– Саша сегодня не вернется домой, - Блуд невозмутимо перебил свою мачеху.

– Как не поедет? А куда она поедет?

– На время, пока в вашей квартире остановились гости, Саша поживет у меня, - все также безэмоционально ответил мой братик-мучитель.

– Что она сделает?!
– даже его собственный отец поперхнулся от такой новости так сильно, что маме пришлось отобрать у него чашку с чаем и несколько раз похлопать мужа по спине.

– Я считаю, - не меняя тона, пояснил Блуд, - что Саше будет спокойнее пожить с братом, чем в одной квартире с незнакомым мужчиной.

От этого пояснения, уже я чуть было не поперхнулась! С братом? С тем, с которым я только несколько дней знакома? В одной квартире с незнакомым мужчиной?!! Это вот как он все перевернул?!!

– Но...
– мама, по всей видимости, хотела озвучить что-то подобное моим мыслям, но ее пасынок безапелляционно отрезал:

– Этот вопрос уже решен.

Вечер закончился ничем. Когда мы прощались в коридоре, мама все еще смотрела на меня с непониманием, и продолжала глупо настаивать, на совместном чаепитии следующим вечером. В конце концов, Блуду это тоже надоело, и он отрезал:

– Мы приедем. Я тоже хочу лучше узнать Антона, - последние слова сказал так, что мне показалось, будто бы я уже слышу хруст позвонков племянника Альбины Никитичны.

После этого не прозвучало ни одного возражения или дополнения. Он вывел меня из квартиры родителей и, когда дверь за нашими спинами закрылась, больше не сдерживался, мгновенно поймав мою руку в плен!

А потом мы ехали в гробовом молчании. Понятия не имею, что думал он, у меня же из головы не выходили его горячие слова:

– У меня теперь другие отношения.

Другие отношения. Он расстался с Ксюшей. Он так уверенно заявил об этом родителям и опять, снова ни на мгновение не оставлял меня одну, словно бы боялся, стоит ему отвернуться, как я тут же куда-нибудь испарюсь.

Если отмести мой страх перед тем, что вскроется вся правда перед нашими родителями - этот вечер много открыл для меня. Не про него, а про меня саму. Я могу говорить все, что угодно. Отрицать, не признаваться ни себе, ни другим. Мне всегда искренне казалось, что мое собственное счастье в одиночестве. После того, что сделал со мной мой же родной отец, я была уверена, что никогда не смогу влюбиться. Что никогда не смогу почувствовать что-то к мужчине. А если уж и почувствую, то он должен будет оказаться по-настоящему добрым и действительно хорошим. Возможно, именно таким, каким представляется Антон.

И уж никогда не смогла бы даже в страшном кошмаре представить себе, что действительно начну сходить с ума, даже не от него, а от прикосновения, от аромата, от присутствия, от одной только мимолетной мысли и визуальном образе, всплывшем в моей непутевой голове. Не могла себе представить, что доверюсь такому жесткому и страшному, непонятному человеку, как Блуд. Звучит, безусловно, красиво. Он - мой брат. Как бы должен защищать и заботиться, но то, как он это делает! Решительно, безапелляционно подчиняет своей воле и своим желаниям, однако, при этом, пока все, что он делал, не просто было лучше и нравилось мне. Если сначала я боялась его действий, то теперь, боюсь в этом признаться, жду их! На самом деле жду, когда он снова и снова обратит на меня внимание. Боюсь, и до смерти хочу этого.

Вот и сейчас, когда мы вдвоем едем в машине, салон которой пропитался его необузданным мужским запахом... В машине, в которой мы находимся вдвоем, в этой полутьме, нарушаемой только светом от редко встречающихся на дороге уличных фонарей... Я не могу думать ни о чем другом, кроме как о сумасшедшем желании положить руку на его бедро, а потом скользнуть дальше, туда, где совсем недавно я чувствовала его дикую силу. Я снова, до потери пульса, хочу почувствовать это. Хочу снова услышать его подчиненный мне хрип...

Но я не осмелилась сделать ничего из того, о чем думала моя голова. Именно поэтому, к тому моменту, когда уже въезжали в гараж его дома, сама же себя и накрутила до невозможного предела. Он еще только заглушил двигатель, я же уже нажимала на ручку двери и мигом выскочила наружу. Подальше от него и от своих запретных желаний! Мой же братик все еще невозмутимо достал из багажника сумку, что собрала с собой, и показал мне на дверь в дом, в которую в первый наш приезд, он меня насильно внес.

– Я очень хочу спать, - ляпнула, не двигаясь с места, и зачем-то заглянула в его черные глаза, в которых мгновенно потерялась и забыла обо всем, что намеривалась сделать, еще секунду назад. А собиралась я, заткнуть свои желания куда подальше, пройти мимо, и устроиться в самом дальнем углу дома, там, где бы он меня не нашел!
– Можно...
– хотела что-то спросить, но Блуд меня понял. Понял настоящий мой вопрос.

– Можно.

Голос моего босса моментально сел, ясно дополнив ответ своего хозяина. Я изнывала от желания, но все равно не двинулась с места, как будто мои ноги приросли к этому бетонному полу. Блуд же не стал раздумывать. Он отбросил сумку немного в сторону и захлопнул крышку багажника, после чего молниеносно схватил меня за руку и, резко притянув к себе, подхватил свою родственницу под ягодицы, и, нисколько не смущаясь чего бы то ни было, посадил меня сверху на крышку багажника.