Да, Арленс был вынужден признаться самому себе - несмотря на то, что его настораживала некая отстранённость Дэя, он всё же предпочитал иметь дело именно с этим мужчиной.

– Предполагаемые сроки строительства так же будут известны только после того, как я получу данные от своих работников.

Дэй смотрит прямо в глаза Арленсу, и второй непроизвольно ёрзает на шикарном кресле. Неловко ему от этого взгляда, словно в самую душу проникает и выворачивает её наружу.

– Вы, кажется, упоминали ещё о каком-то вопросе.

Напоминает ему с едва скрываемым терпением. Естественно, у такого богатого и делового человека должно быть слишком мало времени на посетителей.

– Мы...наш приют столкнулся с одной проблемой. Неприятный случай, - и запнулся, заметив раздражённое подёргивание пальцами у собеседника, откашлялся, переходя ближе к делу, - за последние пару недель, - а по сути с момента первого появления Дэя в приюте, но он не посмеет так сказать, потому что подобное замечание о странном совпадении может оскорбить его собеседника, - исчезли два наших воспитанника.

Насмешливо вздёрнутая бровь заставила почувствовать ком, образовавшийся в горле. Филиппу всегда было тяжело поддерживать деловые разговоры. Его отец подшучивал над ним до сих пор, утверждая, что сыну подошла бы любая другая должность, подразумевающая одиночество и молчание, но никак не управляющий, да ещё и в детском доме.

– Я думал, пропажами людей занимается полиция.

Спокойный глубокий голос Дэя, оборвавшийся какой-то вопросительной интонацией, побуждает Арленса проглотить ненавистный комок собственной неуверенности и озвучить просьбу.

– Да, но столичная полиция совершенно не желает заниматься этим делом.

– Существует определенная процедура...

– Которую они всенепременно затягивают до тех пор, пока не находят либо трупы детей, либо, в лучшем случае, показания очевидцев о том, что их видели в ближайших городах, где беглецы бесследно растворяются.

– Что вы хотите от меня, мистер Арленс?

Спросил напрямую, жёстко, слегка наклонившись к Филиппу, и тот ощутил невыносимое желание достать подаренный сестрой белый платок с узкими оборками по углам и вытереть выступивший на лбу пот.

– У нас есть сведения, что дети могли уехать в другой город. Вы слышали о «Тёмных катакомбах»? Катакомбы Дарка? Он принимает обездоленных детей отовсюду.

– Странно. Я думал, что чем меньше людей остаётся в приюте, тем больше вас это должно радовать.

– Но не ценой же жизни и здоровья моих воспитанников!

Чёрт! Не сумел сдержать возмущение и наткнулся на сузившиеся чёрные глаза.

– Ходят ужасные слухи о том, что приходится делать детям, чтобы выжить в этих нечеловеческих условиях. Я...я наслышан о них. О них писали ещё в прессе. Об этом ужасном месте...

Сказал и замер, потому что Дэй вдруг захохотал и хлопнул себя ладонью по колену, а после так же неожиданно и резко замолчал.

– Именно поэтому дети и сбегают туда? Потому что там настолько ужасно?
– и снова резко склонился вперёд, и директор судорожно сглотнул, увидев, как почему-то заполыхал яростью взгляд Кристофера, - Или потому что в ваших приютах хуже, чем там?

Словно заворожённый, Арленс всё же смог отрицательно покачать вмиг потяжелевшей головой.

– Вы были в моём приюте...вы видели...

– И только поэтому я решил помочь вам с переустройством здания и территории к нему. Не требуйте от меня большего, мистер Арленс. Вы же не думаете, что я брошу все свои силы на поиски бедных сирот?

***

К чести Арленса, он с достоинством принял отказ, откланявшись почти сразу, не сумев, правда, скрыть дрожь ладоней и некое разочарование. Но хозяину дома было всё равно. Есть события, ходу которых нельзя мешать, какие бы благие цели ты ни преследовал. Это что касалось Арленса, естественно. Ведь у него самого цели и методы их достижения были куда грязнее и могли вызвать отвращение у доброго мистера Филиппа, узнай он хотя бы о части из них.

Провожая визитёра, поймал на себе внимательный взгляд Вилберна, стоявшего, подобно статуе, у входной двери, и впервые подумал о том, что, наверное, единственным, кто мог бы оправдать эти методы, был бы именно его управляющим. При одном «но», конечно. Что он никогда не узнает всей правды. Смерть...отца, может, и сплотила его с Джонсоном, но та хладнокровность и ледяное безразличие, с которыми верный слуга смотрел в глаза умирающего Дэя-старшего вплоть до последнего вздоха оного, не позволяла полностью довериться этому безобидному, на первый взгляд, старику. Впрочем, разве он не перестал доверять людям ещё в детстве? Кристофер. Его имя переводилось как «несущий Христа». В какой момент он предпочёл сбросить эту свою ношу и идти налегке, он понятия не имел. Но знал точно - дворецкий не мог не заметить этой перемены в молодом мистере. Оставалось лишь ждать, хватит ли тому смелости высказать свои подозрения ему в лицо.