– Сработало, да еще как, - кивнул он.
– Мы забрали половину ирландского квартала, правда, пришлось часть земли отдать ниггерам. А еще они теперь должны нам пятнадцать процентов дохода в качестве отката.

Пока я считал, насколько полезным для семьи стало наше с Джо предприятие, Генри влил в цистерну меда бочку дегтя. За сладкой оболочкой оказалась горькая пилюля. Прямо как в тех желтых витаминных драже “Ундевит”.

– Только вот верхушка полиции недовольна тем, что происходит. Сегодня помимо ирландца, к дону приезжал еще и кто-то из верхов, говорит, чтобы мы унялись. Мол, когда они находят пару дохлых бандитов в кустах, с ножом в печени или парой пистолетных пуль в спине - ничего страшного. Но, когда кто-то палит из пулемета посреди жилого квартала - это уже все. Такого никому не нужно.

– Все равно мы оставили пулемет там, - ответил я.
– А второй нам не продадут, даже если деньги найдем. Штучный товар.

– Это факт, - кивнул солдат мафии.
– Но, черт, вы - молодцы, как ни крути. Без руководства сверху провернуть такую операцию. Ладно, в общем, теперь у нас одной проблемой меньше - остались только Тотти. Сегодня дон не стал нам ничего поручать, так что ваша команда на подхвате - остаетесь здесь, если телефон зазвонит - выезжаете, и решаете вопросы. Район нужно держать. Потому что, черт его знает, что ублюдки выдумают сегодня.

– Без проблем, босс, - ответил Лоренцо, который, как мне показалось, был недоволен, что его сдвинули на вторую роль.
– Мы будем наготове.

– Хорошо, - согласно кивнул Генри, поднялся, и пошел в сторону выхода.
– Давайте, удачи, я в вас верю.

И ушел.

Я достал из кармана конверт, и уселся в кресло, где только что сидел солдат мафии. Пересчитал купюры, помотал головой, и убрал бабки обратно в карман. Здесь было четыре с половиной тысячи долларов. У Генри такие деньги, конечно, были, но, если Джо получил не меньше, то руку к нашей награде приложил кто-нибудь из капо, а, может быть, даже и сам дон Гвидичи.

Наши вложения окупились сторицей. Вложились-то мы по полтора куска, выложив почти все, что было. А сейчас можно даже вывести тысячи две-две с половиной в реал, на карту “почты.ру”. Хватит на пару недель нормальной жизни.

– Поздравляю, парни, - сказал Лоренцо, усевшись на матрас, и прислонившись спиной к стене.
– Убрать главаря чужой банды - непросто. Мы с Крисси вас, недооценили.

– Спасибо, - кивнул я, и развалился в кресле.

Честно сказать, было приятно не столько, из-за награды, а еще из-за того, что мы смогли уйти из-под нависшего над нами Дамоклова меча. Хотя, в следующий раз нужно быть осмотрительнее. Понятное дело, что Генри сорвался на нас, видимо и на него самого сверху оказывали давление, может быть, даже и угрожали тем же, что и он нам.

– Сами-то чем занимались?
– спросил Джованни.

– Да, так, - будто нехотя, ответил Лорик.
– Мотались по району, помогали Генри собирать деньги с местных дельцов. По сути, охраняли его, вот и все. Ничего сложного.

– Повезло вам, - усмехнулся я.
– Знаешь, это лучше, чем убивать ирландцев. Хотя, теперь, очевидно, нам не придется этим заниматься.

– Блять, извини, но я не согласен, - неожиданно зло проговорил Лоренцо.
– Он отправил вас на ответственное задание, а мы мотались толпой по району, как идиоты. Очевидно, что вас он ценит больше, и что в семью примут именно вас.

– Чего?
– не понял я.
– Он отправил нас на самоубийственное дело, приказал убрать одного из самых могущественных людей в городе, а в случае неудачи обещал убить. Мне кажется, ты не понимаешь, о чем говоришь?

– Так, а какого хрена ты вообще связался тогда с мафией?
– спросил в ответ он, вскакивая с пола.

Я сам не понял, как поднялся на ноги. Мы встали нос к носу, как делал десять лет назад, и до сих пор делает уже престарелый МакГрегор.

– А какого хрена ты сейчас ноешь?
– вопросом на вопрос ответил я, засовывая руку в карман костюма, и сжимая ладонью рукоять новой “бабочки”.
– В любом случае, кого примут в семью решать не тебе, и даже не Генри. Такие вещи решает только сам дон, и уж кого рекомендуют в семью солдаты - дело другое. Кто себя лучше покажет.

– Да пошел ты, - ответил Лоренцо.

– А вообще-то он прав, - внезапно, как для меня, так и для своего друга, вмешался Кристофер.
– И вообще, нам сейчас только перессориться, да перерезать друг друга осталось. Уймитесь уже, хотите выпустить пар - дождемся звонка, да поедем на дело.

– А с чего ты взял, что вообще звонить будут?
– спросил Лоренцо, который, похоже, сам был рад съехать с этой темы.

– Да потому что Тотти зашевелятся теперь. Других помощников кроме ирландцев у них нет, и у них два варианта - либо идти на мировую, к чему они не готовы, потому что потерь особых не понесли, либо сделать все, что можно, чтобы лишить нас доходов. Так что за сегодня мы наездимся, уж поверьте.

Будто в подтверждение его слов, в прихожей зазвонил телефон. Лоренцо посмотрел на меня с сомнением, будто опасался, что я воткну нож ему в спину, но все же развернулся, и пошел к звонящему аппарату.

А у меня и мысли не было бить его в спину. Хотел бы зарезать - ударил бы в живот, как полицейского, но сейчас в этом смысла не было, поэтому я разжал ладонь, и вынул руку из кармана.

– Да?
– раздался голос из прихожей, - Сколько их? Минут пятнадцать продержитесь? Выезжаем.

Мы с Кристофером и Джованни двинулись к двери. Луиджи сегодня не было, как и доступа в его закрома - дверь в кладовую оказалась закрыта на впечатляющих размеров замок, который не соответствовал хлипкой створке.