— Абраксас Малфой, к вашим услугам. А вы?

Девушка открыла рот, чтобы ответить, и внезапно запнулась:

— Я… — глаза её заволокло смущение, и она забормотала: — Я… Не знаю… Не могу вспомнить…

Застонав, она схватилась за голову. Лицо её стало бледным как полотно, палочка в руке задрожала, и, спустя один удар сердца, незнакомка вновь потеряла сознание.

Абраксас тихо выругался, поднял обмякшее тело с земли и аппарировал в дом, где сразу же вызвал Ринкли, который с негромким хлопком явился мгновение спустя донельзя довольный. Первую секунду он внимательно изучал Малфоя удивлённым взглядом, задумчиво покручивая собственное ухо.

— Хозяин звал Ринкли? Хозяину надо помочь с юной мисс? — сочувственно спросил он.

— Нет, Ринкли, мне не нужна помощь. Отправляйся в беседку и обыщи всё вокруг. Найдёшь что-нибудь, принадлежащее этой девушке, неси сюда, — дал ему задание Абраксас.

Горя энтузиазмом и кивая головой словно китайский болванчик, Ринкли тут же исчез, а Малфой продолжил путь в одну из гостевых комнат, по-прежнему держа на руках девушку, которая всё ещё не пришла в себя. Лишь только потому что это было проще всего, он выбрал ближайшую к собственной спальне. Толкнув дверь, он вошёл в красиво обставленную комнату. Не желая выпускать из рук мягкое соблазнительное тело, он остановился посреди комнаты и окинул её взглядом. Раньше Бракс никогда не бывал в ней и оказался приятно удивлён обстановкой. Стены были декорированы лавандового цвета шёлком, украшенным мелкими цветами барвинка, а прямо напротив окна в сад висел огромный портрет, в данный момент пустой.

— Хм, как мило, — пробормотал Малфой.

Мягкий хлопок, сигнализирующий о появлении Ринкли, помешал дальнейшему изучению комнаты. Бледное лицо Абраксаса окрасилось нежным оттенком розового, и он поспешно опустил лёгкое тело девушки на покрытую шёлковым покрывалом кровать.

— Здесь всё, хозяин, — пропищал эльф, выставив на туалетный столик принесённые вещи.

Малфой, чей взгляд в это время ласкал мягкие соблазнительные формы незнакомки, оторвался от приятного занятия и подошёл ближе, чтобы рассмотреть находки, доставленные эльфом.

Туфельки, всё такие же красивые, он уже видел, поэтому не обратил на них внимания. Следующая вещица, впрочем, несколько удивила его, потому что он узнал её. Это был маховик времени его отца, в этом Бракс был уверен.

С каждой минутой ситуация становилась всё запутанней. Последней уликой, что нашёл Ринкли, оказалась маленькая карточка. Абраксас открыл её и прочёл:

Дорогая Гермиона,

Рады узнать, что вы приняли наше приглашение на благотворительный бал в Малфой-Мэноре. Этот билет — портал, который активируется в четыре часа пополудни.

Ждём встречи с вами сегодняшним вечером.

С уважением,

Люциус и Нарцисса Малфой.

10 июня 1999 года.

— Семьдесят три года… — ошарашенно пробормотал Абраксас. — Неудивительно, что она всё ещё без сознания. Это было довольно долгое путешествие.

Тут внимание серых глаз в очередной раз сосредоточилось на девушке, лежащей на кровати, и Бракс, присев на самый краешек, улыбнулся и нежно провёл по обнажённому плечу кончиками пальцев.

— Гермиона, — прошептал он, — какое красивое имя.

В этот момент молодой Малфой ещё ничего толком не знал о таинственной незнакомке. И всё же ему было известно достаточно, чтобы почувствовать некоторое удовлетворение:

«Она прибыла из будущего, она великолепна, и, судя по всему, в одна тысяча девятьсот девяносто девятом году её с удовольствием приглашают в Малфой-Мэнор. Так кто я такой, чтобы спорить с мнением потомков? Мне даже приятно оттого, что эта маленькая прекрасная бабочка из будущего посетила и моё время».

Внимание Бракса привлекло слабое шевеление на кровати. Девушка открыла глаза и теперь смотрела на него с явным подозрением.

— Здравствуйте, Гермиона. Добро пожаловать в поместье Малфоев.

Абраксас постарался ослепить её лучшей улыбкой из тех, что существовали в его арсенале, и был чрезвычайно доволен, когда заметил, что губы её чуть дрогнули в ответ.

«Ну вот, уже лучше», — подумал он.

Бракс хотел узнать о ней всё. Увы, после короткого разговора выяснилось, что Гермиона отчего-то потеряла память, поэтому не в силах была ничего объяснить. Кроме того, у неё хватало и собственных вопросов. Например, она понятия не имела, как у неё оказался маховик времени, принадлежащий Малфоям. И ничего не смогла вспомнить о себе или о том времени, откуда появилась.

Вся эта неизвестность усугубила всё ещё слабое состояние несчастной потеряшки, и от волнения дыхание её участилось. Абраксасу, обеспокоенному здоровьем так внезапно появившейся гостьи, удалось уговорить её принять успокоительное, и, спустя несколько непростых минут, Гермиона уснула.

Всю остальную часть дня Бракс не мог не думать о ней, продолжал проверять её состояние каждый час или около того и после ужина решил навестить свою таинственную бабочку в последний раз, отложив все посещения до завтра. Прикрыв дремлющую девушку кашемировой шалью, он оставил на краю кровати парочку своих батистовых рубашек и несколько материнских мантий, чтобы ей было что надеть, когда проснётся, и покинул комнату.