– Так, повторяю лишь раз. В моих планах на сегодня посетителей нет. Первое предупреждение, Сьюзи, со второго я тебя уволю. Понятно?

– Но, сэр, это ваш отец.

– Сэр, это ваш отец, – передразниваю я.

– Он такой же, как и все остальные. У него нет привилегий, поэтому скажи ему, чтобы записался ко мне, я занят, – отключаю громкую связь и откидываюсь в кресле.

Представляю, как он передаёт ему мои слова, и отец багровеет от ярости. Три, два, один.

– Эйс! – Дверь с грохотом открывается, и на пороге стоит мой родитель. Скучный он.

– Сэр, вам нельзя…

– А ну пошёл отсюда, щенок, – отец толкает парня, и тот летит назад. Чего сегодня у меня ещё не было? Так, спектакля, и вот он перед моими глазами.

– Эйс, что за поведение? Какое право ты имеешь отказывать мне во встрече? – Отец возмущённо размахивает руками.

– Имею, потому что я, в отличие от тебя, работаю здесь, а не прогуливаюсь и не пью чай. Что тебе нужно? – Сухо спрашиваю его.

– Поговорить с тобой, это личный вопрос, – его ярость отступает, и теперь он боится меня, точнее, хочет чего-то добиться – моего согласия.

– У меня нет времени для личных разговоров.

– Значит, найдёшь. Я отсюда не уйду, пока не поговорю с тобой, – он подходит к столу и опирается на него ладонями. Да отец в здании уже около часа: зашёл в свой корпус, поболтал с бывшими коллегами, секретарша поплакала на его плече, тушь осталась на пальто, затем они съели пару печений с чаем, и он направился ко мне.

– Хорошо, пять минут тебя устроят?

– Не ограничивай меня, Эйс, я твой отец, и благодаря мне, ты здесь и работаешь, – как же любит он напоминать об этом. Хотя ложь, я шёл с низов, как самый обычный. Он лишь в детстве толкнул меня в лапы к брату, чтобы сделать из меня более или менее нормального человека.

– Ты теряешь драгоценные секунды. Говори, что хотел, и убирайся, – грубо отвечаю я.

– Бланш мне отказала, – выпаливает он.

– И?

– Нет, не полностью отказала, а сообщила, что больше не хочет подписывать со мной долгосрочный контракт, – он считает, что это как-то подействует на меня. Нет, я рад, что хотя бы в этом она была честна.

– И?

– Что «и»? – Он ударяет ладонями по столу, отчего я приподнимаю уголок губ.

– От меня ты чего хочешь? Тебя пожалеть или найти другую женщину древней профессии?

– Прекрати разрушать мои отношения. Я знаю, что она это делает из-за тебя. Как только ты появился, она приняла это решение, потому что опасается того, что ты можешь натворить под властью своей особенности. Оставь её в покое и прими тот факт, что она будет со мной. Понятно? – Шипит он, перегибаясь через стол.

– Я, конечно, могу манипулировать людьми, но опускаться до твоего уровня, уволь. Меня не интересует эта женщина, как и то, чем ты занимаешься. Почему ты ушёл с поста? Почему бросил всё и даже не завершил отчёт? – Поднимаюсь из кресла, и лицо отца бледнеет.

– Я устал работать, хотел отдохнуть и насладиться…

– Нет, ты лжёшь. Не вынуждай меня копаться в этом, отец, не заставляй обращать против тебя мою особенность, будет плохо, – перебиваю его и ожидаю, когда он признается.

– Я скажу тебе, если ты мне кое-что пообещаешь, – он отступает от стола.

– Так не пойдёт, ты просто скажешь мне, а остальное меня не волнует. Что произошло, пока меня не было, и чья была идея отослать меня? – Обхожу стол и наступаю на отца.

– Я… Эйс, хорошо. Давай, присядем, – тяжело вздыхая, он указывает на кресло.

Киваю ему и подхожу к одному из них, предлагая взглядом сесть напротив.

– Я слушаю.

– Я не знаю, кто захотел тебя отослать, честно. Ты часто ездил за границу, и это обычное дело, только очень долгое было в этот раз. Насколько я понял, то на голосовании предложили тебя, и выдвинул твою кандидатуру Уилсон. Все поддержали его решение, – медленно произносит он.

Он очищал дорогу для Бланш. Я бы легко раскусил их, если бы она появилась при мне. И поэтому требовалось моё отсутствие, чтобы я не помешал их плану.

– Почему ты ушёл? Ты так не поступаешь. Ты бы никогда не позволил себе всё бросить, – хмуро смотрю на отца. С каждой секундой он сдувается, становится, как побитая собака.

– Меня хотели подставить. Готовилось крупное хищение, и кто-то узнал пароли, чтобы влезть в систему. Меня предупредили, я не имею понятия кто. Пришло письмо о том, что если я не уйду, то окажусь за решёткой или же умру, потянув тебя за собой, и я был вынужден покинуть пост. Я нашёл врача, который мне написал заключение о тяжёлой болезни сердца, чтобы всё выглядело правдоподобно. Меня отпустили, но продолжают консультироваться со мной по некоторым вопросам, поэтому я здесь. Я не мог поступить иначе, Эйс. Я бы не поверил словам незнакомца, но на моих глазах мой компьютер начал совершать действия. Он сам вошёл в систему, и я видел, как двигается курсор мышки, хотя даже не дотрагивался до неё. Мне показали наглядно, что это не шутка. Я должен был обезопасить хотя бы тебя. Кто-то хотел, чтобы я ушёл, и меня вынудили это совершить. Не лезь туда, сынок, прошу тебя. Каждый отдел – это другой мир, где ты ничего не знаешь, там свои тайны и интриги, законы и наказания. Пусть всё остаётся так, как есть. Хорошо?