Голос задрожал; как же, оказывается, непросто озвучивать определённые вещи.

Продираясь сквозь джунгли слов, она рассказала всё, что услышала.

– - Почему ты так уверена, что это был он?

– - Сэм, Пашутин мне фото показывал. Его куртка, его волосы, шузы. И этот ранец. Ему ведь столько лет, ещё в школу с ним ходила. А Пашутин, он знаешь, что сказал? Говорит, "похоже, парень просто богу душу отдал".

– - Пашутин? Такое сказал?

– - Ага. Этот кочеврыга...

Глаза её снова наполнились слезами. Он обнял её. Гладил по спине, по волосам и молчал. Что он мог сказать? Что вот только сегодня он виделся с Кодраком? Что стоя у платформы и глядя на подходящую электричку, он вдруг увидел в вагоне Кора. Тот тоже увидел Сэма, вскочил, раскрыл окно. Что нескольких секунд, пока стоял поезд, им хватило лишь на то, чтобы поздороваться, пожелать друг другу удачи, да попрощаться. Что поезд двинулся и укатил в даль светлую, а ветер донёс последние слова Кора: "Сэм, я так рад, что встретил тебя. Это просто подарок. Обними Алёну. Счастливо. Может, ещё и увидимся".

Он держал её за плечи и думал о том, что кто-то из них заблуждается, либо он, либо она, либо Пашутин. Но он молчал. Мир его задрожал и дал трещину. А в глубине трещины, на самом дне, под бурлящей магмой, под гумусом усталости, под скалой боли, в пещере, в кромешной тьме блеснула искра Надежды.

* * *

Пыль дороги въелась во все поры кожи, она скрипит на зубах, режет глаза, забивается под ногти, першит в горле. Она очищает душевный инструмент, делая его конкретным, простым и прозрачным. Но она же застит внутренний взор, скрывая цель всего этого бега по кругу. Цель пути.

Собеседник был тих и ненавязчив -- в годах, с красивым иудейским профилем, космами седых волос, спадающих на плечи, и отрешённым взглядом. Беседа с ним не нарушала внутренней гармонии, а обыденность его суждений не вызывала у Кодрака противостояния -- живи и дай жить другим.

– - ... как жену похоронил, сразу сердце и забарахлило. Видать, зовёт она оттуда. Но вы не подумайте... Впрочем, ладно.

Кодрак молча слушал.

– - Смерть -- загадочная штука. Не находите?

Кодрак кивнул.

– - Я, собственно, из институтской братии. Со всеми вытекающими. Однако, рассматривать смерть как простой распад органических форм не намерен. Слишком углублённо изучил сей предмет.

– - Вы биолог?

– - Иммунология. Гистология. И так, по мелочам.
– - Он помолчал.
– - Вам вообще интересно, а то я, может быть, сел вам на уши.

– - Нет-нет. Мне интересно. И давайте уж на "ты".

– - Не могу, воспитание... Так вот, по всему выходит, что клетка, живая клетка, бессмертна. Но сей факт противоречит вереницам гробов и гектарам кладбищ.

– - Может быть, смерть -- это просто дурная привычка?

Мужчина одарил его долгим внимательным взглядом:

– - Продолжайте...

Кодрак смешался. Это было неожиданно -- благодарный слушатель и внимательный собеседник.

– - Избавление от столь глубокой привычки... Это не сделаешь в один присест. Нужно... вероятно, это произойдёт постепенно, этапами.

– - Произойдёт?

– - Полагаю, самостоятельно человек на такое не способен. Это сделает эволюционная сила, Природа. Не то, что мы называем "природой", но то... что имели ввиду древние, говоря о "Парапракрити",

– - Я даже не буду спрашивать, как это переводится. Вероятно, в нашем языке не найти адекватного перевода.

Кодрак благодарно кивнул; слушатель ко всему прочему ещё и умён.

– - Ну и какой же "этап" будет, по-вашему, первым?

– - Вероятно, возникнет новый способ умирать.

– - О!! Хм...

– - Я понимаю, что ваши коллеги поднимут меня на смех.

– - Как в средневековье подняли Джордано Бруно на костёр? Полноте! К чему равняться на тех, у кого нет ни воображения, ни смелости. Оставим их на съедение их собственным страхам... Итак, вы сказали "новый способ умирать"? Замечу, что вы меня удивили, а это удаётся мало кому. Но я совершу ошибку, если начну спрашивать, как вы себе это представляете -- новый способ умирать.

– - Правильно, потому что спрашивает ум, а смерть побеждается не в уме, а в теле.

Мужчина довольно улыбнулся:

– - Я всегда считал, что ум ни в коей мере не является функцией мозга. Скорее уж мозг -- функция ума и его продукт... Чёрт побери, приятно вдруг осознать, что есть на земле по крайней мере один человек, который думает также, как я.

– - Да, считать ментальное сознание -- будем говорить пока лишь о ментальном сознании -- функцией тела, это всё равно что считать океан функцией кораллового полипа.

– - Но мы отвлеклись, молодой человек.

– - Нисколько. Человек -- тройственное существо: тело, жизнь и разум. Смерть -- привычка тела. И избавляться от неё нужно в теле. А для этого нужно сначала осознать тело.

– - А мы его не осознаём?
– - мужчина сжал и разжал кулак.

– - Нет. Мы осознаём разум, вернее, малую часть разума...

Кодрак вдруг замолчал. Имело ли смысл создавать в чьей-то голове ещё одну систему.

– - Я слушаю?
– - мужчина ждал продолжения.

– - Извините. Я осёл. Если вас действительно интересует этот вопрос, если вы будете искать, то вы найдёте. А быть испорченным телефоном... Я не хочу.