– Грейнджер, - Малфой поставил ее на ноги перед собой и встряхнул за плечи, - ты что, окончательно тронулась? Что ты имела в виду, когда говорила, что все закончится там, где и началось?

– Я такое говорила? – Гермиона подняла на него взгляд. Малфой был расплывчатым, словно она смотрела на него через пелену тумана или через пленку воды. Скорее, воды.

– Малфой, уходи. Я опасна. Я ревоплощаюсь. У меня в глазах вода.

– У тебя на глазах слезы, идиотка гриффиндорская, - простонал Малфой. Гермиона моргнула, и почувствовала, как теплые капли стекают по щекам. А она уже думала, что разучилась плакать.

– Маленькая, глупая Грейнджер, - цедил он раздраженно, вытирая слезы с ее щек. – Неужели так сложно понять, что меня надо слушаться?

– Малфой, - тихо проговорила она. – Малфой, я заавадила Черного. Я расколола душу.

От осознания того, как низко она пала, Гермиона разрыдалась во весь голос. Если бы поблизости в этот момент оказался Черный, им бы не поздоровилось, но в школе стало удивительно пусто.

– Что ты расколола? – Гермионе послышалось, что в его голосе прозвучало веселье.

– Душу, - всхлипнула она, уткнувшись лбом в плечо Малфоя.

– Серьезно? И с чего ты это взяла?

– Ну, при убийстве душа раскалывается, - неуверенно начала Гермиона. – Ты же сам видел, что Черный был Роном. Я его убила. Я расколола душу!

– Грейнджер, маленькая, глупая Грейнджер, - с какой-то странной нежностью в голосе произнес Малфой, прижимая ее к себе, - мы же вроде договорились, что Черных не совсем можно считать людьми. Убивающее заклинание вмиг выбивает из тела душу жертвы, и от этого раскалывается душа заклинателя. А у Черных души, как таковой, нет. Так что твоя, Грейнджер, цела и невредима.

– Но я слышала хруст, - неуверенно протянула Гермиона. – Я определенно слышала хруст.

– Бедная. Тебе надо поспать. Суток трое, не меньше, - Малфой вздохнул и вдруг расхохотался.

– Почему ты смеешься? – она всхлипнула. – Ты радуешься тому, что я совершила убийство? Меня же теперь отправят в Азкабан!

– Четверо суток, Грейнджер, - сквозь смех простонал Малфой. – И хорошенько поесть перед этим. Это я хрустнул. Наступил на кусок черепицы.

Силы враз покинули ее, и она стала медленно опускаться на пол.

– Эй, нет, я не это имел в виду. Ты не уляжешься спать прямо здесь, - Малфой перехватил ее под локоть.

– Голова закружилась, - призналась Гермиона, осознавая, как много на ее долю выпало за последние несколько суток.

– Это не дело, - он осторожно подхватил ее под колени, перекинул через плечо и зашагал к Большому Залу.

Замок был пуст, словно Черных и не было никогда.

Гермиона болталась безжизненной тряпкой на плече у Малфоя, и сил не хватало даже на то, чтобы что-то обдумывать. Она слишком устала. Ей действительно нужно было поспать немного. Не четверо суток, конечно, но достаточно долго.

Малфой резко остановился и опустил ее на пол. Гермиона сонно огляделась: они стояли перед лестницей, что вела к Залу.

– Если я втащу тебя туда, как мешок, меня не поймут, - он пожал плечами. – Могу под руку отвести.

Гермиона вцепилась в его локоть и попробовала сделать шаг, но ноги словно были отлиты из чугуна.

– Нет, Грейнджер, - Малфой закатил глаза. – Нет-нет-нет, я не понесу тебя.

Гермиона честно попробовала сделать еще один шаг, но вновь потерпела сокрушительное поражение. Малфой вздохнул и подхватил ее на руки. Так они и вошли в Большой Зал.

– Мистер Малфой! Мисс Грейнджер, - МакГонагалл, бледная, словно мел, кинулась к ним. – Мы уже потеряли веру и думали, что вы… Что с вами…

– В общем, мы предполагали худшее, - коротко закончил Слизнорт и вытер лоб платочком. – Что случилось?

– Мисс Грейнджер сделала кое-что несвойственное ей и потеряла много сил. Простите. Ей надо немного вздремнуть, - Малфой почти любезно улыбнулся и прошествовал к Гриффиндорскому сектору.

– Поспи, Грейнджер, - проговорил он, укладывая ее на кровать. – Тебе надо немного восстановиться. У тебя впереди очень тяжелый день и, поверь, я знаю, о чем говорю.

– Малфой, - Гермиона поймала его за руку, когда он уже собирался уйти. – Спасибо тебе. За то, что помогал. Всю неделю. Хотя ты и невероятно вредный тип.

Она приподнялась на локте и осторожно коснулась губами его щеки.

– И тебе спасибо, Грейнджер, - он чуть заметно улыбнулся. – А теперь спи, спи без снов.

Гермиона кивнула и закрыла глаза. Уже проваливаясь в сон она ощутила легкое теплое дыхание на щеке.

А проснулась она от того, что Большой Зал взорвался. Гермиона села на кровати и принялась осматриваться по сторонам, пытаясь понять, что происходит. Вокруг царила какая-то суматоха, Зал огласился криками и воплями.