— Значит, ты дура, — холодно констатировал Малфой.

— Я не дам тебе уйти, — упрямо проговорила Грейнджер.

И это было правдой, она не позволит ему сбежать и совершить то, что окончательно раздавит его.

— Удачи, — обронил он, подзывая с помощью заклинания из кармана мантии небольшой предмет и отправляя его в руки Грейнджер. — Хватит трепаться, пора начинать.

На ладонь Гермионы опустился небольшой, но неожиданно увесистый, темный камешек с отверстием, в которое был вдет шнурок.

— Никогда не знаешь, к чему приведут игры с силой, взятой взаймы, — пояснил он, будто и не было минутой ранее разговора на повышенных тонах, — эта хрень должна защитить тебя. Теоретически.

Грейнджер повязала шнурок на шею, слабо усмехнувшись.

— Что не так? —насторожился Малфой.

— Все так, — пожала плечами Гермиона.

Хотелось в лицо заявить ему, что в этом весь он — распинаться о том, какой он ужасный, язвить, оскорблять ее друзей и сыпать пошлыми шутейками, а через мгновение вручать ей охранный талисман. И повторялось это с завидной регулярностью — будто намеренно он пытался задеть ее, рассуждая об умственных способностях ее друзей или оттачивал чувство юмора, слагая эпиграммы на ее факультет, а потом вставал, чтобы отодвинуть ее стул и помочь сесть, придерживал для нее дверь, уступал удобное кресло и все в таком духе.

Но говорить такое вслух. Годрик Великий, нет. Малфоя точно хватит удар. Несмотря на хваленую выдержку и умение держать себя, характер у него временами довольно взрывной. Особенно если вдруг невольно коснешься его личностных качеств. Он может соловьем заливаться о своем детстве, рассказывать о проделках и смешно подражать манере Люциуса отчитывать своего отпрыска, но если какой-то “личной” темы попытается коснуться Грейнджер, пиши пропало.

— Не хочу, чтобы ты заляпала меня своей поганой грязной кровью, — прищурившись, медленно и очень четко проговорил Драко, — если вдруг не справишься с избытком силы.

— Идиот, — спокойно ответила Гермиона и, отвернувшись от Малфоя, принялась стягивать с себя одежду. Она ни на йоту ему не поверила. А он демонстративно не смотрел в ее сторону.

========== 7.2 ==========

Когда от наготы ее отделяло всего ничего, лишь пара предметов одежды, Грейнджер обернулась. Малфой курсировал вокруг пентаграммы, добавляя по краю окружности какие-то знаки.

— Готова?

Получив от Гермионы утвердительный кивок, Драко невозмутимо избавился от последнего предмета своего гардероба и опустился на колени в самом центре рисунка.

— Ну? — раздраженно спросил он, видя, как Грейнджер застыла, сосредоточенно изучая пол.

— Закрой глаза, — попросила она, подходя ближе, и стараясь избегать смотреть на Малфоя.

Она не стеснялась обнаженного тела, но как и многим представительницам прекрасного пола ей было неловко раздеваться перед мужчиной, с которым, по сути, ее не объединяло ничего, что бы делало эту наготу естественной — ни секс, ни, прости Мерлин, какая-то романтическая связь.

— Твою ж мать, ты серьезно? — обреченно спросил Драко. — Как можно думать о том, что кто-то увидит твои сиськи, когда ты вот-вот взвалишь на себя силу, способную запросто тебя убить?

Грубо конечно, но он прав. Отчасти. И все же.

— Закрой, — упрямо произнесла Гермиона.

Малфой повернул голову в ее сторону и продемонстрировал закрытые глаза. Даже в таком виде ему каким-то образом удавалось выглялеть крайней раздраженным.

— Пообещай, что не будешь смотреть, — серьезным тоном произнесла Грейнджер, вызывая у Драко новую порцию обреченных вздохов.

В конечном счете, она все же добилась от него короткого “Обещаю”, что однако отнюдь ее не успокоило. Она и сама не знала, что ее смущает больше — то, что ей предстоит сделать, или то, как придется при этом выглядеть. Второе, Гермиона была полностью согласна с Малфоем, было довольно глупо. Но поделать она с собой ничего не могла.

Грейнджер торопливыми движениями сбросила последнее, что отделяло ее от самого позорного позора в ее жизни, и присоединилась к Драко. Стоять в непосредственной близи от абсолютно голого Малфоя, да еще на коленях, да еще и посреди пентаграммы в полутемной комнате, было, мягко говоря, не очень. Как морально, так и физически.

Ощутив движение воздуха рядом с собой, Драко… Повел себя самым что ни на есть лучшим образом. Он не сделал ничего, только терпеливо ждал, пока тараканы в голове Грейнджер угомонятся, и она даст ему знать, что можно начинать.

Гермиона немного помолчала, пытаясь унять чувство неловкости и дискомфорта, и всеми силами избегая опустить взгляд и узнать о Малфое явно больше того, чем ей хотелось бы сейчас знать. Вся эта ситуация была и без того из ряда вон.

— Ну… Начнем? — неуверенно спросила она.

— Наконец-то, — проворчал Малфой и только было открыл глаза, как моментально его левую половину лица обожгла знатная оплеуха.

— Ты обещал! Не смотреть!

Опешивший от такого поворота событий, Драко выставил было руку в предупредительном жесте, чтобы пресечь дальнейшее надругательство над своим лицом, но то ли он вскинул ее слишком резко и не в том направлении, то ли Гермиона потеряла равновесие и сместилась, но вместо ожидаемого женского запястья или локтя, он перехватил…