– Что с тобой? Не молчи! Где-то болит?
– он взял мои руки в свои, стал разминать.

– Ты ей сказал, что её отчислили, - обвинительно сказала Гера.

– Что? Я же пошутил. Регина, ты чего?

Я могла вырвать свои руки, оттолкнуть парня и уйти домой, но в последнее время на нас свалилось и так много испытаний... Поэтому я позволила ему взять меня на руки и усадить себе на колени (мы присели на угловом диванчике, тут же на кухне).

– Я поверила, - буркнула я, не глядя на любимого.

– И чего так расстроилась?
– он улыбнулся мягко и непонимающе, провёл рукой по волосам (уже настолько изучил меня, что знает, что меня успокаивает?).

– Был неприятный опыт.

– Да?
– он неверяще на меня уставился.
– Ты не похожа на хулиганку. Хотя нет, если ты и в прежней школе сыпанула кому-то перцем в глаза, то да, я верю.

Я невольно улыбнулась, Астах чмокнул в губы.

– Пойдём завтракать?

***

В школе меня радостно встретили Луганский и Эмма. Их отношения за время моего отсутствия заметно продвинулись: они, не скрываясь, целовались в коридоре.

– О, Снегирёва, прибыла наконец-то! Вид у тебя цветущий, тут ничего не скажешь.

– Привет, - сказала приветливо Эмма, прильнув к своему парню.

Да нужен мне больно твой Луганский. Забирай насовсем. Я нехотя отметила, что вместе они смотрятся весьма неплохо: оба высокие, почти одного роста (эти волчицы такие рослые!), стройные.

– И вам привет. Мило смотритесь, - заметила я.

– Ревнуешь?
– это Пашка.

– Нет, - честно ответила я, - у меня есть Астах.

– Я слышал, вы поженились?- закинул очередную удочку мой бывший парень.

– Не знаю, мне об этом ничего не говорили.

– Вот как?

Подошёл Глеб, руки в карманах.

– Харе трепаться. Звонок уже был.

– И тебе доброго утра, мой драгоценный сосед по парте.

Он ничего не ответил, но по лицу было видно, что обращение "драгоценный" ему понравилось.

– И чего тебе среди твоих магиков не сиделось?
– бросила Рыжая, проходя мимо.

Вот про кого-кого, а про неё я совсем забыла, как будто её вообще не было.

– Принесла нелёгкая, - пробормотала я себе под нос.

– Что ты сказала?
– она резко остановилась.
– Ты думаешь, если залетела от Астаха, этим его к себе привяжешь? Ты не волчица, и никогда ей не станешь, запомни это хорошенько. А женой Астаха буду я, как более достойная.

Из всего монолога я вычленила только то, что я залетела. Да что за фигня?! Это уже не смешно.

– Так и быть, - спокойно сказала я.
– Раз ты без Астаха жить не можешь, я найму тебя дворничихой. Будешь у нас двор подметать, - и ушла, оставив Рыжую хватать ртом воздух.

А в классе Луганский опять влез со своими советами.

– Ты поосторожнее с ней, - шепнул он, - она крепкий зуб на тебя имеет.

И уже громче:

– Эмма поэтому с ней разругалась, - мол, посмотри какая у меня хорошая девушка, добрая.

– Угу, - буркнула я, усаживаясь на своё место рядом с Глебом.

Когда Глеб вернулся в класс (успел куда-то смотаться и прозвеневший звонок ему не помешал), я спросила его.

– А как там обстоят дела с маньяком?

Глеб нахмурился.

– Твоё дело сидеть тихо, учиться, есть, спать и всё. Больше никуда не лезь.

– Спасибо за информацию, друг, - пробубнила я.

Не хочешь говорить, спрошу у Луганского. Этот тип всегда в курсе последних событий. И здесь, среди оборотней, прижился. Вон, с племянницей вожака встречается.

На уроках выяснилось, что я безнадёжно отстала. Ох, уж эта усложнённая программа! После уроков ко мне подошла Анна Григорьевна.

– Регина, задержись.

Я и так не особо спешила.

– Регина, что ты решила по поводу дальнейшего обучения? Будешь учиться или тебе достаточно неполного образования?

– С чего вы взяли, что я собираюсь бросать?

– Ну, в твоём положении...
– начала наша классная.

Гр-р, достали уже.

– Ничего страшного, я способная, догоню пропущенный материал, - буркнула недовольно я.

– Хорошо, - просияла Анна Григорьевна, - материнство не повод бросать учёбу!

И она туда же! Я уже была готова высказать всё, что думаю по этому поводу и всех этих намёков. Они что думают, что Астах меня спасал, потому что я от него залетела?! А может, он просто меня любит?! Учительница что-то такое увидела у меня на лице и сочла благоразумным закруглиться.