– Они... знают мои вкусы.

Только спустя несколько минут до девушки дошло, что демон имел в виду.

– То есть - я далеко не первая девка, которую ты приводишь сюда?
– с яростью спросила она.
– И ты всегда сидишь, куришь и пялишься?!

Взгляд демона подсказал - она права. Дженни ощутила себя дешевкой. Одной из десятков подобранных Раумом девиц, которых демон приводил сюда, чтобы они выглядели рядом с ним "достойно".

Первым порывом было уйти. Выбежать, послать в бездну Фелтон-стрит, дорогущие дизайнерские тряпки, вышколенных консультантов и самого Раума. Угадавший ее желание демон, поймал и сжал запястья девушки, превращая объятия в стальной захват.

– Подожди!

– Я не буду в этом участвовать, Раум ди Форкалонен, - прошипела она, тщетно пытаясь высвободиться.

Бесполезно. Стоило бы уже уяснять раз и навсегда: Раум сильнее ее.

– Дженни, пожалуйста.

Это сказанное шепотом слово так поразило ее, что девушка на мгновение прекратила сопротивляться. А демон воспользовался заминкой, чтобы затащить ее обратно в примерочную. Под его суровым взглядом продавщица стрелой вылетела из комнаты и закрыла за собой дверь, оставляя Дженни наедине с любовником.

Пользуясь тем, что хватка демона ослабла, девушка все-таки вырвалась, отошла в другой конец комнаты и встала скрестив руки на груди.

– Я не ослышалась? Раум ди Форкалонен сказал "пожалуйста"? Странно, почему небо не рухнуло на землю?

– Детка...
– он раздраженно плюхнулся на диван и взялся за дымящуюся в пепельнице сигару.
– Прекращай это. Наедине можешь взбрыкивать сколько хочешь, но на публике так нельзя.

– Почему?
– насмешливо спросила Дженни.
– Так боишься, что тебя перестанут уважать?

– Потому что другие, насмотревшись на тебя, могут решить, что им тоже дозволено подобное поведение, - терпеливо объяснил демон.
– И тогда мне придется быть жестоким.

Последние слова он произнес вроде бы просто, но Дженни продрал по коже мороз. Она вдруг живо вспомнила, что Раум высший демон, а это значит, что ему законом разрешено многое, очень многое. И что добрые негневливые демоны встречаются только в глупых сказках.

– Прости, - произнесла она после паузы.
– Я не хотела ронять твой авторитет. Но у меня тоже есть достоинство.

– Я уже понял, Дженни-гордая-штучка. Все время забываю, что ты волчица, и с тобой нельзя, как с человечками, - он усмехнулся и поманил ее к себе.
– Будет по-твоему. Я лично расстегну и застегну все пуговки, если потребуется.

Дженни выдохнула и улыбнулась, чувствуя огромное облегчение. Ей не хотелось спорить с Раумом. Волчица внутри одобрительно тявкнула. Правильно, зачем ругаться, когда можно подойти, прижаться, положить руки ему на плечи?

Сигара выпала из пальцев демона и осталась дымиться в пепельнице. Раум поднял голову, посмотрел на Дженни. В его глазах светилось что-то странное. Такое, с чем девушке еще не приходилось сталкиваться - незнакомое, необъяснимое.

Повинуясь непонятному порыву, Дженни ласково провела рукой по его волосам, погружая пальцы в снежно-белые пряди. Растрепала прическу, прижалась ладонью к щеке. Демон порывисто выдохнул и вдруг обнял девушку, уткнувшись лбом чуть пониже груди. В этом жесте без намека на вожделение было что-то одновременно очень интимное и трогательное. Куда более близкое, чем все раскованные ласки прошлой ночи.

Несколько минут Дженни стояла, боясь пошевелиться. Потом Раум выпустил ее и скривил губы в привычной ухмылке - словно натягивал маску.

– Ну что, детка? Перейдем к примерке?

– Хорошо, - неожиданная мысль заставила ее расплыться в лукавой улыбке.
– Но только если ты пообещаешь слушаться меня и не распускать руки.

Показалось, что в его глазах мелькнул одобрительный огонек.

– Ты играешь с огнем.

– Ты же любишь игры.

– И что мне за это будет, Дженни-недотрога?

– Я буду ласкать тебя, - ее щеки вспыхнули от собственного бесстыдства и сладкого удовольствия, которое было заложено в этом обещании.
– Сегодня ночью. Так же, как ты ласкал меня утром в душе.

– О-о-о, - по выражению его лица она поняла, что попала в цель.
– Да, этот приз стоит того, чтобы побыть немного паинькой.

А примерка Дженни неожиданно очень понравилась. Если вначале было еще немного неловко, то поймав восхищенный огонек в глазах своего любовника, девушка внезапно почувствовала кураж.

Раум хотел видеть ее такой - развратной, сексуальной, желанной? Что же, она станет такой для него. И пусть потом не жалуется!