– Я же не спрашиваю, чем тебе не нравится моя попа, что ей постоянно достаётся, – проворчала я, чем вызвала его улыбку.

– Николас, пошли лучше танцевать? – захлопала я ресницами.

– А как же самооборона? Это всё, на что ты способна? – поддел он меня.

– Если бы мы действительно дрались, то я бы ударила в пах, колено и бежала бы без оглядки. Продемонстрировать?

– Верю! – улыбнулся он и поставил меня на землю.

Попа была благодарна, но как оказалось рано. Меня всё же слегка шлёпнули напоследок. Резко оглянувшись, я испепелила его взглядом, но этот гад сделал невинное лицо. Хочет сказать, что не причём и само прилетело? Фыркнув, я пошла к Аглае. Всё же не стоило ей наблюдать за нами. Она с беспокойством смотрела с него на меня. Боится, что продолжим драться? Зря! Ну, может пару раз по его ногам пройдусь во время танца. Тоже, невзначай.

После обеда между мной и Николасом разгорелся спор. Я сообщила, что обещала сегодня приехать к Минаху, а он был категорически против.

– Ноги твоей там не будет! – заявил он.

– Николас, ты же понимаешь, что Минах не виноват, не надо наказывать его из-за дурости дочери. Тем более я сказала, что приеду сегодня.

– Нет! – отрезал он.

– Но послушай…

– Даже слышать не хочу, мне абсолютно не нравится эта идея с массажем, – процедил он.

– Ну, знаешь, – зашипела я. – Если я не приеду, то докажу Даяне, что все её злобные сплетни имеют под собой основание, а я ничего постыдного не делала.

Мы сверлили друг друга взглядами, и отступать я была не намерена.

– Ладно, поедем вдвоём. Я как раз хотел встретиться с Костасом, – нехотя согласился он, но вечером ты мне сделаешь массаж.

– Что?! – возмутилась я. – Минах спину сорвал, а тебе то зачем?

– Я тоже спину потянул, когда на неё прыгнула одна дикая кошка, – и этот симулянт ещё плечом повёл, как бы разминая. – Иначе не едешь, – твёрдо сказал он, пресекая мои возмущённые возгласы.

«Ну, я тебе сделаю!», – пообещала я. – «Так сделаю, что ещё пощады попросишь!».

Спорить я больше не стала, а пошла переодеваться. Для удобства я надела юбку-брюки и свой свитер. Конечно, в моих брюках было бы намного удобнее, но Николас запретил мне появляться в них в деревне. Ладно, бог с ним и эти сойдут.

Аглая расстроилась, что она не едет с нами, но я заверила, что скоро вернусь. Если бы я знала, как безбожно лгу…

Николас проводил меня до дома старосты и не заходя уехал к Костасу, сказав, что будет ждать меня там. Войдя в дом, я увидела, как у печи хлопочет Даяна. Я её даже сразу не узнала, так как голову она повязала платком. В первый момент я не поняла, что изменилось, а потом до меня дошло – нет длинной косы. Минах отрезал?!

– Ты?! – вырвалось у Даяны, когда она обернулась.

– Как отец?

Она кивнула в сторону его комнаты, и я пошла туда. Моего визита сегодня явно не ожидали. Пришлось преодолеть сопротивление Минаха, так как он хоть и лежал пластом, но от массажа отказывался. Ничего, я могу быть убедительной. К тому же я позвала Даяну, показывая, что и как она должна делать.

– Как ты можешь с ней общаться после всего? – сквозь зубы спросил он, одарив дочь тяжёлым взглядом. – Глаза б мои её не видели!

Даяна ничего не ответила на это, опустив голову. Сегодня я впервые видела её притихшей и какой-то потухшей.

– Все мы делаем ошибки, – кратко ответила я. Дальше я просто показывала движения Даяне, делая массаж.

Закончив, я накрыла его одеялом и мы вышли. Бросив взгляд на голову Даяны, я произнесла:

– Ножницы неси.

– Тоже хочешь поиздеваться? – вскинулась она.

– А ты считаешь, что не имею права? – парировала я. – Неси давай, исправлять будем.

– Тут не исправишь, – глотая слёзы, она стащила с головы платок. Волосы оказались выстрижены клоками, и зрелище было жалким.

– Значит, будет не страшно довериться моим рукам, – заключила я. – Чего стала? Неси!

Даяна опасливо передала мне ножницы и села на лавку. Накинув ей на плечи платок, я намочила ей волосы и приступила.

Через некоторое время Даяна стала обладательницей креативной стрижки. Я сделала ей косую чёлку и объём на макушке, так как там хоть ещё оставалась длина волос, а затылок выровняла. Причёска ей шла и делала её хрупкой и какой-то уязвимой.

Даяна первым делом бросилась в свою комнату и начала со всех сторон рассматривать себя в небольшое зеркало. Ох, женщины везде остаются женщинами. Не став дожидаться её благодарности, я вышла из дома и пошла к лошади. Думаю, остатки волос она и сама сметёт, а здесь мне делать было больше нечего.

Она выскочила из дома, когда я уже села на лошадь. Платок на голову она больше не надевала и то хорошо. Видно всё же причёска понравилась.

– Спасибо! – потом чуть замялась и добавила уже тише, с трудом выдавив из себя: – Я сожалею.

– Проехали! – улыбнулась я и уехала.

Направляясь к дому Костаса, я думала о том, что может ещё не всё потеряно для Даяны. Извинилась же она, смогла признать свои ошибки. Да и отец нашёл способ как больнее её наказать. Уверена, что она бы лучше согласилась, чтобы он её выпорол, чем обрезал волосы. То, как это было сделано, указывало на то, что Минах был вне себя.