До самого вечера Мишель избегала Жозефа: бродила по дому, выходила в сад, пару раз заглянула на кухню, насмерть перепугав повариху, которая вообразила, будто молоденькая хозяйка пришла проконтролировать процесс приготовления ужина. На самом деле Златовласка просто не хотела видеть своего избранника — слишком памятной была утренняя ссора с Таисией. Слова эльфа жгли ей душу, и Жозеф словно бы стал их воплощением.

Обед Мишель пропустила, но к ужину все-таки спустилась в столовую, решив, что проигнорировать две трапезы подряд не очень умно…

— Добрый день, — хмуро поздоровалась она, устроившись за столом напротив Жозефа, хотя обычно садилась рядом.

Жозеф задумчиво хмыкнул, но комментировать ее поступок не стал. Спросил о другом:

— Ты вышла только к обеду… почему?

— Была не голодна, — сухо отозвалась Мишель и огляделась по сторонам. — А где Таисия?

— Не знаю, — безразлично ответил Жозеф и, положив себе на тарелку кусок мяса, принялся ловко орудовать ножом и вилкой.

Мишель следила за другом с отвращением.

— Как ты можешь так спокойно есть? — возмущенно спросила она. — Где Таисия?!

— Говорю же — не имею понятия, — он поднял голову и с легкой усмешкой добавил: — Может, тоже не голодна?

Мишель метнула на него сердитый взгляд, рывком поднялась и торопливо вышла из столовой. Правда, через пять минут вернулась с письмом в руке.

— Вот! — запыхавшись, выпалила она и снова плюхнулась на стул. — Она тоже ушла! Оставила мне послание…

— На каком, интересно знать, языке? — откровенно удивился фантом.

— Эльфийская вязь, — пояснила Златовласка. — Таисия обучила меня основам своей письменности… так, ради любопытства… В общем, слушай…

Откашлявшись, девушка принялась сбивчиво читать:

«Милая Мишель!

Прости за все, что я тебе наговорила утром. Просто я сильно переживаю из-за Влада — сама понимаешь, у меня есть основания. Поэтому я и сорвалась.

Я пишу персонально тебе — потому что верю, что тебя на самом деле волнуют наши друзья. Но я не думаю, то это волнует и Жозефа. Уж прости…

Я ухожу на поиски Влада. Надеюсь, все будет в порядке. И еще, перед тем, как завершить письмо… Мишель, я искренне люблю тебя, как подругу и как сестру. Помни об этом!»

Мишель замолчала. В горле застрял горячий ком, в уголках глаз защипало… девушка с силой закусила нижнюю губу, удерживая слезы.

— А что она тебе наговорила утром? — раздался холодноватый голос Жозефа.

Мишель недовольно посмотрела на него и раздраженно повела плечом.

— Неважно, — буркнула она и вновь уткнулась взглядом в письмо. Строчки начали предательски расплываться…

— Очень даже важно, — не согласился Жозеф. — Похоже, она сказала что-то неприятное…

Мишель ничего не ответила, продолжая упорно изучать послание Таисии, уже практически выучив его наизусть.

— Ну, так что? — напомнил о себе мужчина. — Она сказала что-то плохое?

— Не очень хорошее, — сухо признала Мишель, избегая взгляда собеседника. — Но и я… я тоже была резка. Так что мы квиты, в общем-то.

Брови фантома сошлись над переносицей в сплошную черную полосу.

— Не согласен. К тому же, что она написала обо мне? И по какому праву? — он заговорил с непривычной злостью.

Мишель выпрямилась и наконец-то посмотрела в лицо Жозефу. Уголок ее губы нервно дернулся, словно девушка силилась изобразить улыбку — и не могла. Зато слезы сразу высохли.

— А что? — с вызовом спросила она, чуть прищурившись. — Тая неправа? Тебя ведь на самом деле никто не волнует!

— Меня волнуешь ты, — возразил брюнет.

Почему-то эти слова окончательно разозлили девушку.

— Волную в чисто физическом смысле, верно? — с нарочитой иронией уточнила она — и если надеялась вывести Жозефа из себя, то пока безуспешно. Он лишь улыбнулся вымороженной улыбкой и сказал:

— В том числе и в физическом. Но не только… конечно. И ты сама это знаешь.

— Вовсе нет! — глаза Мишель заискрились яростью. — Если бы тебя волновала я, тебя волновали бы и мои друзья!

— Друзья? — насмешливо протянул Жозеф. — Кто именно? Неужели Назар?

Это было последней каплей.

— Ненавижу! — выдохнула она, перегнувшись через стол. — Понимаешь?! Просто ненавижу!

— Мишель… перестань… — устало вздохнув, попытался остановить начинающийся ураган фантом, однако добился противоположного результата. Спокойный тон собеседника только распалил девушку еще больше. Мишель вскочила на ноги; щеки ее пылали, а грудь тяжело вздымалась.