– Что? Мы… стой! – Вики поспешила за быстроногим Джином, не собирающимся тормозить. – Стой, прошу тебя, ты совершаешь ошибку! Ты ошибся!

– Это вы совершали ошибки, думая, что никто ничего не узнает, - продолжал он путь.

– Постой же, Джин! Выслушай меня! – Цянь начинала волноваться и пыталась поймать руки идущего впереди мужчины, но он их выдёргивал. – Прошу, остановись и послушай, ты всё вообще не так понял!

– Объяснишь госпоже Лау, она имеет право знать!

– Джин, я умоляю тебя, не устраивай скандал! Джин! – Они прошли так приличное расстояние, которое Цянь, придерживая длинный подол, одолевала с большим трудом, чем золотой. Наконец, они оказались у лестницы, по которой стали спускаться. Девушка продолжала уговаривать остановиться, а Джин упрямо шествовал к цели. Он устроит Энди сладкую жизнь! Дами ему будет не видать очень долго. – Да послушай же! – чуть не плача крикнула Вики и, споткнувшись на последней ступеньке, полетела вперёд, упав в ноги Джина и едва не сбив того. Одна ладонь стукнулась о его ботинок, другая разбилась о блестящий и чистый пол. Когда стоматолог опустил взгляд вниз, то у него неожиданно сжалось сердце. Ударившаяся и плачущая, запутавшаяся в сине-малиновых юбках, прекрасная и недостижимая Сон Цянь, по которой сходили с ума все самцы вокруг, держала его щиколотку в белом носке, судорожно сжимая на ней пальцы. – Не поднимай шум, прошу тебя, - еле слышно всхлипнула она, потрясая слабо плечами. Не выдержав этой невоспроизводимой по эмоциям, красоте и неприглядности картины, Джин опустился и взял кровоточащую ладонь Цянь в свою.

– Я не стану покрывать вас, - спокойнее произнёс он.

– Я… я расскажу тебе всю правду, абсолютно всё, но пообещай, что кроме тебя её не узнает ни одна живая душа. – Вики подняла мокрые глаза. Естественный макияж не потёк, или её ресницы сами были таким длинными и черными? Почему она так великолепна даже в этом горестном виде? Джин ощутил неловкость и ненужное шевеление где-то в груди и ниже. Помогая девушке подняться, он повёл её обработать руку, а заодно выслушать обещанную правду.

Они сидели в спальне у Виктории, она гладила образовавшуюся на ладони повязку и, уставившись в одну точку – ширму с цветочными рисунками, за которой обычно переодевалась, - повествовала:

– Я влюбилась в Джаспера с первого взгляда. Мне было пятнадцать, а ему восемнадцать. Сын Энди всегда привлекал всеобщее внимание, но для меня это было чем-то большим. Я увидела его и погибла. Моя судьба была предрешена, я чувствовала это, поэтому не сопротивлялась, да и не могла, наверное. Но Джаспер… - Цянь мягко повела головой, не желая говорить плохое, но без него описание событий вышло бы непонятным, неполным. – Энди дал ему всё, Джасперу никогда не приходилось трудиться, ни дня он не работал, но имел всё, получал всё. Он был единственным, наследником, любимцем. Ты без меня сможешь додумать все те черты, какими мог обладать парень на его месте. Фаворит фортуны. Он и сам себя так называл. Под стать ему подобралось и окружение, у него были такие же друзья. Из моих братьев с ним дружил лишь Хангён, о чём позже горько жалел, но тогда всё было иначе. Я была «маленькой», а они – взрослые. Их развлечения набирали обороты, и если в юношеском возрасте забавы были достаточно безобидными, то с годами ребятам с деньгами сносило крышу всё больше. В те ранние годы нашего знакомства, Джаспер относился ко мне хорошо, как к сестре. Либо дурачился или игнорировал, когда был не в настроении. Я принимала от него всё, лишь бы быть рядом. Но потом и я стала взрослеть. Старшая дочь Отца Чана, мне следовало выйти замуж, но я хотела только Джаспера, любила только Джаспера, а он… он меня не замечал. Или, скорее всего, пока он не слетел с катушек до такой степени, что возомнил себя повелителем мира, его сдерживало осознание того, что я дочь друга его отца. К тому времени, когда мне стало восемнадцать, его образ жизни уже гремел на всю округу и, естественно, никто из семьи не мог пожелать мне брака с таким человеком. Кроме того, отец считал так: Цинхай уже его союзник, нам не нужно родства здесь. К моим двадцати годам репутация Джаспера была хуже некуда, и тогда он начал меня замечать. Я тогда себя никак не воспринимала, но мне всё чаще говорили, какая я красавица. Мне было всё равно на чьё-либо мнение, лишь бы меня полюбил Джаспер. И он согласился со мной встречаться… Это были, наверное, самые счастливые полгода в моей жизни. Мы отдыхали у озера, ездили в горы, валялись целыми днями в постели его особняка – у него был свой дом, в сотне километров отсюда. Мы загорали и купались, бродили по магазинам и он обвешал меня золотом, я думала, что мы готовимся к свадьбе… А потом он уехал куда-то. А вернулся с другой. – Цянь выдержала паузу, которую Джин не стал нарушать. Потом продолжила: - Неважно, как сильно было разбито моё сердце в первый раз, не знаю, порой мне кажется, что ощущения до сих пор совсем как тогда… Я рыдала ночами, что он променял меня на другую, что другая лучше, пока не поняла, что он просто не останавливается. Каждые несколько месяцев появлялась очередная, и всё повторялось: они летали по курортам, развлекались, объезжали все лучшие ночные клубы мира, баловались наркотиками и упивались до потери памяти, пока Джасперу не наскучивала спутница, и тогда она менялась. А я неизменно любила его, даже понимая, что это за редкостная сволочь. Он был весь чёрен изнутри, там не было ни одного проблеска света, но я не могла вырвать эту заразу из своего сердца. Я не приближалась к нему и держалась подальше, зная, что столкнись с ним снова – скорее всего умру, неважно почему, просто умру и всё, потому что Джаспер разрушал и губил всё. – Цянь сделала ещё один небольшой перерыв.
– В конце концов, он притащил откуда-то Джессику. Из какой-то глубинки, села… Наверное, они поняли друг друга, потому что Джессика такая же мразь, если не худшая. Они с Джаспером были бы идеальной парой, но и это понимая я его любила. Как глупы человеческие чувства, Джин, ты бы знал… любить и ненавидеть, хотеть жить или умереть, лишь бы с этим чёртовым негодяем. Я задыхалась и вяла от этих чувств, сейчас мне кажется, что я лет пять провела в депрессивном сне сомнамбулы. Расшевелила меня очередная его выходка. Они уже год жили с Джессикой и обручились – кто бы мог подумать, что Джаспер пойдёт на такое? – как две наших семьи надумали отметить Лунный Новый год вместе. Было устроено роскошнейшее празднество, каких не видывал свет. Здесь, в этом дворце. Все хорошенько набрались, кроме меня, мне было не до веселья. Я держалась подальше ото всех, глядя со стороны на счастливые лица Джаспера и Джессики. Я хотела уйти спать пораньше, но неподалёку от того места, где библиотека – в центральном тупиковом крыле, Джаспер с двумя своими приятелями, неразлучными друзьями детства, подкараулил меня и решил позабавиться напоследок. Я сопротивлялась, как могла, несмотря на свою любовь, я не хотела иметь ничего общего с чужим женихом. Я была бы согласна даже выйти замуж за этого ужасного человека, но не спать с ним, когда знаешь, что он не твой… Его друзья держали меня, а Джаспер сделал то, что и хотел. Сами повторять его подвиг не стали, боялись моих братьев и отца. Только Джаспер уже не боялся ничего, потеряв страх. Не прошло и месяца, как я поняла, что жду ребёнка. – Джин удивленно посмотрел на Цянь и она почувствовала это, ответив на взгляд, но сразу же отведя свой. Есть ли у неё дети? – Я не знала, кому сообщить об этом первому, но рассудив по логике и взвесив всё хорошенько, я всё-таки пошла к Джасперу и сказала, что ему быть отцом. Он вытолкал меня за дверь и, сколько я не пыталась образумить его, ничего не хотел слышать ни обо мне, ни о свадьбе со мной, ведь это такой позор… Я думала пойти к своему отцу, но не знала, до какой степени он поверит в мою невиновность, ведь он знал о моей любви к Джасперу, из-за которой я ни за кого не вышла замуж. К тому же, я боялась его гнева, а что, если он встанет на мою сторону и задумает убить Джаспера? Что бы он ни сделал мне, я не желала ему смерти. И тогда я пошла к Энди, тому, кого полжизни мечтала назвать свёкром, ради чьего сына готова была пожертвовать собой. Я рассказала ему всё, как было, от и до, ничего не утаивая и не приукрашивая. Энди тоже попытался вразумить сына, но Джаспер послал и его. И тогда, чтобы скрыть позор и спасти мою честь, Энди предложил нам помолвиться. Он принимал все условия, что мы никогда не будем спать вместе, что ребёнок будет считаться его – по сути, это был бы его внук, - что никто и никогда не узнает, как совершился этот брак, почему. Всё бы так и вышло, если бы у меня не случился выкидыш, - Цянь тяжело задышала, до сих пор переживая с мучением тот момент, - я потеряла ребёнка, а потому и отпала нужда в свадьбе. Мы расторгли помолвку. Но к тому времени Джессика, не знавшая о том, что сделал со мной Джаспер, но видевшая, как настойчиво я к нему ходила, чтобы чего-то добиться, раструбила всем, что я последняя проститутка, что сплю со всеми и каждым, а друзья Джаспера, заодно с ней, подтвердили, что я приходила и к ним, и спала с ними. Возможно, что они были настолько пьяны в тот Новый год, что им казалось, будто между нами действительно что-то было. Как бы то ни было, во всех закрепилось мнение, что Энди расстался со мной из-за измены. Потому что я – шлюха. – Горькая ухмылка подчеркнула парадокс истории. – Таковой меня зовут и теперь. Но судьба иногда бывает справедлива. Вскоре один дружок Джаспера был найден мёртвым дома – передозировка наркотиков. Другой пропал. А потом разбился на машине и сам Джаспер… Вот такой финал у этой драмы, которую ты хотел рассказать Дами.

– Какую правду хотел всем рассказать вечером Энди? – находясь в лёгком шоке и под впечатлением, Джин сумел совладать с голосом и заговорить. – Что его сын тебя изнасиловал, и что между вами и помолвка-то была фиктивная?

– Да, он давно предлагает рассказать всё, но это значит бесповоротно очернить память Джаспера. Ты скажешь, что я безумная, но я не хочу, чтобы люди помнили о Джаспере только такое, чтобы они знали, как много в нём было плохого… Его чёрная тень коснётся и Энди, а Энди тот человек, которому я обязана вечной поддержкой, пониманием, отцовской заботой. Я никого не уважаю так, как его и он, в свою очередь, никогда не позволил себе со мной даже намёка лишнего. И я знаю, что озвучить принародно истинную сущность Джаспера – это причинить боль его отцу. Энди упрекал и упрекает себя за то, что не уследил за ним, что не воспитал и не вырастил достойного мужчину. Его совесть съедает похуже, чем кого-либо, и окунуть его в перемывание мёртвых костей? Я не способна на это. – Джин стиснул кулаки. В поисках доказательств того, что Энди негодяй, он раскопал только его безмерное благородство, так что сам начал проникаться широтой души этого главаря Цинхая. – Джин, - обратилась к нему Цянь, - клянись, что никому не расскажешь об этом.

Золотой поджал губы. Свет должен знать о том, кто был настоящим ублюдком! Дэсон не имеет права лезть к Вики, которая не обладает и граммом порочности, она невинная пострадавшая, оклеветанная и несчастная, сколько ударов она уже пережила, не пора ли прекратить страдать от нелепой молвы?

– Поклянись, Джин! – настойчиво попросила она.

– Клянусь, - выдавил он, глядя в плачущие глаза неземной красоты. Цянь поднялась и, подойдя к нему, взяла его руки в свои, пожав их.

– Спасибо, благородный страж. Спасибо, что позволил хоть раз оттереться от грязи. – Наклонившись, она коснулась его губ своими и, одновременно испуганные, они отдёрнулись в разные стороны. Джин сразу же поднялся и, не оборачиваясь, вышел из спальни. Цянь в замешательстве от себя и своего поступка, опустилась на кровать, схватившись за голову. Почему она доверилась именно ему? И не пожалеет ли об этом?

========== Погружение в позолоченное болото ==========

Энди вошёл в спальню и медленно стал раздеваться. Дами уже лежала в кровати, обряженная в пристойную шёлковую сорочку без декольте и прозрачных элементов, читающая сборник чэнъюй*. Обреченная пока жить в Китае, она стремилась совершенствовать свои знания о нём, его язык, своё понимание людей, которые являлись китайцами. Супруг выглядел понурым, но мельком одарив жену взглядом, улыбнулся. Девушка ответила тем же, разглядывая его, пока не выключился верхний свет. Несмотря на возраст, Энди никак нельзя было назвать стареющим. Его тело не было ни дряхлым, ни дряблым, ни увядающим. Из-за популярности боевых искусств и физических занятий по всей стране, многие китайцы, да и другие азиаты, до самой старости оставались поджарыми, активными и крепкими. Её муж относился к таким: подтянутый, без лишнего веса, но и не усыхающий, грудь упругая, живот ровный, руки сильные – это заметно. Середину шестого десятка выдавали морщины на лице, но Дами бы не сказала, что их слишком много, скорее они очень уместные, подчеркивающие характерные эмоции и опыт, некоторые довольно глубокие, но на ещё мягкой коже, принадлежащей мужчине, который ещё на многое способен, которого со счетов списывать рано, а, возможно, многим женщинам и не захотелось бы. Сестра Джиёна была уверена, что дамочки старше тридцати пяти или сорока рады были бы оказаться в постели Энди, а те, что помоложе, чем чёрт не шутит, наверное, тоже, при условии того, что владелец Цинхая станет их спонсором и содержателем. Дами и без этого выросла в достатке, к тому же, любила другого, так что ей от него не нужно было ничего, кроме выполнения задания, данного братом.

Энди забрался на кровать, откинул одеяло и, ложась под него, поцеловал в щёку молодую супругу.

– Я устал сегодня, прости, - извинился он за то, что лёг сразу же на подушку и не стал начинать никаких обрядов, ведущих к совокуплению. Дами попыталась не озвучить вздохом облегчения своё состояние.

– Погасить свет? – Горел ночник с её стороны.

– Нет-нет, ты мне не мешаешь, читай, если хочешь, - заверил он её и закрыл глаза. А не шанс ли это попытаться ускользнуть к себе, и там…

– Я могла бы пойти в свою спальню, - предложила она из лживой заботы о муже. Он распахнул веки и улыбнулся ей снова, подняв смуглую руку и коснувшись щеки Дами.

– Не нужно. Мне спокойнее, когда ты рядом.

– Хорошо, - кивнула она и попыталась сосредоточиться на чтении. Но не очень получалось и, более того, чувствовалось, что Энди тоже не спит, хотя он и отвернулся на другой бок и лежал без движения. Она ощущала, что он думает о чём-то, что как всегда прокручивает какие-то дела в голове. Немудрено устать, жить такой жизнью, когда повсюду опасность, когда в твоих руках бандитизм огромной провинции, а твой лучший друг – Дзи-си. Джиёну в этом плане было легче, у него не было влиятельных друзей, самые близкие зависели от него, а Сингапур полностью инспектировался за день несколькими объездами. Вряд ли такое получится с Цинхаем.