Пораженная внезапной догадкой, Юнона шумно выдохнула, уронила на скатерть вилку и изумленно воззрилась на меня.

– Что я вижу!
– наконец проговорила она; ее голос звучал непривычно глухо и сипло.
– Нет, я не верю своим глазам... Скажите, что я ошибаюсь. Ну!

– Ты не ошибаешься, мама, - сказал я.

Юнона нервно прокашлялась и перевела взгляд на сестру.

– Диана, детка, ты в своем уме? Ведь он твой племянник, пойми же!

Диана ничего не ответила, проявив неожиданный интерес к замысловатому узору на ковре, и, казалось, была всецело поглощена его изучением.

– Ну и что с того?
– отозвался я, нарушая гнетущее молчание.
– Я не вижу в этом ничего страшного.

– Зато я вижу, будьте вы неладны!
– гневно воскликнула мать.
– Ты мой сын, а Диана моя сестра. Моя родная сестра!

– Но не моя же.

Юнона вздохнула.

– И на том слава богу, - язвительно произнесла она.
– Ну, спасибо, обрадовали вы меня. Хорош сюрприз, нечего сказать!

– Прости, сестра, - виновато прошептала Диана, не отрывая взгляда от ковра.
– Я знаю, это нехорошо, но...

– Но что?

– Мы любим друг друга, - сказал я.
– И хотим пожениться.

Мать всплеснула руками.

– Подумать только, они хотят пожениться! Да вы спятили оба! Никто не признает ваш брак.

– Янус признает. Сначала он, конечно, побушует, но потом успокоится и...

– И похвалит!
– фыркнула Юнона.

Я покачал головой.

– Нет, мама. Как и ты, дед не одобрит нас. Но мы рассчитываем на снисхождение с его стороны, ведь он всегда был добр к нам.

– Ах, так!
– она резко поднялась.
– Тогда поспешите к нему, пока я вас не опередила.

– Мы еще не обсудили...
– начал было я, но мать не позволила мне договорить.

– Глупости! Ты привел меня сюда лишь затем, чтобы дать мне знать о вашей греховной связи.

– Ты ошибаешься, мама...

– Не лги мне, Артур!

– Это правда, Юнона, - отозвалась Диана, наконец подняв взгляд. Когда Артур вызвал меня через Самоцвет, то сказал, что хочет посоветоваться...

– Вот пусть он и советуется. А я остаюсь при своем мнении.

– Ты уходишь?
– спросил я.

– Да. Я поищу себе другое место, где смогу собраться с мыслями и обдумать полученные сведения - и про Истоки, и про вас... Чтоб вам пусто было!

Она повернулась к выходу, взмахнув на прощание золотым подолом своей туники, и скрылась за пологом шатра. Снаружи послышалось испуганное ворчание Дианиных зверушек; впрочем, мы знали, что даже в состоянии крайнего раздражения Юнона не способна причинить вред беззащитным созданиям.

– Она скоро остынет, - сказал я Диане.
– Угомонится раньше, чем окажется в Солнечном Граде. У нее будет достаточно времени, чтобы поразмыслить и смириться с неизбежным.

– Так Юнона была права?
– спросила Диана, укоризненно глядя на меня.
– Ты разыграл этот спектакль только с тем, чтобы она узнала о нас с тобой?

– Вовсе нет, это получилось экспромтом.
– Я придвинулся к ней и обнял ее за плечи.
– Но я поступил правильно. Так будет лучше. Было бы гораздо хуже, если бы она узнала об этом от кого-нибудь другого, например, от Минервы.

– Минерва никогда не предала бы нас.

– Надейся и верь, - сказал я. (Это был один из тех редких случаев, когда мы расходились в оценке людей: Диана считала Минерву хорошей и порядочной, а я на вид ее не переносил).
– Впрочем, теперь уже это не важно.

Диана слегка поежилась.

– Артур, я боюсь возвращаться в Сумерки.

– Страшишься гнева Януса?

– Конечно! А ты разве не боишься Утера?

Как всегда при упоминании отца, по спине у меня забегали мурашки. Я крепче прижал к себе Диану и потерся щекой о ее шелковистые волосы.

– Ничего, милая, - попытался я успокоить ее и себя.
– Рано или поздно все утрясется, и нас оставят в покое.

– Вот только когда? Святоши из наших Домов во главе с твоим отцом теперь житья нам не дадут. Можно не сомневаться, устроят нам форменную преисподнюю.

– Мы можем переждать бурю здесь, - предложил я.
– О местонахождении твоих Сумерек знают только Помона и Дионис, на которых можно положиться...

– А также Юнона, на которую никак нельзя положиться из-за ее длинного языка.

– Но она любит нас обоих и вряд ли захочет натравить на нас толпу ханжей. К тому же после посещения Хаоса у нее появилась обильная пища для сплетен иного рода. Вскоре все Дома начнут бурлить, когда узнают о содержании нашего разговора с Врагом. Так что известие о нас с тобой, скорее всего, не привлечет к себе особого внимания.