— Да. Для всех будет лучше, если они не узнают.

— Вся эта таинственность свидетельствует о том, что это как-то связано с королем Генри, — сказал Финеас, вставая.

Дроган не стал отрицать. Озноб побежал по спине Серены, когда она вспомнила красивого коня и блестящие доспехи мужчины, который чуть было не настиг их. Несмотря на отсутствие герба на щите, рыцарь создавал впечатление богатства и силы.

— Ты не можешь бороться с этим человеком в одиночку, — сказала она, не в силах смолчать.

Дроган перевёл на неё взгляд золотисто-карих глаз.

— Могу и буду. Он мне не чета.

— Тогда почему ты не стал драться с ним в лесу?

Дроган беспечно прислонился к стене. Его не ввели в заблуждение вопросы Серены. У неё явно что-то было на уме.

— Я очень рано узнал, что любое преимущество, даже самое маленькое, может решить исход битвы.

— Другими словами? — подбодрила она, приподнимая подбородок.

— Он хотел найти меня. Тогда у него была выигрышная позиция, но здесь такого не будет, хотя я собираюсь убедить его в обратном.

Она покачала головой и начала беспокойно расхаживать.

— Конечно, он не настолько глуп, чтобы думать, что сможет напасть на… — сказала она, взмахивая рукой, — этот замок в одиночку?

Дроган усмехнулся, глядя на ее растущий гнев.

— Если это тот, о ком я думаю, то да, он определенно так считает.

Она остановилась, и пристально посмотрела на него.

— Это второй раз, когда ты так говоришь.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Финеас. — Я думал, ты знаешь, кто это.

Дроган застонал.

— Я готов к атаке любого из них двоих, и к возможной совместной атаке тоже.

На мгновение Финеас посмотрел на Серену, прежде чем переключить внимание на Дрогана.

— Я знаю, насколько хорошо защищён этот замок, Дроган. Тебе не нужны мои люди, чтобы помочь защитить его. Так что же тебе нужно от меня?

Дроган оторвал взгляд от Серены и повернулся к дяде.

— Чтобы ты забрал Джерарда, Марис, Джоселин и Серену на свой остров. Там они будут в безопасности, пока я не приеду за ними.

— Конечно, — сказал Финеас, и Дроган не сомневался, что тот скажет именно это.

Он вздохнул и прислонился головой к стене.

— Спасибо.

***

День для Дрогана тянулся бесконечно. Все, о чем он мог думать, была Серена. Она занимала все его мысли, несмотря на нависшую над ними угрозу.

Он оставался на крепостных стенах так долго, как мог, напряженно вглядываясь в темноту, в попытках разглядеть своих людей, ведущих Джерарда в Вулфглинн. Но, увы, не было ни малейших признаков их приближения.

Вообще ничего, кроме одинокой совы, летающей в лесу. Был ли это Никодим Серены?

Молчание волков было красноречиво. Тот, кто охотился за ним, затаился где-то, выжидая. Ему хотелось просто выйти из ворот и покончить с этим, но он пообещал Серене, что обеспечит безопасность Джерарда и Марис.

Но, как только они окажутся внутри стен Вулфглинна, это будет совсем другое дело. Он уже отдал строгий приказ своим людям, гласящий о том, что он — единственный человек, которому позволено выходить за ворота. Он не мог позволить своим мыслям быть разбросанными, и знание, что все они с Финеасом, позволит ему сосредоточиться.

— У Вас есть минута, мой господин?

Дроган обернулся на тихий голос.

— Франческа?

— Да, — она слегка склонила голову. — Я не помешаю?

Он покачал головой.

— Нет конечно. Чем могу быть полезен?

Она подошла к стене, и посмотрела меж зубцов и амбразуры, ее темно-рыжие волосы развевались на слабом ветру. Франческа вздрогнула и поплотнее закуталась в шаль.

— Вы не похожи на человека, который верит в ведьм.

— Я и не верил, но, столкнувшись с тем, что это реально, приспособился.

— Хм, — пробормотала она. — Серена весьма мила, не так ли?

Дроган прислонился плечом к зубцу и скрестил руки на груди.

— Да очень. Она рассказала мне о проклятии.

Взгляд Франчески сосредоточился на нем.

— Рассказала? И что Вы думаете о проклятии, которое преследует наш народ на протяжении многих поколений?

— Думаю, это ужасно жить с чем-то подобным.

— Ужаснее, чем Вы можете представить.

— Вы хотите отвратить меня от нее?

Франческа пожала плечами.