– Ваше величество, у вас есть обещания которые вы хотите сказать перед народом? – Обратился Эдмонд к Аделине.

– Конечно. – Поднялась Аделина с трона и собравшись с мыслями обратилась к залу. – Веленгельм переживает не самые светлые времена, мне прискорбно видеть сколько людей голодают на улицах. В тот момент, когда народ больше всего нуждался в королевской поддержке, король развязал череду кровопролитных войн, тем самым, ещё больше усугубив смертоносный голод. Народ разочаровался, и вместе со своими надеждами потерял последнее доверие к власти… Нет повода их винить… Я тоже разочаровалась в своём отце… Поэтому, моя цель это прежде всего вернуть утраченное доверие жителей Веленгельма. Показать что королевская семья вновь, как и в давние времена, живёт и правит только ради народа, и для народа. Обещаю следовать этим словам, уверена Эдмонд и Вольдемар, да и вы все тоже разделяете мои взгляды. Очень надеюсь на вашу помощь и поддержку.

Удивительно, но несмотря на волнение и слабое дрожание в голосе, речь оказалась вполне неплохой, во всяком случае так казалось Аделине. Она не ждала аплодисментов, опять же, так было не принято, Аделина лишь надеялась что её слова нашли отклик в чей-то душе, пусть ни у всех, но хотя бы у нескольких добрых людей. Ей свято хотелось верить, что в зале найдутся такие люди, но к несчастью, все присутствующие восприняли это как очередную красивую и бессмысленную речь: нападение на Аренхолд начиналось с красивых речей, нападение на Мэнгорн, так же началось с красивой речи, для знати это не более чем инструмент. Впрочем, кое-кто из присутствующих всё же «оценил» по достоинству искренность Аделины, таким человеком оказался Теодор, сын регента, в свои двадцать два он видел интриги, убийства, и всю изнанку власти. Он давно понял, что по сравнению со знатью, даже волки покажутся милостивей.

– Забавно, и как она до сих пор не увидела правду… Из всех людей что тут говорили, только она одна произнесла речь искренне. – Мысленно проговорил Теодор. – Даже и не знаю что это, глупость или наивность.

– Теперь самое время закончить коронацию вручением самого главного символа королевской власти. – Лицемерно, как и всегда, говорил Эдмонд. – Вольдемар, мы все благодарим вас за достойное исполнение обязанностей регента, но пришло время передать печать законному владельцу.

– Спасибо Эдмонд, я крайне рад что такой выдающийся человек как вы, признали моё правление достойным. – Уверенно поднялся Вольдемар со стула. – Однако у меня есть ещё одна новость для всех здесь присутствующих. Буквально несколько дней назад, я подал прошение её величеству о назначении меня главным королевским помощником. – Достал он из кармана утверждённое прошение. – Как видите, на нём стоит королевская подпись. Передай его всем желающим для ознакомления. – Отдал он прошение прислуге, а затем показательно встав на колено обратился к Аделине. – Ваше величество, я рад что вы заметили мои заслуги перед королевством и приняли это мудрое решение, большое спасибо.

– Это правда ваше величество!? – Едва удержал себя в руках Эдмонд.

– Я подумала… Так будет лучше… – Неуверенно ответила Аделина.

– Ну чтож, теперь самое время делать подношения её величеству. – Подошел Вольдемар к сыну и взял лежащий рядом с ним небольшой сундук. – Ваше величество, я знаю что вы не любите носить золото поэтому специально для вас ювелир сделал украшения с лучшими драгоценными камнями со всего света. – Вернулся он уже с сыном обратно к трону, и вручил подарок Аделине. – Взгляните.

– Звучит интересно. – Почтительно улыбнулась Аделина и начала рассматривать содержимое сундука.

– Выше величество позвольте спросить: почему вы никогда не снимаете этот кулон в виде солнца? – Заметил Вольдемар.

– Прошу не подумайте что ваши кулоны мне не понравились, просто это очень важный для меня подарок.

– В таком случае я рад, что в моём подарке только серьги и кольца. Кстати, именно Теодор подсказал что не нужно дарить ожерелье, похоже вы в центре его внимания, рас уж он замечает такие мелкие детали.

– Да нет, что ты отец. – Вступил в разговор Теодор. – Думаю, каждый бы заметил, что её величество не снимала этот кулон уже долгие годы.

– Спасибо вам Теодор и Вольдемар за ваш чудесный подарок, мне действительно очень нравится.

– Достаточно Вольдемар. – Проговорил Эдмонд. – Дай и другим воздать почести королеве.

– И действительно, извиняюсь за задержку. – Поклонился вместе с сыном Вольдемар и направился к Эдмонду. – Вернись пока в зал Теодор и забери документ, я бы хотел побеседовать с Эдмондом наедине.

– Понял. – Однозначно ответил Теодор.

Когда никто не слышит, Вольдемар и Эдмонд разговаривали совсем на другом языке, который давно знаком двум заклятым врагам, сейчас, когда все заняты вручением подарков было самое время поговорить без лишнего лицемерия. Противостояние ордена королевских заступников и братства святого слова длилось уже девятый год, причём и Вольдемар и Эдмонд достаточно умны чтобы понимать: не мешай они друг другу всё это время, то удалось бы не только заново завоевать Мэнгорн, но и решить множество серьёзных проблем, включая и народные волнения тоже. В своё время даже делались попытки договориться, но рано или поздно всё заканчивалось интригами из-за полного недоверия и желания урвать кусок побольше. Очевидно что для Эдмонда последняя надежда решить эту проблему тихо и без крови, ушла вместе с подписью королевы на том прошении, теперь оба понимали, что единственный выход это «устранить соперника с корнями».

– Похоже у тебя испортилось настроение Эдмонд. – Убедившись, что никто не слышит начал говорить Вольдемар.

– Дак вот значит до чего ты опустился: когда крысу прижимают к углу отчаявшись, она бросается. Опасную ты игру затеял Вольдемар, если бы отступил сейчас, то жил бы спокойно и в достатке.

– Мы оба знаем что ты бы не упустил возможности упразднить мой орден а затем, на всякий случай, избавиться и от меня. Как в общем-то это получилось с прошлым королём.

– С Гаспаром получилось не совсем так, впрочем, на твоём месте я бы сейчас не о Гаспаре думал, а беспокоился о себе и своём сыне. Смотрю Теодор решил залезть в кровать Аделине и даже интересно, кто его на это надоумил? Неужели внезапно нахлынула любовь? Сразу после того как Аделина получила корону.