— Иштван шлет тебе привет, Гаркин!

При этих словах я чуть было не выпрыгнул из собственной шкуры. Они прозвучали внутри хижины, но не из пентаграммы! Я резко обернулся к их источнику. Непосредственно в дверях стояла ослепительная фигура в пылающем золотом плаще. Какой-то безумный миг я думал, что это демон ответил на вызов Гаркина, но потом я увидел арбалет. Это был, конечно, человек, спору нет, но заряженный и взведенный арбалет в его руках мало способствовал моему душевному спокойствию.

Гаркин даже не обернулся.

— Не сейчас, дурак! — рявкнул он.

— Охота была долгой, Гаркин, — продолжал тот, словно не слыша. — Ты хорошо спрятался, но не рассчитывался же ты в самом деле скрыться от…

— Ты смеешь?! — ужасный в своем гневе Гаркин резко обернулся.

Вошедший увидел теперь лицо Гаркина, увидел его глаза, его лицо исказилось в гротескной маске страха. Он рефлекторно выстрелил из арбалета, но слишком поздно. Я не видел, что именно сделал Гаркин, но вошедший вдруг исчез в слое пламени. Он пронзительно закричал в агонии, и упал на пол. Пламя исчезло так же внезапно, как и появившись, оставив в доказательство своею существования только дымящийся труп.

Несколько мгновений я оставался приросшим к месту, прежде чем смог пошевелится.

— Гаркин… — произнес я наконец. — Я… Гаркин!

Тело его мешком лежало на полу. Я одним прыжком очутился рядом с ним, но было чересчур поздно. Из его груди торчала арбалетная стрела. Гаркин дал мне свой последний урок.

Когда я нагнулся коснуться его тела, то заметил нечто такое, от чего кровь застыла у меня в жилах. Его труп полускрывал погасшую свечу в северном углу пентаграммы. Линии больше не пылали голубизной. Защитное поле заклинаний пропало.

С мучительным усилием я поднял голову и встретился взглядом с парой желтых глаз с крапинками золота, не принадлежавшие этому миру.

Однажды в лесу я оказался лицом к лицу со змеекошкой. В другой раз я столкнулся с паукомедведем. Теперь, встретившись с демоном, я решил вести себя по шаблону, спасшему мне жизнь в этих ситуациях. Я замер. По крайней мере, задним числом я хотел бы думать, что это был преднамеренный, рассчитанный поступок.

Демон закатал губы, открывая двойной ряд острых, как иглы, зубов.

Я подумывал, не изменить ли мне избранный курс действий. Я подумывал, не упасть ли мне в обморок.

Демон провел по губам пурпурным языком и начал медленно протягивать ко мне когтистую руку. Это решало вопрос! Я двинулся назад, ползя на четвереньках. Удивительно, с какой скорость можно передвигаться таким способом при надлежащем вдохновении. Я сумел развить немалую прыть, прежде чем врезался с разгона головой в стенку.

— Гааа… — произнес я. Может показаться, что это не бог весть что, но в то время это было самое спокойное выражение боли и ужаса, какое я мог придумать.

От этой моей вспышки демон, казалось поперхнулся. У него вырвалось несколько возгласов, а затем он начал смеяться. Это был не низкий угрожающий смех, а восторженный, от всей души смех того, кто только что увидел что-то очень остроумное.

Я находил его тревожным и обидным. Обидным потому что у меня росло подозрение, постепенно перерастающее в уверенность, что источником его веселья являюсь я, а тревожным, потому что… ну, он же был демоном, а демоны…

— Холодные, злобные и кровожадные, — выдавил сквозь смех демон, словно прочтя мои мысли. — Ты купился на всю эту туфту, так ведь, малыш?

— Прошу прощения? — переспросил я, потому что не мог придумать, что еще сказать.

— У тебя что-то неладно с ушами? Я сказал: “холодные, злобные…”

— Я вас слышал. Я хотел узнать, что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, что ты был запуган до оцепенения несколькими хорошо подобранными словами моего коллеги, держу пари! — он ткнул большим пальцем в сторону тела Гаркина. — Извиняюсь за спектакль. Я почувствовал, что для просветления в общем-то трагического момента, необходим оттенок комического контраста.

— Комического контраста?

— Ну, на самом деле я не мог упустить такого случая. Видел бы ты свое лицо!

Он хохотнул, выходя из пентаграммы, и начал лениво осматривать помещение.

— Так значит это новое жилище Гаркина, а? Какая дыра! Кто мог подумать, что он дойдет до этого!

Сказать, что я был сбит с толку, значило бы ничего не сказать. Я не был уверен, как полагается действовать демону, но уж определенно не так.

Я мог бы метнулся к двери, но вроде смертельная опасность мне не угрожала, во всяком случае, пока. Либо это странное существо не собиралось причинять мне никакого вреда, либо он был уверен в своей способности остановить меня, даже если я попытаюсь бежать. Ради своей нервной системы, я решил исходить из первого.