У места, где они с Троттом лежали, один из охонгов начал подергивать передними торчащими лапами-лезвиями, словно в раздумии, и всадник повел туда-сюда факелом, но инсектоид поковылял дальше, и принцесса едва удержалась, чтобы шумно не выдохнуть от облегчения.

Паутина очень замедляла движение. Луны уже прошли половину неба, Алинка отупела от желания спать, а долина все не кончалась. Пришлось перебираться через речку, замирая от страха - в тишине очень громко плескала вода, снова вслед за Троттом перелезать через липкие сети. Она очень старалась не ошибиться. Но ступня поехала на скользком камне - и Алина всем весом вляпалась в паутину.

Сеть завибрировала, крупным дождем с громким шорохом посыпались капли воды на землю. Профессор повернулся - принцесса молча дергалась, пытаясь высвободиться и запутываясь ещё больше. Лицо инляндца вдруг показалось очень бледным. В руке его сверкнул призрачный клинок - и он принялся обрубать липкие нити. Принцесса, высвободив руку, достала нож, тоже принялась пилить паутину - но та была очень прочной и липла к лезвию.

Справа раздался тонкий паучий присвист, и Алина, закусив губу, принялась работать ножом быстрее. Тротт выругался, в несколько взмахов обрубил оставшиеся нити и рявкнул:

– Бегом! За мной! Пока есть время уйти!

И она побежала.

Тротт тряхнул второй рукой - теперь у него было два призрачных клинка, и он работал ими, прорубая дорогу в полотнах паутин - неуловимо быстро, почти не останавливаясь. Алина бежала за ним, чувствуя, как горят легкие. Позади раздавались переливы свистов, где-то далеко взревел кто-то ещё из инсектоидов, раздались отдаленные людские голоса.

Внезапно полотна паутины закончились, и беглецы помчались вверх по крутому склону. Под ногами принцессы заскользила щебенка, посыпалась, Алинка чуть не покатилась вниз - и повисла на руке перехватившего ее Тротта, пытаясь опереться о косогор - ноги скользили, не слушались. Наконец, ее подтянули выше. Профессор, глядя за ее спину, выругался - и она оглянулась. К подножию холма ужасающе быстро приближались несколько всадников на охонгах, за ними двигались еще с десяток, виднелись в отдалении и пауки, и пешие преследователи. От ближайших ловчих вдруг россыпью полетели горящие стрелы, освещая часть склона, но упали далеко от беглецов, продолжая гореть. Их пока не заметили, но сколько продлится это везение?

– Алина, - резко позвал Тротт.
– Пока они нас не видят. Вы сейчас быстро поднимаетесь дальше. На самую вершину и потом двигаетесь к лесу как можно быстрее. Я вас найду. Понятно? Если не найду, идете к поселению дар-тени, как я вам объяснял.

– Но, профессор… - прошептала она, замерев от ужаса.

Тротт больно схватил ее за волосы, заставляя посмотреть себе в лицо. Оно было искажено от ярости.

– Я что сказал, Богуславская?
– рявкнул он.
– Немедленно!

И она, всхлипывая от страшного лорда Макса и страшной обреченной злости в его голосе, рванулась и побежала вверх, в темноте, цепляясь руками за камни, соскальзывая и снова поднимаясь. И задыхаясь от скорости и нехватки кислорода.

Оглянулась она через десяток секунд - чтобы увидеть, как профессор, полоснув ножом по ладони, мажет кровью по камням - и затем устремляется вправо, резко забирая дальше от моря. А через несколько минут оттуда раздался звук рога.

Алина снова оглянулась - преследователи повернули туда, за ним! Он уводил погоню от нее! И принцесса, закусив губу, полезла наверх.

Только бы выжил! Только бы выжил! Пожалуйста!

Она не могла сказать, сколько уже поднималась. Луны давно прошли две трети неба, и тени теперь повернули к морю. За это время несколько раз она слышала звуки рога, и огни факелов удалялись все дальше, а Алина все брела и брела… пока не оказалась на вершине второго холма.

Через несколько минут принцесса поймала себя на том, что прислушивается - очень давно уже не было слышно трубного рева рога. Ее начало трясти, по лицу потекли слезы - а она упрямо шла вперед, чувствуя себя слепой и беспомощной. Возможно, лорда Тротта сейчас убивают, и все из-за нее, глупой неуклюжей Алинки!

Она обернулась ещё раз и похолодела, увидев мерцающие огни факелов. Похоже, часть преследователей поняла, что с помощью звуков рога их водят за нос, и решила прочесать тот склон, по которому поднималась Алина. Охонги были еще очень далеко, но двигались куда быстрее человека - то расстояние, на прохождение которого она потратила уйму времени, они преодолели за несколько минут. Еще пара десятков минут - и ее догонят!

Сверкнули и снова полетели вперед, к ней, горящие стрелы.

Слезы то ли от страха, то ли от беспомощности мгновенно высохли, и принцесса опять бросилась бежать. Она долго бежала - сердце колотилось все сильнее и сильнее. Холм пошел вниз, и она прыгала через стволы, запиналась о камни, падала, поднималась и неслась дальше.

Сбоку полыхнуло красным - это пролетела горящая стрела, воткнулась в нескольких метрах от принцессы. Алинка обернулась - преследователи были уже на вершине холма, а она убежала оттуда совсем недалеко! Полетели ещё стрелы. Сзади раздались возгласы - она поняла, что ее заметили, и, поскуливая от ужаса, ускорилась так, что в глазах потемнело, начала петлять между деревьями, как заяц, оглядываясь через плечо. Ловчие были совсем близко, послышались окрики. Она запнулась, но удержалась на ногах, побежала дальше, взвизгнула - навстречу ей метнулся кто-то темный, дернул за руку и поволок дальше за собой.

Лорд Тротт. Живой.

У нее словно второе дыхание открылось, и она полетела за ним, не чувствуя ног. Но наемники окружали их, отрезая путь. Вот навстречу понесся охонг, второй, третий заходил сбоку по дуге - его всадник раскручивал что-то очень похожее на ловчую сеть, которые Алинка уже видела. Тротт еще ухитрялся проскальзывать между преследователями, о его щит то и дело стучали стрелы, но их прижимали все ближе к обрыву у моря.

В лесу стало совсем темно. Луны зашли.

И тут профессор остановился, развернулся к наемникам, прикрывая Алинку собой. Принцесса покосилась назад. За их спинами скала обрывалась в море, а спереди, окружая их, из леса выходило с полтора десятка нейров на охонгах.