Алиас их переглядов не заметил. Его манила ванна и постель. Король гоблинов сдержал слово и полностью взял на себя все расходы по путешествию. Подаренный им кошель исправно пополнялся золотыми монетами каждую ночь, так что некромант мог позволить себе определенную роскошь. В ванне с целебным настоем он нежился около часа, пока вода не остыла. Потом вылез, надел чистое белье и сладко потянулся. В чем-то Джарет был прав. Время от времени путешествие начинало напоминать свадебное. Некромант вышел в спальню и первое, что увидел, был золотой обруч, лежащий на столе. Герберта в комнате не было. Проклятье!

– Да это очень просто. Давай научу, - Грей положил лютню на колени Герберту и взял его руки.
– Вот эти пальцы так, а этим — вот так... О, а ты уже умеешь играть на чем-то струнном, да?

– На арфе, - лютня действительно оказалась несложным инструментом. Тем более, что до этого Герберт с полчаса наблюдал, как играет менестрель.
– А ты на чем умеешь играть?

– На чем угодно, - хвастливо ответил менестрель.
– Хотя на арфе не пробовал. Слишком большой инструмент, с собой его не таскают. Герберт, скажи, ты сын того волшебника?

– Нет, ученик.

Герберт никак не мог понять, кто сидит с ним рядом. Судя по запаху, - не человек. Но кто именно из фейри? Всё-таки он еще очень мало знает о жителях Подземелья. А его самого менестрель явно принимал за человека, спасибо недавно принятой ванне с ароматными травами, отбившими аромат недавно выпитой крови. Когти Герберт еще на прошлой неделе обломал и пришлось коротко их остричь.

– Ты красивый, - Грей шутливо дернул Герберта за кончик косы.
– Но кого-то боишься. Мастера своего? Хочешь, я тебя уведу, и он никогда тебя не найдет?

Герберт засмеялся.

– Ты? Нет, дружок, с моим мастером тебе не справиться.

– Уверен?
– серые глаза Грея льдисто блеснули. Он забрал у Герберта лютню и небрежно положил на стол.
– Тогда может просто погуляем? Ночь лунная, неподалеку отсюда есть очень красивое горное озеро. Его мало кто видел. Или ты и меня боишься?

Герберту очень хотелось разобраться, кто такой его новый знакомый. Вампир прикинул, что немного времени у него еще есть.

– Разумеется, я тебя не боюсь, - он встал.
– Пошли.

К тому времени, когда Алиас спустился в зал таверны, там уже никого не было, только забытая лютня лежала на столике в углу. Некромант поднял инструмент, принюхался. Проклятье! Не вовремя у него отбило нюх!

– Хозяин!
– Драккони кинулся к стойке.

Перед ним тут же возник владелец таверны. Худощавый, с нервными движениями и тусклыми глазами.

– Чего изволит господин?

– Где поблизости есть озеро?

– Озеро?
– хозяин удивленно поднял брови.
– Что вы, господин, во всей округе нет ни одного озера. Река есть.

– А если подумать?
– Алиас положил на стойку три золотых.

– Да всеми богам клянусь, господин, нет здесь озера!

Алиас достал из-за пазухи кулон со знаком короля троллей.

– Или ты сейчас же вспомнишь, где это проклятое озеро, или завтра сюда прибудет карательный отряд троллей. Ториус очень не любит, когда в его владениях незаконно селятся выходцы из Лесного края.

– Помилуйте, господин маг!
– хозяин выскочил из-за стойки и упал перед некромантом на колени.
– Они же ничего особо плохого не делают! Даже охраняют перевал от разбойников!

– А то, что каждое полнолуние здесь люди пропадают, это, конечно, мелочи? В долю с ними вошел, скотина?!
– Алиас с размаху ударил его ногой в живот.
– Где озеро?!

– Черный камень за таверной!
– простонал хозяин, - Обойти его надо посолонь, тогда дорожка откроется...

– Сколько их?

– Пятеро... Грей — тот, что был здесь, их вожак...

Многовато. А у него как назло ничего нет против этих тварей. Алиас выбежал из таврены. Ладно, на месте разберемся, что делать. Ну, Герберт, утонешь, домой не приходи!.. А вот и черный камень.

Картина, открывшаяся некроманту, заслуживала нанесения на холст. Полная луна отражалась в глади почти идеально круглого темного озера. На мелководье плясали тени, разбрызгивая хрустальную воду. В холодном чистом воздухе звучал смех — резкий, неприятный. И вдруг он оборвался. Уши резанул визг. Алиас разглядел среди фейри Герберта. Вампир двигался так стремительно, что превратился в размытый светлый силуэт. Давешний менестрель катался по земле, зажимая руками горло. Его табун метался вокруг. Пока еще все они были в человеческом обличье. Раздался еще один визг.