С искренним уважением

Заместитель директора школы чародейства и волшебства Хогвартс,

декан факультета Слизерин

С. Снейп».

— И что теперь делать? — спросила тетушка Пру. — Гарри, наверное, ужасно расстроился.

— Придется мне съездить в Хогвартс, — ответил дядюшка Дрю, — мы не можем оставить Гарри наедине с такой проблемой.

— Да, — кивнула тетушка Пру и отправилась в гардеробную за лучшей мантией своего мужа.

— Северус! — послышалось из камина. — Зайди ко мне, пожалуйста!

Снейп отложил контрольные пятого курса и отправился в кабинет директора. В удобном кресле расположился почтенный пожилой джентльмен, к котором декан Слизерина узнал мистера Гендельквиста. Как оперативно!

— Добрый день, мистер Снейп, — улыбнулся дядюшка Дрю, — я получил ваше письмо и пришел поговорить о Гарри.

— Знаете, мне тоже очень интересно, — сказала МакГоннагал, — чаю, джентльмены?

Домовики шустро сервировали чай. Мистер Гендельквист с благодарным кивком взял чашечку.

— С Гарри случайно познакомилась моя жена, — начал он, — дело было пять лет назад в его день рождения. Мальчик прятался в кустах от своего кузена и его друзей, которые очень любили играть в «Охоту на Гарри». Дорогая Пру залечила синяки и царапины и пригласила мальчика в наш дом. Тогда мы с ней и узнали, что Гарри понятия не имеет о волшебном мире, считает своих родителей безработными алкоголиками, погибшими в автокатастрофе, а все проявления магии — ненормальностью и уродством.

— Не может быть! — пробормотала потрясенная МакГоннагал. — Альбус хотел, чтобы Гарри рос вдали от нашего мира, но я думала это для того, чтобы он не стал избалованным маленьким принцем.

— Его и не баловали, — вздохнул дядюшка Дрю, — он не получал ни одного из тех совершенно естественных знаков любви и внимания, без которых жизнь любого человека совершенно беспросветна. У него была крыша над головой, он не голодал, но этим забота о нем и ограничивалась. А у его дяди и тети есть собственный сын, которого просто безобразно баловали.

— Вы уверены, что мальчишка не лгал? — спросил Снейп.

— Совершенно уверен, — ответил дядюшка Дрю. — Мальчик сразу же предложил нам уборку в доме и работу в саду, если мы разрешим ему остаться. Для шестилетнего ребенка, выросшего в нормальной любящей семье, это не нормально. Такие дети будут принимать заботу как должное. Были и другие признаки. Потом я отправился в Литтл-Уингинг и обнаружил, что рядом с Дурслями живет некая мисс Фигг, сквиб, прекрасно знакомая с покойным профессором Дамблдором. Значит, он не мог не знать, как живется Гарри. Забирать ребенка мы побоялись, вдруг бы его забрали у нас и увезли в какое-нибудь другое место. А мы с женой чувствуем себя очень обязанными Поттерам. В 1981 году мы уже собирались бежать из Англии. Вот мы и придумали сделать так, чтобы Гарри только спал в доме своих родственников, а все свободное время проводил у нас. Он привык, что это секрет. Только и всего. Гарри очень славный мальчик, у него доброе сердце, и он не лгун.

— Довольно интересно, что его занесло на факультет хитрецов, — заметила потрясенная МакГоннагал.

— А, — улыбнулся дядюшка Дрю, — это из-за этой девочки, Гермионы. Гарри мне писал, что из-за разговора в Хогвартс-экспрессе она решила поступить на Слизерин. Гарри решил, что они с юным Малфоем виноваты, побоялся, что девочке будет нелегко, и упросил Шляпу. Он хотел на Райвенкло, я точно знаю.

Снейп мрачно смотрел прямо перед собой. Ему ужасно не нравилась эта история. МакГоннагал сокрушенно качала головой.

— Как это Гарри Поттер на Слизерине?! — послышался хорошо знакомый двум профессорам голос.

— Альбус! — резко развернулась МакГоннагал.

С портрета возмущенно взирал предыдущий директор Хогвартса.

— Альбус! — вскинулся Снейп.

— Мистер Дамблдор! — усмехнулся дядюшка Дрю.

Покойный директор удивленно огляделся.

— Ничего не понимаю! — пробормотал он. — Я что, умер?!

— Умер, умер, — подтвердила Минерва.

— На меня напали враги? Хогвартс взят штурмом? А что вы тут тогда сидите?!

— Да никто на тебя не нападал, — буркнула Минерва, — подавился ты этой своей лимонной гадостью, упал, ударился о стол и свернул себе шею на этих самых ступеньках. Говорила я тебе, что столько сладкого жрать вредно? Говорила?

Дамблдор смотрел на нее, раскрыв рот.

— Минни, — наконец сказал он, — это очень некрасиво с твоей стороны. Я не мог умереть так, как ты рассказываешь.

— Именно так, дорогой коллега, вы и умерли, — ехидно ответил на это Финеас Найджелус Блэк со своего портрета, — мы все свидетели.

— Какой ужас! — пробормотал Дамблдор. — Это просто позор... какой-то...

— Да, — заметил нарисованный джентльмен в парике, — то ли дело я. Умер в постели с двумя вейлочками. Да-с... Это вам не мармеладом подавиться!

— Нашли, чем хвастаться! — фыркнула Деллис Дервент.

— Ну, если больше нечем... — философски заметил еще один покойный директор.

Мистер Гендельквист покачал головой.

— Наверное, мне пора, — сказал он. — Если возникнут вопросы, обращайтесь. На Рождество Гарри едет к нам. И я постараюсь получить официальное опекунство.