К Рауму тянуло. Несильно, но постоянно. И порой Дженни казалось, что это притяжение взаимно, потому что даже просто проходя мимо нее демон не упускал возможности прикоснуться - погладить словно случайно по плечу, приобнять, откинуть прядь волос, открывая шею. И она отвечала ему тем же - почти бездумно.

Ей нравилось дразнить его, ощущать его заботу и его желание. Просыпаться в его объятиях и пить вместе кофе, подкалывая друг друга в шуточных пикировках. Надевать для него развратное белье под платья от известных модельеров. Встречаться после занятий на парковке, рассказывать как прошел день под насмешливые замечания демона. Учиться у него, как правильно использовать эти проклятые сто сорок вилок, которые у пафосных аристократов принято подавать к ужину. Получать новые и новые ласковые прозвища.

Мечты об улучшении успеваемости пришлось забыть на время. Раум слишком хотел наслаждаться ее обществом, оставив Дженни лишь по часу в день на подготовку к занятиям. Первую неделю они отчаянно воевали. Дженни с боем вырывала себе время для учебы. Она даже пробовала сбегать после лекций, чтобы позаниматься в кафе или читальном зале, но демон словно чуял, где она прячется. Стоило сесть и обложиться конспектами, как он появлялся рядом, с неизменной наглой улыбочкой на губах.

– Ты повесил на меня маяк?
– сердито спросила девушка после того, как Раум нарисовался в комнате Кристен, где она вместе с еще двумя подружками собрались, чтобы подготовиться к коллоквиуму. Естественно, после появления демона об учебе можно было забыть. И совсем не потому, что девчонки подняли визг, увидев парня в женском общежитии.

– Бинго, детка. Ну что: едем домой или мне тут с вами посидеть?

Окружившие демона девчонки восторженно заголосили, умоляя его остаться. Дженни мрачно покосилась на это безобразие и сунула тетрадки в сумку.

– Поехали!

Она дулась всю дорогу, а уже в особняке устроила скандал.

– Ты обещал оставить мне время для занятий!

– Так я же не против - занимайся. Я просто хотел посидеть рядом и пообщаться с твоими подругами. Что тебе не нравится, детка?
– с невинной улыбкой поинтересовался этот гад.

Он еще спрашивает?! Да у Дженни при одном воспоминании о том, как Кристен терлась вокруг него, старательно выпячивая свой четвертый размер, в глазах темнеет от злости!

Еще и подружки обиделись, что она увела у них развлечение.

После скандала Раум сменил тактику. Теперь он не контролировал, а завлекал. Вот ведь манипулятор хренов! И что самое обидное - Дженни велась. Потому что этот змей-искуситель, этот нахальный, очаровательный, невыносимый демон, каждый раз умудрялся придумать что-то новенькое, неимоверное соблазнительное. Такое, от чего почти невозможно отказаться.

Прогулки на яхте по свинцово-серым волнам. Хмурое осеннее небо, хлесткие удары ветра, крики чаек и хлопки паруса над головой. Теплые объятия сзади, защищающие от промозглой сырости и вкрадчивый шепот на ухо:

– Тебе нравится, детка?

– Очень!

Ночной лаунж-бар на вершине небоскреба под огромной стеклянной крышей. Коктейли с соломинкой в запотевшем бокале. Залитые неоном улицы далеко внизу кажутся сияющими реками, по которым неспешно текут лодки-автомобили и баржи-грузовики. Официантки в непристойно коротких юбочках, с нелепо приделанными за спиной крылышками изображают анехлос в боевой ипостаси. Наглый взгляд демона, остановившийся на обтянутой белой тканью попке одной из девиц - Дженни тогда психанула и ушла, а Раум догнал ее, силой усадил в машину и отвез домой. Еще и насмехался всю дорогу над тем, что она ревнует, сволочь!

Но ведь догнал. Не остался там с этой... голопопой пародией на анхелос. Не воспользовался своим оговоренным в контракте правом сходить налево.

Близость... хмель объятий и поцелуев, нестерпимый соблазн прикосновений - интимных, бесстыдных и таких правильных. Обучение науке наслаждения под его руководством. Приятные, а иногда и пугающие открытия в этой новой для Дженни области.

Например, она никогда не думала, что ей понравится быть связанной. Дженни ненавидела отсутствие контроля. Но отчего-то лежа в его постели - распятая, беспомощная, с завязанными глазами - она ощутила дикое возбуждение.

Было в этом что-то... завораживающее. Подчинение. Принятие. Абсолютное доверие.

– Не понимаю: в чем удовольствие лично для тебя?
– спросила Дженни позже, когда они в обнимку валялись на диване и хрустели чипсами.

Раум пожал плечами.

– Твое удовольствие - мое удовольствие, детка.

– Правда?
– она недоверчиво покосилась на своего любовника, но кажется Раум не шутил.

– Что тебя так удивляет? Считаешь меня эгоистичным подонком, которому плевать на всех?

А что тут считать? Раум действительно эгоист. Закоренелый, законченный. И ему действительно плевать на всех вокруг. По крайней мере, Дженни не видела, чтобы он хоть с кем-то вел себя иначе.

– Не подонком.

– Значит, просто эгоистичным?

Ох, какая же у него все-таки потрясающая улыбка! Душу можно продать за нее.

– Не всегда.

В близости демон был неизменно внимателен и нежен. И, кажется, действительно заботился о ее удовольствии больше, чем о своем.

– Это потому что без реакции партнера все теряет смысл, - подсказал он, накручивая ее локон на палец.