Тиг не пытался сделать что-то неприличное во время их похода сквозь джунгли, но тогда он был озадачен их выживанием. Сейчас, когда они в безопасности за стенами деревни исс, у него было время обратить внимание и на другие вещи — например на нее, как заметил ее практичный тонкий голосок в голове.

Поэтому Криса убедилась, что лежала, исключительно на своей стороне кровати из травяного матраса, с натянутым до подбородка меховым одеялом, когда задала вопрос о его прошлом.

Он не ответил, поэтому она напомнила:

— Тиг?

— Что ты хочешь знать? — наконец, произнес он, все еще находясь спиной к ней. — Ты одета?

Криса кивнула и потом поняла, что он не может видеть этот жест.

— Да, теперь ты можешь повернуться.

Тиг обернулся и как обычно небрежно кинул свою одежду на пол. Теперь, вне джунглей, он раздевался перед тем, как идти спать, что заставляло практичный маленький голосок в голове Крисы нервничать вдвойне. Сначала она была против такого, на что Тиг коротко ответил, что отказывается терпеть дискомфорт только для того, чтобы удовлетворить ее глупые идеи о скромности и приличии.

Серо-зеленый жилет уже лежал на полу, и, когда за ними последовали его черные брюки, Криса отвернулась и погасила огонь в толстой маленькой глиняной лампе, погружая хижину во тьму. Она убеждала себя не смотреть, но все еще не могла оторвать взгляд от твердой темной тени его члена между бедер, пока их не окружила темнота. У нее появилась привычка гасить свет до того, как он полностью разденется, сначала это удивляло Тига, но сейчас он перестал комментировать это.

— Я хочу знать, почему ты сказал то, что ты сказал — про убийство по необходимости, а не для удовольствия. Это совсем отличается от того, что ты сказал мне в первую ночь на «Звезде Принцессы».

Тиг тяжело вздохнул и скользнул в постель на травяной матрас рядом с ней. Криса убедилась, что остается на своей стороне, хоть и чувствовала жар, который излучало огромное тело.

— Как то, что я говорил ему отличается от того, что я говорил тебе? — спросил он, переворачиваясь на бок, чтобы посмотреть на нее, серебристые глаза мягко сверкнули в темноте.

— Ну, даже очень, — возмущено сказала Криса. — Когда мы разговаривали, ты вел себя так, словно для тебя убийство людей — обычное дело, образ жизни, ты сказал. Но когда ты разговаривал с Зибой, когда успокаивал его, ты вел себя так… не знаю… как если это почти тебя беспокоило.

Тиг снова вздохнул.

— Нет, я сказал тебе, что делать то, что тебе необходимо для выживания становится образом жизни. Для меня, к несчастью, случилось то, что повлекло множество убийств. Ты же выбираешься из ситуаций говоря «пожалуйста» и «спасибо», милая. Иногда приходится делать грязные, ужасные вещи, чтобы удержать свою свободу, — серебристые глаза смотрели на нее задумчиво. — Но каждый раз я убивал потому, что мне приходилось. То, что я говорил Зибе — это то, что он не должен убивать ради забавы.

— Н-но ты сказал ему, что убил ради удовольствия. Один раз… в первый раз. Расскажи мне об этом, — прошептала Криса, ей было самой интересно, действительно ли она хотела знать это. Она чувствовала себя как ребенок, просящий рассказать историю о привидениях прямо перед сном. Слова Тига, сказанные полуиссовскому мальчику, вызвали у нее большое любопытство.

— Ты действительно хочешь знать это? — спросил Тиг ровным голосом, словно прочитал ее мысли.

Он уставился на нее пронзительным взглядом, два глаза, как две серебряные луны, сузились до узких щелей в бархатной темноте. Внезапно, она испугалась, почти боялась пошевелится. Она легонько кивнула, зная, что он может видеть этот жест, даже в черной, как смоль, хижине.

— Отлично. Думаю, ты готова к этому.

Тиг откинулся на спину, уставившись в черноту немигающим взглядом. Какое-то время Криса думала, что он не станет ей рассказывать. Но затем раздался низкий, хриплый голос, мягкий тон, который больше походил на вибрацию, чем на обычный звук голоса.

— Ты же знаешь, что я был рабом Найтсайдером на Альхоре, но я никогда не рассказывал тебе почему в действительно ушел. То, что произошло, заставило меня убить хозяина Дейсайдера и сбежать с планеты.

— Я предполагаю… — Криса ответила тихо. — Я не могу представить тебя рабом. Как бы то ни было, ты не похож на раба.

Тиг сухо рассмеялся, короткий, лающий звук раздался в темной хижине.

— Если на то пошло, ты тоже не похожа на этот тип людей, милая. Но есть одно но… все было не так. Или не все, во всяком случае. Я родился в доме моего первого хозяина, он растил меня почти как сына, потому что у него не было никого. Мне доверяли, дали образование. Возможно, я остался бы рабом навсегда, я родился для этого, и это все, что я знал.