— Камни-булыжники! — сплюнул дварф. — Эльфийская деревня. Никогда не думал, что настанет день, когда я специально отправлюсь в эльфийскую деревню. И что мы там ищем?

— Игрушечное осадное орудие. Объясню позже.

Она бросила взгляд через плечо.

— Нам лучше спешить. Если это тот паладин, что преследовал меня раньше, скорее всего, он не отстанет.

Они ехали в свете восходящей луны, осторожно озираясь вокруг в поисках паладинов и орков. Вскоре Кара начала клевать носом, и Бронвин ехала, одной рукой обнимая девочку, чтобы удержать её на лошади. Когда они добрались до Глейдстоуна, Кара была не единственной спящей. В большинстве домов и лавок не горел свет.

Деревня представляла собой небольшое собрание домов и магазинов, сгрудившихся вдоль двух узких улиц и нескольких соединяющихся переулков. Пейзаж был достаточно приятным, и Бронвин пару раз уже приходилось наслаждаться здешним видом, когда она проезжала через деревню в прошлом. Большая часть домов была низкими и небольшими, с соломенными крышами. В гнезде на старой печной трубе спал аист. Большая уличная печь, в которой пекли весь деревенский хлеб, по-прежнему источала приятный жар и тёплый, вкусный аромат. Игрушечная лавка была закрыта, двери и ставни заперты, и всё это охранял крупный и с виду голодный пёс.

— Давай-ка подождём до утра, — предложил Эбенайзер, посмотрев на тихо зарычавшего сторожа.

Бронвин проснулась в хватке кошмара, колотя руками по одеялам и пытаясь сбежать от демонов, которые выли и ревели в её сновидениях.

— Тихо, тихо! — произнёс строгий дварфийский голос. Сильные руки схватили её за запястье и встряхнули, чтобы разбудить. — Побудь здесь и присмотри за девочкой.

Вынырнув из сна, Бронвин поняла, что следы кошмара присутствуют в реальности, а не только в её памяти. За окном раздавалась адская какофония воплей, грохота копыт и звона стали. Громче всего ревел и шипел гневный голос огня. Вверх взметались яркие языки пламени, облизывая ночное небо.

Бронвин спихнула с себя одеяла и натянула сапоги. Её разум отбросил старые страхи и быстро оценил ситуацию. Снятые ими на ночь покои представляли собой единственное просторное помещение, занимавшее весь второй этаж. Здесь была только одна дверь, на окнах присутствовали ставни. Бронвин какое-то время сможет удержать налётчиков, а если понадобится, Кара всегда сможет воспользоваться своими камнями, чтобы сбежать.

Она бросила быстрый взгляд на девочку. Лицо Кары было застывшим, но спокойным. Девочка подошла к окну и увидела орка, который прижал двух местных полуэльфов к глиняной печи. Неожиданно из земли взметнулся огонь, лизнув орку промежность. Тот взвыл от боли и неожиданности и попятился прочь.

— Я могу помочь, — решительно сказала Кара, повернувшись к Бронвин. Взгляд её карих глаз говорил: «Только попробуй отослать меня прочь!»

— Если придётся, ты уйдешь, — вынуждена была сказать Бронвин.

— Но не раньше.

Она согласно кивнула, и они уселись ждать.

* * * * *

На улице внизу Эбенайзер хмыкнул, когда волшебный огонь поджарил орка. Он кратко задумался, сможет ли Кара это повторить.

Впрочем, огня им и так хватало. Пылали четыре дома на восточной стороне деревни, и их было уже не спасти. Правда, поджог всего остального орков не интересовал. Они были здесь, чтобы грабить, и отчаянно пытались этим заняться.

Но Эбенайзеру показалось, что здесь замешана какая-то вендетта. В нападении было какое-то безумие, дикое, кровожадное отсутствие подготовки и планирования, из-за которого с этими тварями было ещё сложнее сражаться. Они были похожи на ужалённых пчёлами мулов. Невозможно было предсказать, что они станут делать и почему.

Один из орков заметил его и бросился в атаку, сжимая под мышкой фермерские вилы, как рыцарское копьё. На секунду Эбенайзер оказался в тупике, не зная, как лучше отразить нападение. Потом он вспомнил, где стоит — прямо перед одной из толстых оштукатуренных стен постоялого двора.

Дварф поднял молот, чтобы глупый орк подумал, будто он собирается стоять и сражаться, и позволил ему приблизиться. В последний миг он упал и перекатился в сторону. Орк не затормозил, и вилы вонзились глубоко в стену.

Эбенайзер оказался на ногах раньше, чем стих испуганный вскрик орка. Он с силой взмахнул молотом, обрушив его противнику на основание хребта. Орк рухнул, получив добавочное ускорение ещё одним ударом — по затылку.

Дварф огляделся кругом в поисках нового занятия. Неподалёку эльфийка с бледно-жёлтыми локонами в ночной сорочке им в тон в смятении таращилась на сломанный меч у себя в руках. Два мёртвых орка лежали рядом, и ей, похоже, было мало.

Это Эбенайзер уважал. Представься ему шанс защищать свой клан и свой дом, он не остановился бы, пока не закончил работу.

— Эй, блондиночка! — проревел дварф. Он вытащил из-за пояса топор и поднял его. — Нужен клинок?

На лице эльфийки промелькнуло сомнение, потом исчезло, сменившись решимостью. Она бросилась к дварфу и взяла топор.

— Всё равно, что колоть дрова на растопку? — спросила она, взвешивая в руке оружие.

— Вроде того, — дварф удовлетворённо кивнул, когда эльфийка налетела на орка, который пытался прокрасться мимо с полными руками добычи. Она высоко занесла позаимствованный топор и обрушила его вниз солидным рубящим ударом. — Всё при ней, кроме бороды, — пробормотал дварф, когда позаимствованный топор пробил толстый орочий череп.