Лорд Рэдиссон нахмурился.

— В любом случае, это неважно, так как ты избавишься от нее, как только мы прибудем на Прайм. Такая, плюс без девственности, она для меня бесполезна.

— Но, милорд, только подумайте, что скажут люди, какие слухи… — голос Перси поднялся до тонкого писка. — Если все подготовить… никто не узнает, что она не была в крио-кровати все это время на «Звезде Принцессы». С другим чипом, возможно, более продвинутым в этот раз…

— А это ведь хорошая мысль, Перси. Я стану посмешищем, если кто-нибудь узнает правду, — Рэдиссон нахмурился, сливаясь в суровом сером свете корабля в затуманенном взгляде Крисы. — Но другой чип, какой бы он не был продвинутым, не может решить все проблемы. Нет, я думаю, о полной чистки памяти. Нейронный имплантат выполнит свое предназначение просто на отлично. Соедини меня с хирургом, сразу, как только мы войдем на орбиту Прайма, и убедись, что он понимает, что мне действительно необходимо.

— Нейронный имплантат? Но, Лорд Рэдиссон, это же опасно. Должен сказать, были слухи об… осложнениях.

— Перси, ты думаешь, меня это волнует? Если я приму во внимание твое предложение, то предпочту женится на довольной идиотке, а не матросе с грязным ртом, — он сердито дернул подбородком в сторону Крисы. — Просто проследи за этим, и я больше ничего не желаю слышать, — и он исчез из поля ее зрения, видимо, направляясь к одному из мягких серых кресел.

Свет в каюте погас. Криса знала, что это из-за введенного ей наркотика, неважно как сильно она пыталась противостоять ему. Смутно она услышала ровный, безэмоциональный голос пилота, который попросил всех пристегнуть ремни. Они приближались к Линекс Прайм, где ей сотрут память.

В голове быстро возникло яркое воспоминание, как она помогала мыть огромный деревянный пол на «Дикой Розе», в качестве наказания, за то, что вышла из общежития ночью.

«Все, убедитесь, что не оставили ни одного пятнышка, девочки. Хочу увидеть отражение на паркете, когда вы закончите», — мадам Виск, глава отдела экономок, была уверена, что она, как и остальные девочки, которых наказали, выполнят свою работу хорошо.

А теперь ей сотрут память и личность, оставят лишь отражение лорда Рэдиссона на поверхности.

«Ну и ладно, сделайте это. Если Тиг мертв, тогда в любом случае ей нечего помнить». Эта мысль последовала за ней в темноту.

ГЛАВА 27

— Криса, — серебристые глаза мужчины сияли на темном, запретном лице. Он передвинул руку и обхватил ее щеку ладонью. Его кожа была такой теплой…

— Криса, — снова повторил он. Глубокая печаль прозвучала в его голосе, от которой на ее глазах навернулись слезы. Она чувствовала, что должна знать его, что он кто-то важный для нее. Но почему? Почему?

— Криса, — произнес он в третий раз. Его имя, его имя было таким странным, серебристоглазый мужчина, его имя висело на языке, также близко как и его ладонь на ее щеке, но она не могла… все равно не могла… вспомнить. Резкая, обжигающая боль пронзила ее виски.

— Перла! Перла! — Криса проснулась со слезами на глазах и головной болью. Ее экономка тут же появилась перед ней, ее лицо сморщилось от беспокойства.

— Да, моя сладкая? Тебе снова что-то снилось, — она села возле нее на роскошную, сатиновую кровать, и взяла обе руки Крисы в свои. Прикосновение Перлы было холодным, ее гладкая кожа, несмотря на возраст, была нежной, как у ребенка.

Криса вздохнула с облегчением.

— Да, тот самый. Мужчина с серебристыми глазами. Он знает меня, но я не знаю его, хотя такое чувство, что должна. И, Перла, он выглядел таким грустным. Что это должно бы означать?

— Теперь все хорошо, это просто сон, милая. Чаще всего они ничего не значат, поэтому не беспокойся о нем, — Перла успокаивающе похлопала ее по руке, проводя палочкой благовоний перед глазами Крисы, казалось, она всегда так делала, когда Криса нуждалась в этом сладком успокаивающем запахе. — Все равно уже утро и тебе пора вставать. Ты же не хочешь пропустить завтрак с его сиятельством, на который он пригласил тебя присоединится. Теперь все хорошо? — Лицо Перлы расплылось в удовольствии. Лорд Рэдиссон не часто просил Крису присоединится к нему.

— Это… прекрасно, — сказала она, изо всех стараясь показать, что чувствует восторг и энтузиазм, который ожидала Перла. Благодаря лорду Рэдиссону, она была всем обеспечена. Ее любимые платья, собственный изящный транспорт ховеркоч, который мог отвезти ее на шопинг, куда бы ей не захотелось, красивая спальня, отделанная розовым шелком и сатином, которые специально привезли из Старой Земли — он обеспечил ее всем этим. Но Криса так и не смогла заставить себя полюбить этого мужчина, хотя Перла постоянно говорила ей о его щедрости.

Всякий раз, когда лорд Рэдиссон желал ее видеть, Перла приходила в восторг, ее старой экономке нравилось суетиться и наряжать ее. Но Крисе было наплевать на лорда Рэдиссона, хотя она и знала, что должна вести себя прилично, потому что ей очень нравилась ее экономка. Ради Перлы, она попытается притвориться, что пришла в восторг от мысли, что проведет первую трапезу с холодным, молчаливым мужчиной, который всегда смотрел на нее, как на собаку, которая могла вскочить и укусить его в любую секунду.