Этот подонок не поддавался на Обливейт, видимо, он обладает невероятно мощной защитой разума. Но пытка, резкая смена боли на неземное блаженство, постоянные атаки в попытках стереть, уничтожить разум, раз за разом делали своё дело. Ментальная защита подтачивалась, Воландеморт стал активней сопротивляться. В небольших промежутках между посылаемыми заклинаниями он пытался использовать волшебство. Кровать трещала, ремни впивались ему в кожу до крови, он задыхался, натягивая ошейник, когда выгибался назад, руки и ноги кровоточили.

Стиснув зубы, нагнетая ненависть, я продолжал:

– Круцио... Круцио... Волуплатио... Круцио... Круцио... Круцио... Обливейт... Круцио... Обливейт... Волуплатио... Круцио...

В процессе до меня дошло почему мистера и миссис Лонгботтом пытали сразу четыре волшебника, а не, к примеру, одна Беллатриса Лестрейндж. Делать это невероятно утомительно. Даже самый безумный и отъявленный злодей не может просто так несколько часов подряд применять Круцио, морально выгораешь, нужно делать перерывы, на которые у меня не было времени. А просить кого-то помочь... Нет уж! Эти чистоплюи из Ордена феникса даже Воландеморта не будут пытать, им проще подставить под Аваду Гарри, чем заняться подобной чернухой.

– Сэр... Сэр... Хозяин!
– не выдержав, повысила голос Винки.
– Хозяин должен выпить зелья, - протянула она мне откупоренный флакончик.

Знакомый вкус... Укрепляющее зелье. Сколько я его выпил в Больничном крыле, не узнать этот вкус было невозможно. Сразу стало полегче, появились новые силы.

– Круцио... Обливейт... Круцио... Обливейт...

Хм... Показалось, или Воландеморт больше не колдует? Неужели заклинание стирание памяти, наконец, сработало? Надо закрепить результат.

– Обливейт! Обливейт! Обливейт! Кру-у-у-цио-о!
– вытерев пот со лба, я повернулся к служаке.
– Как думаешь, он уже овощ?

– Винки не знать, - помотала головой домовая эльфа.
– Хозяин очень сильный волшебник, но Тёмный Лорд считается самым сильным колдуном...

– Понятно, - тяжело вздохнул я.
– Надо закрепить результат. Круцио... Обливейт...

Силы покинули меня, когда на электронном дисплее часов было ровно четыре часа и четыре минуты. Сил не было даже чтобы поднять палочку, а морально я чувствовал себя так, словно дракон изнасиловал мой мозг. Дракон, потому что у него самый большой детородный орган из известных мне сухопутных животных. В голове была каша. Воландеморт не подавал признаков осознанности.

Решившись, отлепил плотно прилегающую полоску на маске, расположенную напротив глаз. Взгляд Тёмного Лорда был пустым и бессмысленным, казалось, что смотришь на безжизненную куклу. Он прикрыл веки от ослепляющего после кромешной темноты света лампочки.

– Фоукс, - хрипло произнёс я.

В огненной вспышке возник феникс.

– Кю-рю-рю, - приземлившаяся на пол птица недовольно покосилась на Воландеморта.

– Фоукс, прости, если отвлекаю тебя. Хочу тебя попросить. Пожалуйста, перенеси Воландеморта вместе с кроватью в холл больницы Мунго. Ты же можешь?

– Кю-рю!
– возмутился феникс, словно говоря: "Да как ты можешь сомневаться в моих талантах?!".

Взлетев, феникс приземлился на живот Воландеморта, впился в цепи своими огромными когтями, руки колдуна натянулись, цепи загремели, а браслеты сильно впились в кровоточащее мясо на руках и ногах. Огненная вспышка ослепила меня и Винки. Когда мы проморгались, на месте кровати остался лишь покрытый пылью прямоугольник на полу, на котором местами пыль была стёрта, когда я там ползал, закрепляя крестовину.

Ещё одна огненная вспышка возвестила о возвращении Фоукса.

– Мы тут не останемся, так что не стоит располагаться. Винки, забирай наши вещи и перенеси нас на чердак дома тёти Илоны.

После переноса я вырубился, даже не стал наколдовывать спальный мешок. Рухнул на пол прямо как был в одежде. Винки заботливо подоткнула под меня одеяло, которое прихватила из арендованной квартиры.

***

Проснувшись, обнаружил, что лежу на мягкой кровати в очень знакомом помещении. Свечи, зачарованные на вечное горение, давали приглушённое освещение, дополнительный свет исходил из приоткрытого зева старинной кухонной плиты, где под заклинанием стазиса застыл огонь. Который раз наблюдаю подобное в ставшей родной палатке, всё время мозги выдают синий экран смерти, как на появившейся пару лет назад операционной системе "Виндовз 95". Огонь в стазисе, он фактически не горит, но свет от пламени есть... Как-то хреново соотносятся с магией современные представления о физике обычных людей.

Как же мне паршиво. В голове шум и пустота, словно во время обострения гриппа, на душе муторно, словно скребётся бульдозер, управляемый пьяным трактористом, который закапывает отходы жизнедеятельности сотен животных. Руки болят, мышцы словно залили свинцом. Не могу думать о вчерашнем, при одной мысли о том, что творил, начинает мутить. Чувствую себя грязным, как девушка низкой социальной ответственности, которая за раз обслужила десяток клиентов. Хочется забраться в ванную и тереть себя жёсткой мочалкой, но эта грязь ненастоящая, она налипла на душу, на совесть, на саму суть человека...