— Там, куда мы направляемся, есть купол?

— Ага. Красная Плоть — единственная деревня, в которой живет модератор. Из-за большого наплыва новичков. Но вы, милсудрь, не обольщайтесь: в городах, защищенных куполами, хватает головорезов и маньяков. Хотя их и сгоняют в особые районы. Пытаются, по крайней мере.

— А великаны когда-нибудь пробивали купола?

— Еще бы, — ухмыльнулся Шут. — И даже порой получалось их разбить. Тогда от городов ничего не оставалось, милсудрь. Ни камушка! Впрочем, такое о-о-очень редко случается.

— И наверняка есть люди, пытающиеся убить модераторов, чтобы завладеть амулетами, — сказал я.

— Конечно! Хотя за убийство администрации всегда следуют суровые наказания. Но это даже на пользу.

— В смысле?

Шут легко пнул камушек.

— В мире Бремени крайне сложно заработать опыт, — пояснил он. — Вам придется потратить ни один год, чтобы перейти на второй уровень. Поэтому у вас есть два пути: либо вступить в клан или военную группу, либо поменять расу.

Захихикав, он повернулся ко мне и принялся идти задом наперед.

— Поясни, — попросил я.

— Да всё просто, милсудрь. Можно на время стать мечом, доспехом, шлемом, лошадью, деревом, камнем, козой… Выбор бесконечный. В таком… э-э-э… виде вы наберете экспу — простите — опыт! — быстрее. Но минусов хватает. Во-первых, вы скорее всего лишитесь возможности передвигаться. Во-вторых, будете привязаны к конкретному человеку.

— И игра пользуется популярностью? — спросил я.

— Конечно! Получив достаточно опыта, вы сможете быстро пройти кампанию, сможете участвовать в массовых сражениях во главе с модераторами. В конце концов, сможете стать торговцем или кузнецом, если не любите сражаться.

Я тяжело вздохнул. В висках заломило.

— А если я хочу просто вернуть себе память? Хочу выйти из игры?

Карлик резко остановился и хлопнул в ладоши.

— Обычно премиум аккаунты могут позволить себе очень богатые люди, милсдарь. Им наскучила сытая жизнь, где все у них есть, поэтому они полностью погружаются в мир игры. К сожалению, у вас лишь один путь: набрать достаточно опыта и денег, дабы сменить тип аккаунта. Тогда вы все вспомните и сможете покинуть суровый мир Бремени. Вообще я бы вам посоветовал вступить в группу. Да, опыта будет не так много, однако это лучше, чем играть за чьи-то грязные трусы.

С этими словами шут мерзко захихикал.

Наконец, лес расступился, и взору предстал поселок, окруженный внушительным частоколом, из-за которого выглядывают крыши изб. Я не сразу разглядел купол, защищающий людей от великанов. Нужно приглядеться, напрячь зрение. Тогда можно увидеть легкую рябь вокруг деревушки. Купол словно стеклянный. И не кажется надежным. Ударь — и разобьется.

— Идемте, милсудрь. Девки ждут!

Добро пожаловать в деревню Красная Плоть!

Отличное названьице.

Ворота широко распахнуты, стражники даже не смотрят в нашу сторону, изливаясь потом на жаре. Морды красные, злые, недовольные. Странно, что не остановили. Впрочем, ничего не поимеешь с такого голожопого как я. Шут потянул меня за руку, бросил:

— Быстрее-быстрее, милсудрь. Могут ведь и налог взять.

Деревня оглушила невообразимым количеством людей. Десятки запахов и запашков смешиваются друг с другом и вдыхаются в легкие, обжигая горло. Красные, синие, зеленые, золотые доспехи мельтешат перед глазами в головокружительном хороводе. Если в деревне столько игроков, то что говорить про города?

В ушах тут же зазвенело, словно меня шибанули по голове.

У ворот по дороге стоят торговые лавки. Купцы, перекрикивая друг друга, предлагают купить жареную курицу, ледяное вино, мягкую ткань, прочные доспехи и острые мечи. Некоторые из них хватают за рукава и тянут к своим навесам. Приходится с боем прорываться дальше.

— Почему торговцы предлагают мне у них что-нибудь купить? — спросил я, пытаясь перекричать толпу. — На мне даже доспехов нет!

— Так у них способность же есть видеть тип вашего аккаунта, милсудрь! Может, вы притворяетесь нищим. Такое частенько случается. К тому же вам могут предложить стать рабом.

Я задел плечом двухметрового гиганта в кожаных доспехах, тот зыркнул так, будто увидел дерьмо. Я извинился и поспешил за карликом.

Взяв меня за руку, карлик свернул направо, и — о чудо! — мы оказались вне толпы у огромной деревянной вывески.

— Торговая неделя, милсудрь, — заявил карлик, обливаясь потом. Шутовской колпак сполз на затылок. — Чуть не задавили, ей богу. В обычные-то дни в деревне никого почти и нет. Извиняюсь за недоразумение, совсем забыл.

Я огляделся. Пять огромных изб окружают нас, возле них довольно гогочут откормленные гуси. Удивительно дело: никто из толпы не пытается их схватить и утащить. На крыльце самого большого деревянного дома сидит седой сгорбленный старик и с улыбкой на лице следит за спорами торговцев и игроков.