Это было правдой. Два раза за эти сутки банковские егеря выбирались наружу, и не зря. Из второй вылазки притащили сильно помятого, но почти целого баронского оруженос-ца, который и рассказал много занятного

– Пленного, опять же, при тебе допрашивали. Сначала их верхушку покрошил кто-то из наших в "Водаре". И план затрещал ввиду безвременной кончины командования, как во-енного, так и магического. Вместо того, чтобы ворваться в форт и закончить дело, начался грабеж, и этим геройством еще и половину нейтральных к ним местных против себя на-строили. Пока еще нашли оставшихся колдунов да барона, способного покомандовать этой стаей... И, едва собрали, как тут же снайпер очередного лысого убаюкал. А потом, вместо того, чтобы сидеть поджав хвост, наши вылазку сделали против превосходящих сил, и на-крошили еще двух этих уродов вместе со всей охраной. А последний так зашхерился, что его никто найти не может. Правда, его охрану нашли. Они голову потеряли. Напрочь. И что, сильно им помогло, что все разумные против нас? Да и неохота мне быть с теми разумными, которые тугов привечают и с Созерцающими милуются. Для полноты картины только вам-пиров не хватает в компанию.

Теперь про наше дело правое. Это не я сказал. Мы ведь в школе учим историю и до Воссияния Звезды . Мы мирные люди, и не трогаем никого. Если нас не трогают. И терпе-ливые. Но вот смотри - те же эльфы. Это у них уже вид спорта такой, раз в пятьдесят лет со-браться и идти к нам получать по морде. Так вот к чему я про историю. Если ты заметил, все Пришлые говорят на русском. Потому, что нас закинуло при Воссиянии в новый мир из од-ной страны, России. Но там, что интересно, была та же самая картина. Много стран, с раз-ными языками, народами, намного богаче нас, России. Вместо колдовства, как ты знаешь, у нас были технология и наука. Так вот у этих стран всегда было превосходство - и в людях, и в деньгах, и в технологии. Но раз в пятьдесят-сто лет, забыв прошлое, эти страны собирались все вместе и перли к нам, в Россию. Чтобы очередной раз сначала почти задавить нас, а по-том огрести по щам, недоумевая - что же они не учли в этот раз. И эти слова во время по-следнего до Воссияния нашествия на Россию, самого страшного из всех, сказал, обращаясь к народу, тогдашний руководитель страны. Так что я просто их вспомнил - к месту, как мне кажется. Потому что не сомневаюсь - мы победим.

Гимли мелко затрясся, издавая кашляющие звуки, плечи его ходили ходуном. Сергей решил, что он подавился крошкой, но все было проще. Гном хохотал. Хохотал, пока не по-текли слезы из его голубых ярких глаз, прорезая кривые дорожки на пыльных и чумазых ще-ках.

– Ой, умру... Скажи, ты часом не знаешь, та ваша страна, Россия - она, случайно, не была самой большой среди всех соседних?

– По площади - да, по богатствам и населению нет.

– И после каждой войны становилась еще больше?

– В общем да. Но ведь не мы те войны начинали! Ну вот сейчас - что, мы на эльфов напали? Или Пограничный накинулся на кого-то?

Гном просто зашёлся от хохота. Он кудахтал, рыдал, махал руками, пока не сполз на грязный пол.

– Все. Конец баронству Вирацкому. И в вашей победе теперь точно не сомневаюсь, - простонал он, наконец кое-как усевшись. Отдышавшись, он сказал наконец:

– Когда Пришлые провалились сюда, вас было с гулькин нос, а земли у вас - ваши шесть городов, да несколько сел вокруг них. И не вздумай спорить со мной, я третью сотню лет разменял и помню мир еще без вас, Пришлых. А сейчас что? По землям шесть княжеств ваших как бы не поболе всех других населенных миров. Все же, что ты, Серега, ни говори, но вы, Пришлые, наш мир перевернули. Хоть и немного вас, дай боги, чтобы по одному пришлому на сто разумных местных, а то и на тысячу, а все тут испортили, потому что, ни-кого не спросясь, переделали весь наш мир под себя.

– Это почему это?

– Раньше каждый из народов имел свой мир, где царили только его законы, и никто туда не мог сунуться. Ну, кроме, разве что, людей - не было у них своего безопасного мира-то, все к кому-то прибиться норовили. Но это скорее исключение, да и людишек, кроме их колдунов да самых сильных владык, никто и в расчет не брал. Чем они другим народам мог-ли помешать жить? Вот и не обращал никто из Старых рас на них внимания.

У нас, гномов, всегда были наши пещеры. Считай, что неприступные, да к тому же кроме нас в них толком никто и воевать не мог. Воевали, правда, мы и наверху. И с орками, и с ушастыми, и всегда могли отступить к себе. И нас в наших пещерах было не достать. А на людишек и не смотрели - куда им против нас воевать-то было? У эльфов же каждая их Пуща - это чистая магия Леса. Любого, кроме эльфа ушастого, погубит, закрутит, уронит в про-пасть. Сама себя лечит, сама себя кормит. И людей ушастые вовсе как зверушек восприни-мали. Хотя нет, о зверушках они заботились, а людей убивали только. Ради развлечения. И сжечь пущу было нельзя, она любой огонь гасила... ну, пока вы с напалмом не заявились.

И тут воссияло, и вы эльфам мир перевернули с ног на голову! Ведь кто мог предста-вить, что люди эльфову пущу сожгут в отместку за казнь послов. Ну, подумаешь, высоко-родные пошутили - с живых людишек кожу спустили. А людишки им за это возьми и спали пущу. Вместе с ними самими. И все почувствовали себя уязвимыми. Кстати, от этого нерв-ничают и могут дел натворить. И после каждого наезда, каждой войны - земли, богатства и людей у вас все больше. И ведь что смешно - князья ваши от жадности лопаются, и не люби-те вы их сами. И нос власти натянуть любому Пришлому самое милое в его жизни дело! Та-кое чувство, что вы и власть ваша - два разных, очень даже враждебных народа. Но, стоит из-за алчности князей на вас кому напасть... Не завидую я им, короче. Но зато потом вы мирные, вас все обидеть норовили и по щам, как ты говоришь, получили. Я так думаю, когда окрестные бароны, или там эльфы, или еще кто, про ваше миролюбие слышат, так вздраги-вают и боятся в коленях. Потому, что знают - кому-то после этого не быть. И не вам. Все ваши правила жизни можно в одну фразу сложить: "Я же говорил, что не брал? Значит - не отдам!" Что, не так? Все верно?

– Ну, примерно, - вынужден был подтвердить Воронов.

– Ага. Примерно, - громогласно заржал гном.
– Примерно это у жеребца примерно до земли, а тут все точно! Но я вас вовсе не виню, а очень даже одобряю. И вообще даже не я, а все гномы. Что и видно из того, где мы. С тобой в подземелье, а не против тебя - на улице. Я к чему это - правильно все вы делаете! Нельзя тому, кто вот-вот приберет весь мир к рукам, или может прибрать, попадать хоть в какую-то зависимость от других, слушать их бубнеж, как правильно жить и петь всяким там мэллорнам, и что как это распрекрасно, когда мужики в задницу любятся. Тьфу, прости меня Прародитель... Мы, гномы, миром не правили, не пра-вим, и не будем править. Нас под землю все тянет, а остальных - наверх. Но даже нас эти хитрозадые кролики ушастые пытаются учить как жить. И все у них с тройным дном, и ино-гда интриги по сто лет длятся. Присмотришься - вроде при деде твоем все началось, ан - чтоб тебя сгубить и, например, лощинку, где выход наш из пещер, себе прибрать, а нас за-ставить не изделие, а сырье продавать. Даром почти. Или пошлиной такой обложить... И не денешься никуда - все пути у них были под приглядом! А тут вы. Нам вы не помеха, мы - вам, а значит, можем с вами дружить. И торговать. А с другими так не выйдет у вас.

– Ну вот, видишь. Сам все и сказал. Те же эльфы и вам мешают, торговлю портят, маршруты блокируют. Не вижу поводов для расстройства.

– А нет поводов, - заржал снова Гимли, - Мне то чего? Мы еще и гномьих врагов ра-зогнали, если до кучи брать. О том и говорю, что кроме нашего гномьего племени, вы для всех остальных беда. Их счастье, что мало вас пока. Вот только поэтому мы пока в подвале и отстреливаемся. А вот почему ваши самолеты не взлетят и не накрошат супостатов в мелкую расфигачку - я понять не могу!