Шрифт:
Он усмехнулся.
– Вначале я пугал мать чуть не до обморока, теперь научился молчать. Но бывают более страшные сны... Это когда я вижу. Просто вижу всё: свою комнату, узор на ковре под ногами, коридор с лампочкой над дверью туалета... Вот когда просыпаешься и хочется выть.
Он помолчал и вдруг нехорошо рассмеялся.
– Напугал я тебя? Ладно, мне пора. Приятно было повидаться.
Он поднялся.
– Вот как? Я тебя слушала битый час, искусала себе губы, и вдруг до свиданья!
Он уже был в нескольких шагах от меня.
– Чего же ты ждёшь от меня, Эльвира, признания в любви?
– Да. Да! Я вот уже целых пять лет жду именно этого!
Он качнул головой:
– Поздно.
– Разве? Всего лишь третий час.
Неуклюже я пошутила. У Антона на лице такое беспомощное выражение, мне хочется броситься у нему, но я сдерживаюсь.
– Я видела твоё лицо, когда ты меня узнал, и я ни за что не поверю, что безразлична тебе.
– Ты моё видела, а я твоё - нет.
Я смотрела на своё отражение в его очках.
– Ты хочешь сказать, что не веришь мне? Неправда! Всё ты прекрасно понимаешь и всё прекрасно чувствуешь... Знаешь, о чём я мечтала все эти годы? Запустить свои пальцы в твои волосы... Чёрта с два ты сейчас сбежишь, ты во второй раз мне попался и теперь не уйдёшь. Ты мой, мой! Девчонки звали тебя Антон Бельведерский, (он хохотнул с непередаваемым выражением сарказма) но ты достался мне... Благодаря войне, может быть... Мне плевать, плевать на всё, на твою слепоту, на разговоры и сплетни... Я ничего не боюсь!
Он сжал мой локоть:
– Ты сошла с ума, Элька!
– Да? Может быть. А может, я сейчас самая трезвая и разумная девушка в мире. Пойдём!
Теперь я потянула его за собой. Мы двинулись по мостовой. Некоторое время шли молча, и я совсем успокоилась. Захотелось заговорить о чем-нибудь несерьёзном.
– Знаешь, Антон, о чём ещё я часто вспоминала, когда думала о тебе ... Помнишь , ты мне показывал одну вещь, вырезанный, или выдолбленный из чего-то замок, из какой-то пористой породы... Вернее, крепость или грот, с замысловатыми ходами, какими-то нишами... Помнишь?
– Нет, не помню.
– Ну как же! Величиной с кукольный домик. Я так любила его разглядывать... Там в глубине горела лампочка, и мне казалось, что внутри живёт кто-то. Я представляла себе, что птичка колибри по ночам оживает, слетает с витража и превращается в эльфа... И он бродит по пустынным лабиринтам своего замка...
– Ну и фантазия у тебя, Эля.
Мы подошли к моему дому.
– Мы пришли, - сказала я - Не бойся, сейчас тут никого нет и не будет до вечера.
Антон усмехнулся:
– Чего мне бояться?
Мы поднялись по ступенькам, я отперла дверь, и вот мы внутри.
– Я покажу тебе свой любимый уголок.
Это была мастерская отца. Наружная стена рухнула от взрыва, и почти все вещи пропали. Но мы с Петриком привели в порядок то, что уцелело, заделали досками проём, поставили старый диван. Я любила бывать в этом моём логове. Зимой здесь было очень холодно, но весной и летом - чудесно. В солнечную погоду свет падал сквозь прибитые вразнобой доски и дощечки, образуя на полу и стенах замысловатые геометрические узоры.
Я оглянулась на Антона, он неподвижно стоял в дверях. Я отобрала у него трость и сняла очки. И в этот раз мне не пришлось его просить поцеловать меня. Он привлёк меня к себе властно и нежно. Время слов закончилось.
Кажется, я задремала, а когда проснулась, первое, что пришло в голову - Антон, наверное, ушёл... Я испуганно подняла голову. Нет, он лежал рядом, правда, уже в брюках, и курил. Выходит, он поднимался, искал свою одежду в незнакомой комнате, и всё это проделал так тихо, что я не проснулась. Он услышал, как я двигаюсь, и обнял меня. Мы долго лежали молча, и я следила за струйками дыма от сигареты. Вдруг он произнёс:
– Я вспомнил, о чём ты говорила, когда мы сюда шли... Это было убежище....
– Ты о чём?
– Тот каменный замок был тайным убежищем муравьиного принца.
– Какого принца?
Он усмехнулся.
– Я когда-то сочинил целую хронику муравьиной страны. Там у короля была сотня наследников, из которых надо было выбрать будущего правителя страны. Для этого придумали три поединка - с самым крепким борцом, лучшим охотником и метким лучником .
– И твой наследник не смог победить?