Алина опустилась на корточки и спрятал лицо в ладонях.

– Меня все ненавидят, - сквозь слезы пробормотала она.
– Отец убить готов, мать презирает. Наверное, она и подговорила братца избавиться от никудышней дочери. А что, очень удобно: нет тела - нет дела, а на окраине галактики меня никто никогда не найдет...

– Ну-ну, не реви.
– Рид устроился рядышком и обнял гостью за плечи.
– Плачем делу не поможешь. Они хотели избавиться от нас, а мы выживем им назло. Вырастем, наберемся сил и отомстим. Страшно отомстим. Зашвырнем их в такие пучины, что ад покажется раем. Ух, они получат!

Девушка подняла покрасневшее лицо и с недоверием посмотрела в оконце, где медленно догорал закат.

– Но дядя помогал мне. Защищал изо всех сил. И без раздумий отдал волшебную шпагу, лишь бы нас с братом не тронули. Он не мог просто взять и бросить меня умирать. Я тебе не верю.

– Отдал шпагу, говоришь? Так у него небось запасная есть.

– Нет! В том-то и дело.

– Значит он сейчас безоружен?

– А тебе какая разница?
– Алина сощурилась.
– Погоди-ка... откуда ты знаешь русский?

Рид вскочил с перекошенным гневом лицом и толкнул девушку. Та отшатнулась, не удержала равновесия и упала на груду чего-то твердого и звенящего. Спину пронзила острая боль, и в тот же миг наваждение развеялось. Исчезла избушка, растворился в воздухе рыжий парнишка, а посреди освещенной лунами поляны вспыхнули старые драконьи кости.

Это было то самое заколдованное место, вокруг которого весь день бродили пришельцы. Пламя сорвалось с остова, сплелось в горящего ящера и расправило крылья. Цепенея от ужаса, Алина попыталась сползти с груды доспехов, но латные перчатки внезапно ожили и вцепились в одежду оплавленными пальцами.

Девушка отчаянно завизжала, и тут же над ее лбом зависла огромная палица с погнутыми, местами сколотыми шипами.

– Ходящий по мирам!!!
– лесным пожаром проревел призрак и изрыгнул в ночное небо струю огня.
– Явись ко мне, или ее кровь вскипит!

Раздался хруст спекшейся земли. Из-за угольного ствола вышел Трофим, держа руки высоко над головой.

– Ты...
– прохрипела драконья душа.
– Из-за тебя Аргул сбежал, поджав хвост. Из-за твоего поганого языка я и десятки моих братьев лежат неотомщенными на людской земле и оттого не ведают покоя! Мы убьем тебя... Убьем и обретем покой!

Повинуясь зову вожака, над лесом взмыла стая объятых пламенем призраков. Издали казалось, будто войско великанов разом вскинули огромные факелы. Ящеры слетелись к проклятой поляне и расселись на колючках, безмолвно ожидая суда над ненавистным пришельцем.

– Хорошо. Хотите мстить - мстите. Но с одним условием.
– Странник оттопырил указательный палец.

– Да кто ты такой, чтобы ставить условия нам?!
– яростно выпалил вожак.
– Безоружный, бесполезный, жалкий... Сожжем тебя и дело с концом.

– Пусть говорит, - прозвучал вкрадчивый женский голос.

– Да, - хрипло согласился сосед.
– Последнее слово свято. Казнить всегда успеем.

– Но бойтесь его языка, - прошипел третий дракон.
– Он опаснее любого оружия.

– Ладно. Чего ты хочешь?

– Выведите детей из леса. Они здесь случайно и ни в чем не виноваты.

Над поляной полился тихий шелест, как от сгораемой бумаги. Призраки трясли пламенными гривами и беззвучно совещались меж собой. Казалось, это длилось целую вечность и никто не спешил исполнять приговор.

– Что-то мстить расхотелось, - прошептал дальний дракон, словно опасаясь навлечь на себя гнев сородичей.

– Мне тоже, - вторила драконица.
– Он жертвует собой ради детей. Получается, хорошего человека порешим.

– Но ведь он закончил войну!
– раздраженно бросил хозяин поляны.

– Ну не начал же.

– Мы могли бы править миром!

– О чем спорить?
– устало пробормотал женский голос.
– Былое не вернуть. Не думаю, что смерть странника избавит нас от проклятия. Как-то грустно это все. Пожалуй, полечу к себе.

– Я тоже.

– Да, уныло.

– Тоска заела. До завтра, братья.

– Надо подумать, кому еще отомстить.

– Подождите! Стойте!

В ярко-освещенный круг выбежал Василий и замахал руками. Расправившие крылья призраки переглянулись и уселись на колючки. Видимо, в лесу настолько скучно и одиноко, что любое мало-мальски интересное событие притягивало павших ящеров как лампа мотыльков.

– Вася, кыш, - процедил сквозь зубы дядя.
– Не высовывайся.

– Тихо, - буркнула драконица.
– Дай послушать малыша.