«Т. Патрульный по имени Мак-Кингли. Разберись с ним, желательной без свидетелей. После этого жду в пиццерии "Сицилия". Приходи один. Не забудь костюм. Г.».

– Забавно, - пробормотал я, сгребая записку, и убирая к себе в карман.

– Чего случилось?
– с набитым ртом спросил у меня Джованни.

Я поморщился и помотал головой. Откусил еще кусок от хот-дога, запил его кофе и откинулся на спинку стула. Посмотрел на людей, которые шли по своим делам по улице перед закусочной и, не смотря на Джо, спросил:

– У тебя есть какие-нибудь дела в городе?

– А что такое?
– не совсем понял он, но не дождавшись ответа, продолжил.
– Вообще-то да, дела имеются.

– У меня вот тоже дела имеются, - сказал я, чувствуя комок в горле.

Неприятно было, честно говоря, совсем неприятно, но Генри сказал конкретно - приходить одному. А еще и с полицейским разобраться, по идее, тоже одному. Хотя...

– Слушай, Джо, - сказал я.
– Мистер Джи попросил меня разобраться с одним делом. Одного.

– А...
– видно было, что он слегка расстроился. Хотя, обычно Джо не унывал.

– Я поговорю с ним, объясню, что дела мы делаем вместе, едим тоже вместе. Только сейчас мне надо реально самому этот вопрос решить. Помнишь рыжего копа, которому мы башляли за крышу?

– Ну?
– спросил мой постоянный напарник.

– Этот ублюдок, когда мы в последний раз расплачивались с ним, за ту гонку, спрашивал, знаю ли я Джи. Я тогда не предал этому вопросу значения, но теперь понимаю. А потом, помнишь ублюдков ирландцев и предателя? Они тоже целились в мистера Джи. Короче, он под колпаком...

– Так...

– Мне нужно решить вопрос с копом. А потом поехать еще кое-куда по делам мистера Джи.

– Ладно, я пока что кое-куда смотаюсь, у меня все равно дела были, - ответил Джованни.
– Тебя прикрыть?

Я скомкал бумагу, в которую был замотан хот-дог, положил ее на поднос, взял с него второй и задумался...

– Почему и нет, я надеюсь, что получится быстро, - пожал я плечами.
– Он все равно патрулирует соседнюю улицу. В общем так, доедай, потом медленно иди за мной. Я постараюсь отвести его в сторону, поговорить. Услышишь выстрелы или крики мои - иди на помощь.

– Ладно, хорошо, - кивнул он и продолжил есть свой кебаб.

Дальше мы ели молча. Хорошо, что Саня, как на самом деле зовут Джованни, очень добрый и незлобивый человек. Не знаю, как я бы отреагировал, если бы ему дали такое задание, а меня оставили ждать в тени.

Черт, а ведь, значит, Генри выделил именно меня.

Несмотря на присутствие в его команде такого отмороженного бойца как Крис, он заметил именно меня. Это очень сильно льстило моему самолюбию, да и перспективы передо мной открылись безграничные.

Правда, когда я допил остаток кофе в своей чашке, то подумал, что все может быть не так уж просто и радужно. Что, если люди Гвидичи решили меня подставить и убрать, избавившись от лишнего соучастника? Что если, приехав в «Сицилию», я получу только мешок на голову, а потом ножом по горлу.

И все, придется создавать нового персонажа, ничего не поделаешь. Таковы правила игры.

С другой стороны, не хочешь лезть в такие дела, не суйся на «Злые улицы». Вон, играй в какую-нибудь фэнтезийную гриндилку с кавайными эльфами, где все просто и понятно - вот добро, а вот зло. Нам же здесь каждый день приходится делать моральный выбор между злом своим и злом чужим.

Положив чашку на стол, я поднялся, и пошел к выходу, кивнув дружелюбно улыбнувшемуся мне Фрэдди. Интересно, тех, кто работает на мафию, здесь всегда кормят бесплатно, или сегодня так вышло в качестве искючения.

Маршрут, по которому ходил Мак-Кинли, я знал наизусть, уж слишком часто приходилось пересекаться с этим рыжим улыбчивым ублюдком. Поэтому я вышел на улицу, вынул из кармана пачку сигарет и закурил. Вытащил из кармана тонкие кожаные перчатки, и натянул их на руки, поднял воротник куртки. То ли холодало, то ли меня начинало потряхивать от волнения.

Не успел я пройти и двух десятков шагов, как за моей спиной снова хлопнула дверь. Я мог не оборачиваться - знал, что это Джо пошел прикрывать меня. Стало немного спокойнее, но все еще неуютно, я никогда не брался стрелять в копов, потому что стоит убить одного и спалиться, и тебе конец.

Но сегодня у меня не было выбора.

Быть может, именно сейчас я и «делал кости», убивал человека, чтобы вступить в семью?

Хотелось бы надеться.

Мак-Кинли я встретил уже за вторым поворотом, он шел по улице такой же жизнерадостный и веселый, как и всегда, будто второе солнце, брат-близнец того ублюдка, который жарил город с ясного Калифорнийского неба. Сейчас, впрочем, не такого уж и ясного, синь неба затянули облака, и вот-вот должен был пойти дождь.