и ненавязчиво, будучи не особым фанатом прикосновений.

Лили хмыкнула. Вуд прищёлкнула языком, а затем, схватив руку дочери Посейдона, потянула ту в другую сторону от столика Аида.

Недоумевая, куда её тянет подруга, Коулман успела махнуть рукой сидевшему за многолюдным столиком детей Гермеса и отсалютовать весёлому и измазанному в саже Лео за столиком Гефеста.

Вот только в следующий момент кто-то вложил ей в руки что-то тяжелое и массивное, отчего Лили тихо и возмущённо пискнула:

— Эй, что это?! — но, опустив глаза на предмет в её руках, теперь уже она с интересом промычала что-то нечленораздельное.

Сначала её тонкие пальцы рвали обёртку неуверенно, а затем нещадно разрывали тонкую подарочную бумагу, давая возможность увидеть то, что скрывалось внутри.

— О боже… — изо рта девушки вырвался восхищенный шепот, а глаза всё никак не хотели отрываться от вещи в её руках.

Большая картина, на которой было изображено сине-лазурное море и прекраснейший корабль, бороздящий его просторы, блистала в утренних лучах солнца. Кое-где прослеживались знакомые штрихи и мотивы, которые были свойственны стилю Мари.

— Ты купила её…мне? — оробело спросила девушка, подняв глаза на подругу. Та, тихо засмеявшись, саркастически ответила:

— Ну, себе я картины с морями рисовать и покупать бы не стала.

— Она очень классная! — вскрикнула дочь Посейдона, тут же кинувшись крепко обнимать подругу. Мари смущённо растянула губы в улыбке, прищурившись.

И, совсем наплевав на правила, затем они вместе, смеясь и постоянно переглядываясь, уселись завтракать за столом детей Аида. Нико корректно смылся ещё в самом начале, поздравив Лили с Днём Рождения, а уже спустя четверть часа дикого хохота к ним присоединился Питер, попутно кокетливо подмигивая:

— С праздничком, именинница, это тебе, — он с тихим стуком положил на поверхность деревянного стола перед ней красивую резную шкатулку с узорами в виде дельфинов. — Фееричных идей у меня не было, поэтому я решил взять что-то утончённое, потому что подумал, что такое тебе понравится, — Стивенс переглянулся с Мари, которая лишь заговорщически дёрнула бровями.

— Мне очень нравится, — улыбнулась Лили, затем забросив в рот кусочек прожаренного бекона. Питер пожал плечами с улыбкой.

— Празднуете без меня, предатели? — раздался внезапно над их головами нагловатый голос, полный оптимизма. И лили, задрав голову назад, уже знала, кого увидит над собой.

Тёплые руки обняли её, а затем чьи-то губы нежно коснулись щеки. Залившись румянцем, Коулман даже не успела понять, когда черноволосый обхватил руками её за талию и поднял в воздух, закрутившись вместе с ней.

— Дин! — тут же послышался её вроде бы возмущённый, но в то же время радостный крик. И стуча руками по его плечам, Лили продолжала смеяться, даже не заметив в этот момент ухмыльнувшихся друг другу Мари и Питер, затем давших друг другу «пять».

Спустя несколько секунд, наконец оказавшись на земле, Лили ощутила, как какой-то кулон лёг ей на грудь, а прохладный металл цепочки коснулся обнаженной шеи.

— Приподнимешь волосы? — послышался голос Дина из-за её спины, отчего девушка тут же потянула руки к распущенным ранее локонам.