– Слушайте и запоминайте! Мы сейчас идем на Суходолье. Все знают, что суходольские - выскочки. Они кичатся своим богатством и зазнаются. Они вас не считают за людей. Но вы им покажете. Все знают, что суходольские - трусы. Они сидят на жирной земле, и только потому и богаты. Они трясутся за свое богатство. Мы проучим их. Мы отучим их задирать нос. У них много хорошей еды - сегодня вечером мы будем ее жрать. Самую лучшую! Победителям достается только самое лучшее! Сейчас мы надерем им задницу! А если они будут недовольны, мы позовем наших людей! Тех, что пришли из Дальнего города! Это крутые люди, и сейчас вы в этом убедитесь!

И с этими словами Квакин вытряхнул из заранее приготовленного мусорного мешка головы хапуг. Головы раскатились, кто куда. Они уже начали вонять.

– Мы убили хапуг! И мы убьем всех, кто против нас! - заорал Квакин с яростью, - всех!! И если найдутся предатели, мы убьем их тоже!

Квакин хотел атаковать Суходолье перед рассветом, но Пинок посоветовал другое.

– Суходолье - самая крутая деревня в округе, - сказал он, - нашим голожопым воякам, конечно, лестно было слушать о том, какие там живут трусы. Но, полагаю, это не так. Полагаю, что многочисленные и наглые Суходольские не раз били и выселковских, и распадских. И они могут отреагировать на нападение сопротивлением. В темноте наша хренова армия, никогда вместе не воевавшая, может просто разбежаться. Ведь каждому будет проще свалить, чем драться. Несколько шагов в темноту - и ни суходольские, ни собственное начальство тебе ни по чем. А вот днем, видя своих начальников, видя во главе двух раздолбаев с мечами, которые мочат всех подряд, они скорее станут сражаться, чем побегут.

Квакин уставился на него в некотором недоумении:

– Логично, но - почему ты в этом уверен?

– Александр Македонский просветил, - сказал Пинок, - он, помниться, тоже делал что - то похожее. Мог атаковать персов ночью, и это было бы хорошо, потому что персов было больше, чем греков. Но он дождался утра. Именно для того, чтобы его люди чувствовали себя одним целым. А ведь они уже успели повоевать, эти его люди. Что уж о наших - то говорить...

Александр Македонский был прав.

Сопротивление компаньонам действительно оказали. Приближенные эгриботы предупредили их, что суходольская охрана состоит минимум из десяти человек. Сама эта величина их не смутила. Но они опасались, что охрана может стать центром сопротивления. В Суходолье бывал базар, а на базаре местные то и дело дрались с неместными. Посему рефлекс коллективной драки мог запустится довольно легко.

Атакующие вошли в деревню, и направились к дому главного старейшины. Дорогу им преградили охранники. Квакин и Пинок повторили тот же прием, что и в Выселках - подошли к охранникам, а потом неожиданно выхватили мечи и стали рубить. Понимая, что сейчас - ключевой момент, и надо превращать бой лидеров в бой армии, Долбила с гвардией тоже набросились на охрану. Создался перевес, так как трое охранников были сразу убиты, а у нападавших было два меча против дубин. Но, в отличие о прежних случаев, на шум прибежали и родственники старейшин, и кое - кто из жителей. Причем жители сами посодействовали компаньонам тем, что бежали к их людям сзади, отрезая дорогу к выходу из деревни. Это помогло взводным ввести свои пятерки в бой. Но и тут перевес был на стороне компаньонов, потому что не у всех прибежавших было хоть какое - то оружие. Кроме того, компаньоны заранее разделили пятерки на пары, где более крепкий нападал, а второй - прикрывал его спину. Взводного же прикрывали сразу двое, для чего некоторые пятерки пришлось временно расформировать.

Квакина и Пинка никто не прикрывал, но они в этом и не нуждались. Человек с мечем вызывал такой страх, что от него убегали, не ввязываясь в бой. Зато удобно было мочить в спину тех, кто увлекся нападением на атакующих, и терял бдительность.

Бой продолжался минут пятнадцать. За это время были убиты старейшины, охрана и человек десять местных. Еще десяток местных оказались небоеспособны вследствие ранений.

Местные стали разбегаться. Их преследовали, и били дубинками и цепами. Повальное истребление суходольских в планы компаньонов не входили, и они приказали взводным собирать бойцов. Тем, кого удалось вернут быстро, было приказано ходить по периметру деревни, и никого не выпускать.

Когда бойцы собрались на площади перед домом главного старейшины, Квакин обратился к ним с легко предсказуемой речью.

Он заявил, что мятежники убиты, и жители Выселок и Распадка спасены от экспроприации кур. Наглые суходольские получили по заслугам. Славное войско захватило шикарную добычу, и скоро воспользуется ею. Но в деревне еще могут быть недобитые враги, а потому надо снова взяться за дело под руководством взводных.

Дело снова двинулось.

Быстро прикинув карту деревни, Квакин расположил пятерки так, чтобы они контролировали все улицы и каждый боец видел двоих своих коллег. Свободное перемещение жителей по Суходолью запрещалось. Все должны были сидеть дома, и ждать команд.

Далее компаньоны в сопровождении гвардии и нескольких бойцов пошли по дворам. Дома обыскивали, жителей препровождали на площадь, по периметру которой стояли бойцы. Чуваков запирали в обширном амбаре главного вождя, откуда они же быстро выкинули все запасы. Телок же и детей размещали в доме главного. Дома в Суходолье имели весьма прочные ставни, тотчас же, естественно, запертые.

Среди местных нашелся знахарь, которому поручили заботу о раненых с обоих сторон. Раненые были помещены в специальное помещение. Убитых же пока просто оттащили в сторонку - дел и без них хватало.

Когда все местные оказались рассортированы, Квакин снял большую часть патрулей, и усилил ими охрану периметра. Остальным же приказал искать местных во всех закоулках. Объявил и приз - по курице за найденного.

Компаньоны и гвардия переместились на площадь. Требовалось провести работу среди местного населения.

Прежде всего следовало выявить местных маргиналов, и дать им какую - то работу, которая сразу поставила бы их над односельчанами. Посему в присутствии Квакина Долбила начал допрос местных. Следовало выяснить, кто из местных был бедняк, кто много должен, кто в ссоре со многими и так далее. Все это были потенциальные сторонники.