Я поправляю белую рубашку с миниатюрными надписями «Pink» и с уверенностью открываю дверь в кабинет геометрии. В лицо сразу врезается сладкий запах духов, которые обычно использует Мэрилин Фентон. Класс был в кромешной темноте, ибо тучи проглотили солнце, а мои глупые одноклассники живут в доисторическом мире, когда люди добывали огонь при помощи камней. В толпе замечаю Сару Бейкер, которая странно себя вела — она ещё ни один раз меня не обозвала. Затишье перед бурей. Обхожу два ряда и сажусь за своё место, где все ещё не было Алекса и его вещей. Рокси в красивом сиреневом платье сидит впереди меня, заткнув уши белыми проводами, с помощью которых девушка могла слушать музыку. Она легонько качает головой в такт музыке и мычит под нос слова песни. Было забавно на это смотреть, что я даже не сдержала улыбки.

— Привет, Кит, — проходит мимо меня одноклассник Джонни. Парень милый и общительный, но очень приставучий. Многие его называют Джонни Клей.

— Здравствуй, — отвечаю я, немного обнажив зубы в улыбке.

Время шло, но Алекса все ещё не было. Я уже по уши в панике. Ал вёл себя странно, особенно по отношению ко мне. Мы с ним словно друзья в статусе «встречаемся». Небрежно вытаскиваю мобильник из кармана джинс, и набираю номер брюнета. Гудки. Много гудков. Сердце поразил укол, и по спине прошёл ток. Мысли развязны, одни твердят «с ним все хорошо, он высыпается дома», а другие тараторят «ему плохо, его побили, он сбежал, он в коме». Паника вещь опасная, с ней лучше не связываться. Но мне её насильно навязывает жизнь. Ногой толкаю стул Рокси, от чего та пошатнулась. Девушка снимает провода с ушей и медленно оборачивается назад, как будто боясь застать кого-то плохого, маньяка, например. Её лицо напомнило мне гримасу мамы, когда она случайно выбросила мою коллекцию пластинок, аж на душе стало холодно. Будто над моей головой висит грозовая туча и готовится выпустить языки пламени и ливень слез.

— Привет, — без улыбки на лице говорит девушка, шмыгая красноватым носиком.

Мои очки готовы вот-вот упасть с кончика носа, от чего я их быстро поправляю, почему-то вспомнив о неловком подарке Кэрри.

— Ты в порядке? Выглядишь плохо, — спросила я. Рокси внезапно и громко чихает прямо мне в лицо, и я покрываюсь капельками её слюней. И опять думаю, ПОЧЕМУ НИКТО НЕ ИЗОБРЁЛ ДВОРНИКИ ДЛЯ ОЧКОВ?!

— Прости, — невнятно произносит девушка, демонстрируя белый платок, — я простудилась.

— Я это заметила. И мои очки тоже, — протирая «поддержу для зрения» хмыкаю я, и вновь надеваю очки.

— Ты обижена на меня?

— Что?

Рокси занервничала.

— Ну, за то, что я наговорила тебе в туалете... Прости меня, я просто не хотела, чтобы ты была одурачена.

На душе стало вдвойне тепло, ибо: 1) за меня кто-то переживает; 2) подозрения Рокси ошибочные.

— Все хорошо, — широко улыбнулась я, не скрывая счастья.

Подружка скривила гримасу, не понимая моего поведения. Ну да, это выглядело странно.

— И почему же ты так счастлива?

— Рокси, — засмеялась я, тем самым ещё больше смутив девушку, — мы с Алексом встречаемся!

Челюсть одноклассницы повисла вниз, а глаза округлились до предела, и начало казаться, что вот-вот и от напряжения они полопаются, как воздушные шары. Я вижу, что девушка пытается что-то сказать, но её речь нарушилась, как у шизофреника. В голове все происходило иначе, чем в реальности. Стало даже грустно, что мне не с кем поделиться радостной новостью, ибо мне хотелось кричать об этом в небо, в неизвестность.

— Когда это произошло? — повысила волнительный тон Рокси. Ей будто сказали, что у близкого человека рак и он умирает. Я оцепенела.

— Эм, в понедельник. А в чем дело?

Подруга схватилась за голову и начала что-то говорить под нос. Так, я окончательно запуталась.

— Ты не можешь с ним встречаться! — вскрикнула Рокси, и все посмотрели на нас, практически испепеляя взглядом. Сара Бейкер с подозрением взглянула прямо в мои глаза, от чего показалось, что мои очки расплавились. Я сглотнула комок в горле и обернулась лицом к Рокси. В кабинете снова стоял гул.

— Почему ты так говоришь? Ты же знаешь, как я его люблю, — от обиды я нахмурила брови. Стараюсь быть стойкой. Не хочу, чтобы меня жалели. Жалеть людей — значит, вредить им. Лучше помоги человеку, а никому не нужную жалость убери прочь.

Рокси отрывисто выдохнула. Я знаю только одно, — когда она нервничает, то начинает кусать нижнюю губу, и именно это девушка сейчас и делает.

— Рокси...

— Кит! Ты наивная дура!

— Что ты имеешь ввиду?! Почему ты ведёшь себя так?! Вместо того, чтобы за меня порадоваться, ты обзываешься! Что с тобой такое, а?

— Со мной все отлично! А вот тебе не помешало бы купить мозги! — в следующее мгновение Рокси вскакивает с места, берет мобильник и буквально вылетает из класса. В душе появился осадок, который подобно яду, начал убивать меня изнутри. Терять людей больно. Мне так хочется повернуть время вспять и не рождаться. Мой день — сплошное разрушение. Все рушится прямо на глазах. В сердце так холодно и пусто. Пусть Алекс мне признался в чувствах, но я не ощущаю его любви. Вмиг так захотелось вскрикнуть, чтобы вся вселенная ощутила мое негодование и злобу. Я складываю руки на парту, а затем кладу на них свою голову, стараясь выбросить из мыслей все ныне происходящее. Хочу хоть на секунду забыть о доме, об оценках, будущем, Алексе, Рокси... Пусть все исчезнет. Превратится в пыль. Я стала думать о любви. И знаете, ничего на ум не пришло. Я не ощущаю её, чтобы объяснить.