— Рон, но ведь им тоже нужна помощь! Им сложно адаптироваться к новым порядкам!

Драко прижался спиной к стене, что отделяла холл от лестничной клетки, и старался не дышать. — Чем они хуже остальных, Рон?

— Тем, что они — бывшие приспешники Волдеморта, а Малфой вообще Метку носил! Как ты можешь ему помогать?

— Рон, это в прошлом.

— Ты нашла себе новую войну. Ты борешься за тех, кто этого не заслуживает!

Драко больше не мог этого выносить.

— Мисс Гермиона, мы вас потеряли.

— А вот и он, — хмуро бросил Поттер. — Легок на помине.

— Мистер Гарри, мистер Рон, счастливого Рождества, — Драко изо всех сил старался выглядеть милым, чтобы не расстраивать Грейнджер.

— Малфой, ты здесь некстати, — озлобленно бросил Рон.

— Рон, пожалуйста! — взмолилась Грейнджер.

— Простите, мисс Гермиона, — Драко осторожно отодвинул ее назад. — Я краем уха услышал ваш разговор. Если позволите, я скажу кое-что вашим друзьям.

— Мистер Драко, прошу вас, не надо, — прошептала Грейнджер за его спиной.

— Ты еще и по имени его называешь? — Кажется, Уизли готов был вот-вот взорваться.

— Во-первых, мистер Рон, это одно из основных правил клуба, которые установила мисс Гермиона. Во-вторых, вы говорили, будто она развязала новую войну, не так ли? Пусть так, но мисс Гермиона в ней побеждает. И раз уж на то пошло, странно слышать такие упреки от людей, которые так и не избавились от призраков старой войны и продолжают мерять людей старой меркой. Мисс Гермиона научила нас жить в новом мире, вот только и вам не помешает научиться этому.

— Ты недостоин жить в этом мире, — процедил Уизли.

Грейнджер тихо охнула.

— Однако недостойно себя ведете вы. Мисс Гермиона — ваш друг, зачем же вы омрачаете ей праздничный вечер?

Уизли захлебнулся собственным гневом.

— Рон, идем. Мне неприятно это признавать, но Малфой прав. Сейчас не время для этой беседы. Приятного вечера, Гермиона, — Поттер разве что не силой заставил Уизли развернуться, и они ушли, оставляя грязные следы на светлом полу.

Драко обернулся и увидел, что Грейнджер утирает слезы тыльной стороной ладони.

— Я не виню их, — она словно пыталась оправдать старых друзей. — Им сложно привыкнуть к той мысли, что у оправданных есть точно такое же право на счастливую жизнь, как и у победителей.

— Мне тоже было сложно, и я не справился бы без вашей помощи.

— Вы меня приятно удивили сегодня. И тем, что вступились за меня, и тем, как вы себя вели.

— Мисс Гермиона, я бы сказал куда больше, если бы не боялся вас расстроить.

Грейнджер покачала головой.

— Надеюсь, никто не заметит моего отсутствия, — она вздохнула.

— Идемте к гостям, мисс Гермиона. Они пока заняты, но вскоре заподозрят неладное.

Он взял Грейнджер под локоток и повел в холл.

Их отсутствие осталось незамеченным: гости беседовали, некоторые подходили к столикам с едой, а три пары кружили в танце у фонтана.

— Мисс Гермиона, как думаете, один танец сможет отвлечь вас от тяжелых мыслей?

— Думаю, сможет, — мило улыбнулась Грейнджер, принимая приглашение.

Драко взял ее за руку, вторую руку положил ей на талию и осторожно повел, мысленно сетуя на то, что в последнее время катастрофически мало упражнялся в танцах и теперь был чуть грациознее гиппогрифа. По крайней мере, Грейнджер улыбалась, и ее маленькая теплая ладонь лежала у него на плече. Значит, все было не так-то ужасно.

Танцев получилось куда больше одного. Они прервались лишь пару раз, чтобы пропустить по стаканчику. Драко бы и не заметил, как стемнело, если бы гости не начали расходиться, и Грейнджер пришлось отвлечься, чтобы попрощаться со всеми. Тео ушел с Алисией, Блейз увел под руку прекрасную незнакомку.

— Это был прекрасный вечер, — произнес Драко, когда в холле остались только они с Грейнджер и сотрудницы библиотеки.

— Гермиона, не переживайте, мы все уберем, — прощебетала одна из них.

— Я осмелюсь попросить еще об одном танце?

— Да, конечно. Ивонн, будьте добры, оставьте проигрыватель. Я сама его унесу.

Сотрудницы библиотеки переглянулись, кивнули и удалились. Драко сам взмахнул палочкой, запуская патефон, снова положил руку на талию Грейнджер и повел.

***

— Храни тебя господь, веселый гиппогриф!

Драко открыл глаза и уставился в потолок, пытаясь понять, где находится. Он точно помнил, что после встречи Клуба взаимопомощи отправился домой, но был уверен, что родители не стали бы слушать рождественские гимны, особенно в их нынешнем состоянии. Хотя самочувствие отца в последнее время улучшилось, да и матушка заметно повеселела.