– Не впервой. Видишь какие мешки?
– Алина легла на другой бок и положила ладонь под щеку.
– Так что там у вас с Алестой?

– Она влюбилась в меня по уши. А я и не против. Хотя прекрасно знал, что никакие «жили долго, счастливо и умерли в один день» попросту невозможны. Задание выполнено - давай, до свидания. Но... я был молод, несдержан... В общем, ответил взаимностью, о чем до сих пор жалею.

– У тебя, наверное, в каждом мире по подруге?

Дядя взглянул на звездное небо и мечтательно сощурился.

– Только если аборигены похожи на людей... хотя бы отдаленно. Впрочем, помню одну канийку...

– Чур без подробностей! Джеймс Бонд, блин. Но почему ты вернулся именно сюда?

– Потому что Алеста - нечто большее, чем случайная связь.

– Все еще любишь ее?

– Не знаю. Здесь мне... нам было очень хорошо. В такие места всегда приятно вернуться.

– Повезло тебе. Я вот не хочу назад. Дома хуже чем в Колючем Лесу.

– Да, в семье у вас полный разлад.

– Ну так это же я постаралась! Родилась не такая, понимаешь ли.

– Рождаются все одинаковыми. А вот воспитатели у вас негодные.

– Да ладно! А как же «родители всегда правы, родители ни в чем не виноваты, подрастешь - поймешь»?

– Родители такие же люди, как и все. И бывают разными. Даже очень.
– Он кашлянул в кулак.
– Проблемы надо решать не с позиции «родители - дети», а с позиции «человек - человек». Когда одни выставляются правильными и мудрыми, а вторые - шкодливыми и глупыми, о каком понимании вообще может идти речь? А без понимания беда.

– Все ты знаешь. Твоим детям, наверное, сильно повезет. Не то что нам. Мама - королева, папа - добрый и справедливый хранитель разумной жизни во Вселенной.

Трофим невесело усмехнулся.

– Мало кто из нас доживает до пенсии. Которая, к слову, всего-то в сорок лет. Лишь единицы уходят на покой, так что стать папкой мне вряд ли суждено.

– Зашибись. Неудивительно, что Алесту аж трясет при виде тебя. Ворвался такой на белом коне, влюбил, вдохновил - и смылся помирать на другой край галактики.

– Такова судьба проводника.

– Ясно. Вопросов больше нет. Спокойной ночи.

Парень подпер щеку ладонью и уставился в огонь. И чем дольше наблюдал за пляской пламени, тем тяжелее становились веки. Проводники сильнее и выносливее обычных людей, но далеко не супермены и ничто человеческое им не чуждо. Последние сутки донельзя измотали гида, и он позволил себе немного вздремнуть, всецело положившись на поистине собачью чуткость. Его мигом разбудил бы любой посторонний звук, однако луг и березовая роща хранили удивительную тишину. Даже ветер прекратил трепать ветви, словно сжалившись над уставшим пришельцем.

– Думал, ты меня заложишь, - сказал Даня.
– Молодой, правильный, перспективный... и чуть не загремел на Тартар вместе со мной.

Они стояли на берегу безмятежного океана и наслаждались негромким шумом прибоя. И не только им. Неподалеку в теплых волнах плескалась Эра, ничуть не стыдясь наготы. Трофим старательно прятал глаза, но стройная фигурка и длиннющие белые волосы манили взгляд, как родник манит умирающего от жажды. Ради такой девушки можно нарушить правило... да хоть весь Устав сразу. Именно поэтому гид выбрал этот мир - невообразимо далекий и населенный лишь глубоководными рыбами. Океан от края до края и россыпь крохотных никому не нужных островов. Идеальное место для убежища. Эра будет здесь в безопасности, а Даниила не отравят под трибунал.

– Пообещай мне, - шепнул Трофим.
– Больше никаких нарушений.

– Честное пионерское.
– Товарищ отсалютовал и звонко рассмеялся.
– Расслабься.

– И не скачи сюда каждый день. Зачастишь - и Гильдия рано или поздно узнает, из-за чего ты постоянно ошиваешься у черта на куличках. Вернее, из-за кого.

– Ну хватит!
– Он хлопнул напарника по плечу.
– Как мой папа, ей богу. Буду вести себя хорошо, делать уроки и кушать кашку.

Трофим резко повернулся и ткнул Даню пальцем в грудь.

– Хватит паясничать! Тебе весело? Мне - нет! Я только что вытер ноги о то, во что свято верил все эти годы!

Хотел добавить: «И не только ради тебя», но вовремя прикусил язык. Товарищ посерьезнел и смиренно склонил голову.

– Брат, не кипятись. Я на нервах, вот и веду себя как дурак. Думаешь, мне легко? Я не хочу на Тартар.

– Я все понимаю, но если крепко облажался - постарайся не отсвечивать.

– Железно!

Гулко ухнул совун. Трофим вздрогнул и непроизвольно потянулся к поясу. Огляделся. Дети мирно спали, костер горел, поблизости никто не шастал. По ощущениям прошло минут десять, не больше. Вяло причмокнув, гид погрузился в тревожный сон.