А так чем ближе к МКАДу, тем оживленней. Кто-то баулы тащил, вон группка людей о чем-то разговаривают с полицейскими, которые здесь периодически уже мелькали. На нас смотрели, но без особо интереса, только на оружие, ну и по Лизе частенько проводили взглядом, это уже стандарт. Мертвяков уже не видно было, видимо отсреливали еще на подступах, о чём свидетельствовали периодические выстрелы.

— Так! — машина остановилась, — тот же боец стал показывать рукой, — вон там главная дорога на подьеме, видите? Там для машин, кто смог пробку обьехать, а по бокам два колечка, там у обоих посты, вам нужен не ближний, а дальний, там наши знакомые, во какие ребята, а на ближнем постоянно пробки собираются, всё ясно?

— Спасибо, мужики! — опять за всех сказал Гена, — не знаю чем благодарить, может нож или рация?

Он стал на ходу тянуть эти богатсва в их сторону, но солдаты только посмеялись, и потарахтели обратно, обьезжая нашу группу, смущая Гену с протянутыми руками, и нас заодно. Ну и ладно.

И все же мы пошли к ближнему кольцу, там стояло всего две семьи, и то не большие, мама папа и ребенок умноженные на два, а что там на дальнем неизвестно, из-за наваленных коробок для военных, с флагом России, ничего не видно нормально. Пост состоял из пяти бойцов в форме ОМОНа, четверо стояли как бы сторонке, расслабленно смоля сигареты, а один, высокий и полный усач в одежде, больше похожей на полицейскую, общался с людьми, делая записи в большую тетрадку, держа её прямо на весу.

Что было сверху на дороге не был видно, но в сторону района я посмотрел — там стояли какие-то военные машины, какие сзади и не понять, и даже один танк. Ну и люди, конечно, изредка кто-то из них постреливал, машины молчали, видимо пушкой по воробьям стрелять никто не думал. Но бандитов всяких это должно отпугнуть.

Семьи прошли быстро, а вот увидев нас все солдаты встали сзади полицеского, видимо оружие настрожило. Но главного это не смутило, он поманил нас пальцем.

За постом кроме дороги было видно и поля, и высокие флагштоки с тряпками разного цвета, на большом расстоянии друг от друга. Палатки тоже высокие, причем много, и устанавливали еще, видимо туда селятся беженцы, а кто-то наверно идет дальше, всё же на многих людей на первый взгляд, этого не хватит.

Мне надо туда.

— Привратник лейтенант Романюк, здравия желаю! — саркастично козырнул он, — поздравляю с выходом из карантинной зоны! Троекратное ура!

— Спасибо. — тоже не впечатлился Геннадий. — Нам бы пройти, поселится на день хотя б отдохнуть, планы определить, посмотреть что где и как.

— Как все, как и все, — покивал головой Романюк, открывая книгу, — документы есть?

Вдалеке, как раз в палаточном лагере послышались крики.

Но солдаты внимания не обратили. А мы обратили, замерев.

— Давайте оформляться, — поторопили нас, — если никого больше нет, это не значит что можно саботировать процесс. Сдавайте оружие и называйте данные, места пока есть, кстати, а вот завтра такими темпами, может уже на земле будут спать новенькие.

Опять крики, еще больше и на разные голоса, потом звуки выстрелов, очередь. Тишина.

— А у вас там в лагере безопасно? — не удержался я, а игнор вояк немного разозлил.

— Не буду врать, попадаюся недальновидные, эгоистичные, скрывают свои укусы, укусы родственников, и потом случаются локальные вспышки эпидемии, которые мы— даже палец вверх поднял, — своевременно ликвидируем!

Ага, сколько там людей уже покусали, пока мы стоим и до этого. Пока они там доберутся, пока ликвидируют. И нам туда? Уже не уверен.

— Другого выхода пока нет, сил не хватает всех проверять и патрулировать, — вздохнул Романюк, — людей селим в домиках, в торговом комплексе *Конструктор*, в полях палаточные городки ставят, но людей в разы больше, стекаются с районов, кто сумел. И хорошо, что многие едут дальше, а то мы в лесах бы уже располагались.

И опять крики, да емае! Вояки, кстати, тоже занервничали, оглядываясь. И их даже проняло.

— В общем, мы отошли от темы, вам там дальше все это расскажут, наше дело оформлять и пропускать. Сдавайте, сдавайте оружие, и ножи, я их вижу, и всё что может пригодиться армии.

Я даже отступил на пару шагов. Сдавать оружие, и идти туда? Где только за пару минут кого-то пару раз уже явно убивали? Да я там расслабиться не смогу, да еще и без оружия. А если не успееют, не справятся с новыми жертвами?

Гена думал так же, он обернулся к нам, и все синхронно стали отступать на пару шагов, показывая своё нежелание туда идти. А вояки наоборот, подошли ближе, встав около нас, почувстовали наверно, что мы уже уходим.

— Не, спасибо господин привратник Романюк, мы пожалуй пойдем в другую сторону, не сможем здесь прижиться, — решился Геннадий, — всего хорошего.

— Да куда вы собрались, — у привратника глаза почти на лоб полезли, — дурные! Идите сюда, здесь защита, военные! Ну!

И какое-то грозное*ну* получилось, бррр. Ситуацию решил разрулить Иван.

— Слушайте, ну что вы так, я сам из органов, всё понимаю, — начал он, миролюбиво подняв ладони, — у меня есть дачка недалеко отсюда, мы туда пойдем, запасов много, нам не нужна защита, нам главное сюда было добраться.